Опасное желание: Узнать свою судьбу (полный сборник)

Полный сборник "Опасное желание: Узнать свою судьбу".Кайл и Кейлина Капарэлли – близнецы, рождённые в браке от истинной нимфы и главного королевского инспектора, умеющего распознавать ложь. По иронии богини Судьбы большая часть магических даров, ум и проницательность достались брату, а неугомонность, избалованность и любовь к приключениям – сестре. Такие непохожие, они чувствуют друг друга лучше, чем кто бы то ни было. Каждый из близнецов живёт своей жизнью, проблемами и достижениями, но приходит к одному и тому же желанию в их общий день рождения: узнать своё будущее.
Издательство:
SelfPub
Год издания:
2019

Опасное желание: Узнать свою судьбу (полный сборник)

   Иллюстратор: Сирена Селена

   В оформлении обложки взяты изображения с по стандартной лицензии.

Глава 1. Дочь истинно рождённой нимфы


   Кейлин сладко потянулась в кровати, приподнявшись на локте, и окинула взглядом спящего рядом с ней парня. Тео был её ровесником: двадцать три года, симпатичный юноша со светло-пепельными волосами, правильными чертами лица и вечно смеющимися карими глазами. Ночи с Тео всегда доставляли большое удовольствие и притупляли внутренний голод, и эта ночь не стала исключением. Но робкие солнечные лучи пробивались через плотно занавешенные портьеры и намекали, что пора собираться домой.

   Грэт Теодор Пелигрини был лучшим другом Кайла – брата-близнеца Кейлин. Всё детство и подростковый период Тео до глубины души изумлялся тому, как все знакомые, да и незнакомые девушки тоже, не замечая его, оказывают знаки внимания Кайлу. Он всё время в полушутливом тоне допытывался у друга, что у него за секрет такой, что весь женский пол на него так к нему и липнет, точно он мёдом обмазан. Однажды, основательно расслабившись в сауне, брат Кейлин признался, что их мать – истинно рождённая нимфа.

   Дар нимф заключался в способности притягивать к себе противоположный пол. Но и обратная сторона у этого дара тоже была – голод. Если нимфа долго живёт без интимных отношений, то она начинает хуже себя чувствовать, затем болеть, внешность тускнеет, а при долгом воздержании нимфа и умереть может. До сих пор удивительный дар передавался по женской линии, но Кайл с Кейлин оказались единоутробными близнецами. Вот богиня Судьбы Олейна и сыграла оригинальную шутку, сделав впервые за всю историю Шерисии мальчишку нимфом.

   Кейлин решительно откинула тёплое одеяло и тихонечко соскользнула с огромной уютной постели. В покоях грэта Теодора Пелигрини под потолком уже погасли искры света, израсходовавшие свой заряд за ночь. На полу были разбросаны какие-то вещи вперемешку с пледом, опрокинуто кресло на спинку. На письменном столе из ценной породы сосны с норингских гор остались пятна от апельсинового сока в форме отпечатков пальцев и даже женской груди. «Знатно мы повеселились», – подумала Кейла и нашарила рукой под кроватью свою длинную юбку, составленную из разноцветных лоскутов ткани. Фиолетовый корсет пришлось снимать с верхушки стеллажа с книгами. А вот трусы ни при первичном, ни при вторичном осмотре комнаты найти так и не удалось. Тео сонно пошевелился в постели:

   – Ты уже уходишь? – душераздирающе зевая, спросил пепельный блондин.

   – Да, мне уже пора, Тео, – коротко ответила девушка, тряхнув своими синими волосами.

   Насыщенный сапфирово-синий оттенок волос не был не иллюзией, которую так сильно любили использовать дамы в Шерисии, чтобы выглядеть лучше. Изначально всё задумывалось как безобидная шутка.

   Грэтта Кейлин Капарэлли являлась дочерью и богатой наследницей уважаемого грэта Томаса Капарэлли, который служил главным королевским инспектором и был фактически вторым лицом в государстве после короля. Будучи с детства избалованной вседозволенностью и полнейшей безнаказанностью за свои выходки, Кейла обожала совершать эксцентричные поступки и шокировать весь высший свет Шерисии.

   В день своего с Кайлом совершеннолетия, когда близнецам наконец-то исполнился двадцать один год, Кейла обратилась за помощью к другу семьи, чудаковатому магу-учёному Эрику. Обожающий всевозможные эксперименты и испытывающий постоянную нехватку в подопытных добровольцах Эрик не удержался и слегка изменил концентрацию зелья. Результатом стало то, что после приёма магической настойки каштановые волосы Кейлы, как и хотела девушка, окрасились в синий цвет. Но уже вечером её ожидал сюрприз: отмыть шевелюру она не смогла. И что самое интересное – вновь отрастающие волосы тоже теперь были далеки от натурального цвета.

   – Мне было хорошо с тобой этой ночью, – Тео выбрался из постели и попытался обнять девушку.

   Кейла с поспешностью сделала пару шагов назад. Она понимала, что для неё это был не более, чем дружеский секс. Теодор неизвестно откуда узнал о том, что она истинная нимфа, и сам предложил ей такие отношения. Он-то и стал её первым мужчиной, и всё было хорошо долгое время. Но в последние месяцы грэт всё настойчивее предпринимал попытки ухаживаний, дарил вроде бы ничего незначащие подарки и приглашал на свидания. Девушка чувствовала, что отношение Тео к ней изменилось, но она сама не хотела ничего менять в своей жизни.

   Пепельный блондин увидел её поспешное отступление и остановился сам у кровати:

   – Когда мы снова увидимся? – спросил он.

   – Э-э-э-м, – невнятно протянула Кейла, быстро соображая, чтобы такого ответить парню в истинно женской манере, чтобы ничего не обещать и в то же время не обидеть.

   – Кайл пригласил меня на ваш день рождения. Там и увидимся? – подсказал ей Теодор.

   – Да-да, – активно закивала Кейла. Её брат Кайл был тем ещё любителем шумных вечеринок, и она была уверена, что наедине с Тео не останется. А по негласному уговору свои отношения они держали в тайне.

   – Тогда я буду с нетерпением ждать нашей встречи, – искренне улыбнулся молодой грэт, а Кейлин поспешила домой.

   Кейлин поймала первый попавшийся экипаж и, бросив кучеру короткое «в особняк Капарэлли», откинулась на мягкое сиденье. Надо было придумать, что сказать отцу, который чувствует ложь за версту, где она была ночью. Томас уже не первый месяц спит и видит, как выдать непослушную и дерзкую дочь замуж за кого-нибудь из своих друзей, тем самым избавившись от головной боли. Где это видано, чтобы грэтта знатного и древнейшего рода в свои двадцать четыре года не принимала никаких официальных ухаживаний, почти не появлялась на светских мероприятиях и успела нахамить как минимум половине представителей первого сословия! Представители второй половины магического сословия здраво предпочитали держаться от эпатажной девушки подальше.

   До сих пор только мама Алиса «отмазывала» дочь перед мужем, говоря, что Кейла очень сильно помогает ей в управлении сетью постоялых дворов по всей Шерисии. Но, положа руку на сердце, Кейлин понимала, что не обладает маминой сноровкой и деловой хваткой, и не столько помогает матери, сколько мешает. Другое дело – её брат Кайл! Вот тот был истинной гордостью Томаса и Алисы. Он впитал в себя и родовую магию Капарэлли, умело распознавая ложь собеседников, и, как ни странно, даже магия нимфы в нём чувствовалась сильнее, чем в Кейлин.

   За своими размышлениями девушка не заметила, как наёмный экипаж подкатил к шикарному особняку из тёмно-серого камня. Кейла рассчиталась с возничим и, воровато оглядываясь по сторонам, побежала к запасному выходу в особняк. Уже поднимаясь по лестнице на второй этаж и радуясь, что её не застукали в прихожей, она услышала громкий голос позади себя:

   – Вот ты где, Кейла. А я тебя с самого утра ищу. Где же ты была всю ночь? И почему твоя личная карета приехала вчера вечером без тебя? – бесстрастно прозвучал голос Томаса.

   Кейлин медленно обернулась и посмотрела на обманчиво спокойного отца. Тёмные глаза Томаса метали молнии, весь вид выражал крайнее напряжение, при этом плечи расправлены, а мокрые чёрные волосы зачёсаны назад. Мужчине было ближе к пятидесяти, но при этом выглядел он старше дочери лет на десять, не больше. В Шерисии, чем сильнее дар у мага, тем длиннее его жизнь. Так, например, король Шерисии правил уже вторую сотню лет. Но увеличение продолжительности жизни относилось лишь к одарённому магически первому и частично второму сословиям.

   – Привет! – улыбнулась Кейла. Она прекрасно знала, что врать отцу бессмысленно, он легко распознает ложь, это лишь разозлит его ещё больше. Но быть дочерью королевского инспектора означало ещё и то, что приходилось всегда проявлять смекалку. – А я маму ищу. Ты не знаешь, где она?

   Томас на миг растерялся, потом сообразил, что его пытаются нагло обвести вокруг пальца:

   – Алиса сейчас спустится. Она собирается на проверку одного из своих постоялых дворов. А ты, юная грэтта, так и не ответила на мой вопрос. Где ты была этой ночью?

   – В безопасности, – не моргнув и глазом сообщила девушка. Она понимала, что если скажет, что осталась ночевать у грэта Теодора Пелигрини, то последнего, чего доброго, жениться на ней заставят, не спросив её собственного мнения.

   – А карета почему без тебя вернулась? – Томас медленно вскипал от бешенства, о чём свидетельствовали его почерневшие глаза. Удивительно, по долгу службы ему приходилось допрашивать самых дерзких и нахальных преступников, но только дочь могла его вывести из себя.

   – А карету я домой отправила, чтобы вы не волновались, – это тоже было правдой. Кейла рассчитывала, что увидев возвращение кареты, родители подумают, что и она сама вернулась домой. Никто не будет волноваться и задавать лишние вопросы.

   Последний ответ Кейлы переполнил чащу терпения Томаса:

   – Мне надоело переживать, где ты пропадаешь и думать, что с тобой стряслось…

   – Том, милый, – в гостиную мягкой походкой вошла миниатюрная и невероятно красивая женщина с длинными каштановыми волосами и по-кошачьи зелёными глазами. Алиса выглядела как старшая сестра Кейлы. Такова была магия истинно рождённых нимф. – Как ты заметил, Кейла только с дороги. Дорогая, – она обратилась к дочери, – иди, перекуси что-нибудь, а затем подходи в конюшню к моей карете, мне сегодня понадобится твоя помощь. Мы вместе едем проверять, как идут дела в одном из моих постоялых дворов.

   Кейла мысленно поблагодарила богиню Судьбы и метнулась в сторону кухни.

   –Ты разве не видишь, что она вообще не ночует дома? Это недостойно грэтты Капарэлли! А ещё с ней может случиться что-нибудь плохое, – накинулся на жену Томас.

   – Том, ну что ты говоришь, – снисходительно улыбнулась Алиса, – ей через несколько дней исполнится двадцать четыре года. Вспомни себя в её возрасте.

   – В двадцать четыре я уже был подающим надежды помощником королевского инспектора и зарабатывал хорошие деньги, – быстро ответил Томас. Его жена Алиса всегда имела на него огромное влияние, и он боялся, что чем больше она будет с ним говорить, тем скорее убедит в своей точке зрения.

   – Во-первых, Кейлин – наследница богатейшего рода Капарэлли, во-вторых, даже если не брать в расчёты финансы рода, то остаются мои с Эриком патенты на магические изобретения и сеть постоялых дворов по всей Шерисии. С последними, кстати, Кейла мне помогает. Да даже если она до конца жизни не будет работать, то всё равно не сможет потратить все деньги семьи, – Алиса насмешливо посмотрела на мужа, давая понять, что аргумент про финансы её нисколько не тронул, – ну и, в-третьих, она девушка, пускай развлекается, общается с подругами, выбирает себе новые платья и шляпки.

   – Вот именно, что девушка, – ухватился за это слово Томас, – а по ночам неизвестно где пропадает. А вдруг с ней что случится? А вдруг на неё нападут? А вдруг…

   – Том, – Алиса покачала головой. – Кейлин – единственная девушка с синими волосами на весь Алишер.

   – Не напоминай об этом, – Томас сжал кулаки от злости.

   Приличные женщины первого сословия вообще не красили волосы. Это редко делали даже девушки второго сословия. Для этих целей состоятельные дамы использовали иллюзии. Красили же волосы в основном только простолюдинки, и те – в натуральные цвета, чтобы подчеркнуть природную красоту. Окрашивать волосы в синий, зеленый, сиреневый или розовый цвета любили представительницы третьего сословия, зарабатывающие телом. На территории Шерисии взятие денег за оказание интимных услуг было запрещено, но соблюдали закон только в столице – Алишере. За пределами города на это смотрели сквозь пальцы. Вот и получалось, что на территории Алишера грэтта Кейлина Капарэлли была единственной девушкой с синими волосами.

   – Так вот, Кейлин – единственная синеволосая девушка на весь Алишер, – невозмутимо повторила Алиса. – Здесь все знают, чья она дочь. Неужели ты думаешь, что найдётся глупец, решивший перейти дорогу самому́ королевскому инспектору? Да даже если предположить, что найдётся такой сумасшедший… Ты действительно думаешь, что наша дочь не сможет постоять за себя? Да это её должны бояться! – Алиса фыркнула и засмеялась.

   Томас махнул рукой и привлёк жену, чтобы поцеловать. Слова Алисы всколыхнули в нём старые воспоминания, как двадцать пять лет назад его прехорошенькая жена обвела вокруг пальца обоих представителей знатного рода Лируа.

Глава 2. Сын истинно рождённой нимфы


   Кейлин сразу отправилась на кухню, чтобы позавтракать. В общей столовой она ела лишь изредка, когда собиралась вся семья или ожидался званый ужин. Её раздражало ожидание, когда принесут очередное блюдо, необходимость есть фрукты специальной десертной вилочкой с двумя зубцами, а не руками, а светские разговоры вгоняли в тоску. При этом, разумеется, разговоры с набитым ртом считались верхом неприличия. Как следствие, после таких приёмов Кейла вставала из-за стола голодная как оборотень. Девушка от чистого сердца находила все эти светские посиделки маразмом и аристократическим атавизмом, а потому, не задерживаясь в столовой, прошла прямо на кухню.

   На кухне витали вкусные ароматы, от которых у Кейлы сразу потекли слюнки. На печи в кастрюле красовалась аппетитная каша, на большом странном блюде стопочкой лежали поджаренные до румяного состояния блины, а в шкафу с холодильными искрами Кейлина нашла банку с джемом, сметану и мёд. Она задумчиво почесала переносицу:

   – Как можно определиться, чего хочешь в жизни, если не можешь решить, что хочешь на кухне? – спросила она саму себя.

   Потом махнула рукой и решила съесть всё. Поставила на стол всю найденную еду, начав завтрак с ароматной каши. Вечер и ночь с Тео выдались чудесными, сил она потратила много, а последний раз ела лишь вчера в обед.

   Внезапно в кухню вихрем ворвался Кайл. Молодой грэт был как две капли воды похож на Кейлину. Изумрудно-зелёные глаза, доставшиеся от нимфы-матери, высокие скулы, густые волосы, матовые губы. Вот только нос, подбородок и шея были по-мужски широкими. Да каштановые волосы имели природный цвет.

   Помимо внешней схожести у брата и сестры Капарэлли с самого рождения была какая-то невидимая и понятная им одним связь. Они чувствовали настроение друг друга, иногда даже могли отчётливо сказать, где находится другой близнец.

   – Привет, Синяя борода, – он подошёл к сестре и потрепал её по яркой шевелюре. – Что у нас есть покушать? Это из-за тебя мама с папой ссорятся? Что ты опять учудила? Неужели смогла что-то выкинуть круче, чем съесть пирог на королевском приёме руками или покрасить волосы в синий цвет? – Кайл воспользовался тем, что сестра жуёт, а потому сыпал своими остроумными догадками.

   Кайл как и Кейлин не любил чинно завтракать в столовой, а потому, чтобы не терять время даром, тоже спустился завтракать на кухню. У близнецов было больше общих черт характера и привычек, чем это могло бы показаться на первый взгляд.

   – П-и-и-и-в-э-т, Кайл, – выговорила Кейла, одновременно проглатывая кашу и закатывая глаза. – Я же просила меня так не называть. Всё как обычно. Как твои дела? Где тебя носило целую неделю?

   – Отец представил меня ко двору и поручил первое дело, – гордо сказал Кайл, отобрав щедро намазанный блин сладким джемом из рук сестры. – Я вошёл в состав делегации Шерисии и ездил на границу с Норингией на подписание договора об экспорте магических кристаллов для управления карет без возницы. Если бы ты чаще появлялась дома, то я успел бы тебя предупредить и попрощаться с тобой, – добродушно пожурил её брат.

   Кейла вздохнула. Она отчасти завидовала Кайлу. Он был мужчиной, а, следовательно, мог представлять интересы короля. Его взяли в делегацию на переговоры с соседней страной – это большая честь. А ко всему прочему Кайл был заметно более магически одарённым, чем сама Кейла. От отца Кайл унаследовал умение распознавать ложь, а также смотреть сквозь иллюзии. Уже сейчас было понятно, что брат сможет сделать себе блестящую карьеру. Кейла же только сильно сосредоточившись могла понять, врёт ей человек или нет. И сколько она ни пыталась развить унаследованный дар, до брата или отца ей было очень далеко. Хотела бы Кейла сказать, что ей досталась кровь нимфы, но даже здесь девушка подсознательно ощущала, что в брате крови истинно рождённой нимфы в разы больше, чем в ней самой. Стало немного грустно.

   – Почему вздыхаешь? – Кайл как всегда чутко поймал изменение настроения сестры. Он попытался вызвать улыбку на лице сестры. – Смотрю, ты уже полкастрюли каши умяла и с десяток блинов. Снова села на диету?

   Кейлин улыбнулась. Брат любил подкалывать её на тему того, как много она ест.

   – Иногда мне кажется, что есть и не толстеть – это моя единственная способность, доставшаяся по крови нимфы, – мрачно ответила Кейла.

   – Поверь, большинство грэн готовы отдать свой дар и всё состояние в придачу, лишь бы обладать твоим умением, – засмеялся Кайл, забирая последний блин из тарелки сестры.

   – Эй, куда! – возмутилась Кейла, но блин уже исчез во рту брата. – А ты с дядей Златом ездил на границу? – полюбопытствовала она. Блины уже закончились, но узнать новости хотелось.

   Грэт Златан Капарэлли был их двоюрдным дядей и служил королевским нюхачом. Его дар заключался в тонком распознавании самых разных запахов. Какое-то время он служил на границе с Норингией, где на нюх определял контрабандный товар, будь то редкие травы, зачарованное оружие или магические артефакты. Кейлин спросила не просто так про дядю Злата. Она знала, что будучи подростком Кайл был влюблён в Нонну – приёмную дочь Злата.

   Нонна была старше их с Кайлом на три года и тоже являлась истинно рождённой нимфой. Вот только она была единственной дочерью у своей матери Виолетты, а потому магия в ней была густая, концентрированная. Всё детство она, Кайл и Нонна провели вместе, играя в салочки и прятки во дворе, учась сидеть в седле на лошади и стрелять из лука. Да-да, Кайл исподтишка учил девочек стрельбе. У него, как у знатного грэта, стрельба из лука и бои на мечах входили в программу обучения. А вот сестру и Нонну он учил уже сам. Сестру – потому что она сама просила, Нонну – потому что было приятно прикасаться к ней, поправлять её руку, иметь возможность вдохнуть аромат её волос.

   Когда Нонне исполнилось шестнадцать, а Кайлу было всего лишь тринадцать, мальчик подарил ей букет цветов и признался в своих чувствах. Нонна уже тогда была красавицей с белоснежными волосами до поясницы, пухлыми чувственными губами, миниатюрной талией и достаточно большой грудью. Молодые грэты из первого сословия и богатые мисье из второго не давали ей проходу, буквально заваливая дорогими украшениями и предложениями руки и сердца. Возможно поэтому Нонна на фоне толпы поклонников не восприняла всерьёз букет Кайла и его признание в любви. Но годы шли, Кайл рос и становился всё мужественнее, развивал свой дар, учился владеть мечом и придворному этикету, стал ходить на светские мероприятия. Грэтты и мисси строили Кайлу глазки и приглашали на свидания, парень соглашался и даже встречался с некоторыми. Осталась ли у брата к Нонне та юношеская влюблённость, Кейла не знала.

   – Да, он тоже был в составе делегации, так как хорошо знает географию тех мест, – кивнул Кайл. – Злат много лет проработал на границе, прежде чем вернуться в Алишер. И последние несколько лет, как я понял, вновь чаще стал там бывать.

   – А она там была? – Кейлин знала, что брат поймёт её. И Кайл понял.

   – Нет, её там не было, – легко ответил грэт, – я её уже почти три года не видел. Последний раз она приходила на наше с тобой совершеннолетие и с тех пор как-то отдалилась.

   – Ты думаешь, это она? – спросила Кейла. По негласному договору они никогда не поднимали эту тему вслух. Но ещё когда они были детьми, их мама Алиса рассказала им, что нимфы могут иметь детей только от тех, кого по-настоящему полюбят. Кейлин не знала, верить в это или нет, а главное, насколько сильно это правило распространяется на них с Кайлом. Ведь они родились вдвоём, и вынашивала их Алиса тоже вдвоём. Магия истинно рожденной нимфы могла уйти как только в неё, так только в её брата или же неравномерно распределиться между ними двумя. И сама она на всякий случай пользовалась дополнительно противозачаточными артефактами. Этот вопрос она никогда не поднимала с Кайлом, но по одной только внешности брата было очевидно, что в нём тоже немало от нимфы.

   – Понятия не имею, – пожал плечами Кайл. – Столько воды утекло, давно дело было.

   Кейлин неожиданно хлопнула себя по лбу:

   – Ох, Кайл, прости, я ж опаздываю! Меня мама заждалась уже наверно! – поспешно сгребая грязную посуду в одну кучу, она, так и не переодевшись, поспешила в конюшню.

   – Удачи, Синяя борода! – бросил ей вдогонку брат.

   ***

   Кайл давно не общался с сестрой. Кейла помогала матери в управлением самой большой сетью постоялых дворов в Шерисии, а он сам ездил с отцом и помогал распутывать различные кражи и обманы, развивая свой дар распознания лжи. Отец даже научил его смотреть сквозь иллюзии, но получалось это пока что с трудом и пока что только с теми людьми, кого он до этого видел без магических изменений.

   Сегодня Кейлин спросила его про Нонну. Он рад бы ответить, но и сам не знал, что к ней испытывает. Кайл признался ей в своих чувствах в тринадцать лет. Это можно было списать на мальчишескую влюблённость, временное помешательство, переходный возраст, в конце концов. С тех пор у Кайла было много других женщин. «И не стоит забывать, что Нонна тоже нимфа. Вполне возможно, что это просто её влияние на меня», – мысленно добавил грэт Капарэлли-младший.

   Кайл решительно встал со стула и поспешил в конюшню за своей каретой. Он сегодня планировал заехать в деревню Шершим близ Алишера и расспросить местных о причинах повышения цен на овечью шерсть. Король лично поручил ему это дело, так как грэт Капарэлли-младший уже поднаторел в распознавании лжи. Королю требовалось узнать истинные причины, чтобы иметь возможность повлиять на внутреннюю экономику, ведь из овечьей шерсти шились все зимние платья и пальто для горожан Алишера.

   Уже расправившись с делами в Шершиме, грэт понял, что находится недалеко от загородного поместья, где живёт Нонна. «Тем более и повод есть», – соблазнял внутренний голос, – «можно пригласить Нонну приём в честь дня рождения». Параметры поместья уже были внесены в кристалл управления каретой, и одной голосовой команды хватило, чтобы экипаж двинулся в противоположном от столицы направлении.

   Такие кристаллы – последняя разработка талантливого мага-учёного грэта Эрика Рунальда, близкого друга их семьи. Именно этими кристаллами заинтересовалась высшая знать Норингии и про них речь шла в договоре экспорта.

   Отец относился к Эрику по непонятным причинам весьма прохладно, а вот их мать Алиса с удовольствием поддерживала общение с гениальным магом. В последний раз она привезла сразу несколько кристаллов, благодаря которым можно было больше не пользоваться услугами возничих. Алиса, Кайл и Кейлин с удовольствием стали перешли на последнее изобретение Эрика, а вот Томас по старинке предпочёл ездить верхом. «Вот бы ещё лошадей не запрягать, цены бы не было такому кристаллу. Надо подкинуть идею Эрику», – проскочила шальная мысль в голове, когда одна из лошадей споткнулась и карету ощутимо тряхануло.

   Под мерную тряску в карете Кайл предался воспоминаниям. После того, как он признался в любви Нонне, она словно испугалась и отдалилась от него. Примерно на это же время наложился переезд нимф и Златана из Алишера в загородное поместье, а сам Кайл стал очень много уделять времени ежедневным тренировкам и развитию внутреннего дара. Нонна периодически приезжала с матерью на праздники и гостила в особняке Капарэлли, но уже так близко, как раньше, они не общались.

   Кайл вспомнил, как в восемнадцать лет впервые в жизни почувствовал тот самый Голод. На светских приёмах вокруг него всегда было много девушек, но все они были грэтты и мисси из первого или второго сословия. Было немыслимым подумать о том, чтобы переспать с ними. За такими девушками стояли семьи и, скорее всего, заставили бы жениться на своих обесчещенных дочерях. А вдобавок ко всему на территории Алишера особенно тщательно соблюдался закон о запрете оказания и получения интимных услуг. В тот год Кайл очень сильно заболел, исхудал, перестал есть обычную еду, под глазами поселились тени. Его лучший друг Теодор Пелигрини смог вытянуть Кайла на горячие источники в «Запретном плоде», где разомлев и расслабившись, Кайл признался, что в нём течёт кровь истинно рождённой нимфы, и рассказал о последствиях. Тео понял проблему друга и присоветовал Кайлу посетить Квартал Сладких Грёз, бывший ранее Кварталом Нимф.

   Как оказалось, здесь же в «Запретном плоде» в отдельном павильоне работал особый ресторан «Сладкие Грёзы», куда было принято приходить в одиночку и в масках. Если же маски не было, то её выдавали на входе. Соблюдалась полная анонимность посетителей, так как в заведение могли прийти как и знатные грэты, так и простые горожанки. Мужчины и женщины приходили в «Сладкие Грёзы» с одной единственной целью – найти себе партнёра на ночь. В зависимости от дня либо женщины, либо мужчины садились за столик, заказывали блюда и ждали. На входе в ресторан стоял человек с мешочком с жетонами. Люди противоположного пола брали на входе жетон с номером столика и шли к нему. Считалось, что сама богиня Судьбы сводит людей в этом месте.

   Далее вечер длился на усмотрение пары. Иногда это был просто ужин, иногда пара уходила, взяв ключи от домика из Квартала Сладких Грёз, иногда же партнёр мог не понравиться с первого взгляда, и тогда посетитель просто молча вставал и уходил. Приходить второй раз в эту ночь в «Сладкие Грёзы» запрещалось, так как это считалось явным проявлением неуважения к богине Судьбы. А её почитали.

   В ту же ночь Кайл впервые вытянул свой жетон и встретился в «Сладких Грёзах» с миловидной женщиной, чуть старше его самого. Они даже не дождались основных блюд – ушли почти сразу вдвоём. С тех пор Кайл стал частым завсегдатаем Квартала Сладких Грёз. И то ли кровь нимфы действовала, то ли природное обаяние Кайла, но ни разу за все эти годы ни одна девушка не ушла.

   Именно в «Сладких Грёзах» в двадцать лет он встретил Нонну. В тот день по правилам заведения мужчины сидели за столиками и должны были дожидаться спутниц. В какой-то момент Кайл поднял глаза на вход в ресторан и увидел тоненькую фигурку с длинными белоснежными волосами у двери и в белой маске. Девушка только опустила руку, чтобы вытянуть жетон с номером стола, но Кайл уже точно знал, что она вытянет его номер. Так и случилось.

   Ужин пролетел незаметно, они сняли домик в Квартале Сладких Грёз. Каково же было их общее удивление, когда оба сняли маски и узнали друг друга. После той ночи у Кайла завязался роман с Нонной. Кто бы мог подумать, что истинно рождённая нимфа, которая может заполучить любого мужчину, на самом деле приходит инкогнито в «Сладкие Грёзы»? Ещё несколько месяцев они встречались, снимая коттедж в Квартале Сладких Грёз. А в один прекрасный день, когда Кайл приехал к Нонне в поместье, она вдруг сказала:

   – Наши свидания – большая ошибка. Я не хочу больше видеться, тебе не стоит приезжать.

   Самым неприятным оказалось то, что она действительно так считала и не обманывала его. Именно поэтому Кайл перестал искать встреч с Нонной.

   Карету качнуло, и она резко остановилась. Раздалось ржание лошадей. Кайл неторопливо вышел из кареты, собираясь с мыслями. Поместье, в котором жила Нонна, оказалось небольшим двухэтажным деревянным строением, а вокруг, насколько хватало глаз, росли зелёные виноградники. Свежий ветер ударил в лицо Кайлу, и он вдохнул воздух полной грудью. Грэт Капарэлли-младший привык к городской суете, шуму копыт, запаху навоза от лошадей, смешанному с курительным табаком, толпам людей. Здесь же было безлюдно, необычно тихо и пахло сырой землей.

   Кайл неторопливой походкой направился ко входу в дом. Он ещё прокручивал в голове, что скажет Нонне при их встрече. Они не виделись почти три года. Адреналин вдруг выплеснулся в кровь, а сердце громко застучало от волнения. Кайл был в каких-то пятидесяти метрах от лестницы, ведущей в дом, как услышал треск веток. Он тут же повернул голову и стал всматриваться в виноградники, но было непонятно, есть ли там кто-то или нет. Взвесив все «за» и «против», Кайл решил всё-таки посмотреть, что или кто мог привлечь его внимание. Пройдя немного вглубь виноградников, Кайл увидел кусочек белой ткани. Он сглотнул в предвкушении первой встречи за несколько лет. Десяток шагов – и он видит Нонну в простом белом платье с завязанными в толстую косу волосами. Статная белокурая девушка, напевая какой-то несложный мотив, с помощью садовых ножниц обстригает высохшие коричневые побеги, а затем подвязывает растения. Кайл немного полюбовался её работой со спины, а потом сделал шаг вперёд.

   – Нонна, привет!

   Девушка вздрогнула, так как не ожидала никого увидеть, и обернулась:

   – Кайл?! – голос девушки дрогнул, на лице проступил испуг, потом удивление, а затем облегчение.

Глава 3. Тридцать девять


   На полпути в постоялый двор «Солёный берег», что находился на пути к Мёртвому морю, Алиса бодро выпрыгнула из их кареты и махнула проезжему возничему рукой, ловя простенький экипаж.

   – Мам, ты что делаешь? – в недоумении уставилась на неё Кейлин.

   – Если мы приедем с проверкой на нашей карете с родовыми гербами и кристаллом управления лошадьми, то ещё на подъезде все слуги будет знать, кто прибыл. С нами будут общаться подчеркнуто вежливо, а не как с обычными постояльцами. Мы ничего не узнаем, поездка окажется бесполезной. Оно нам надо? – весело подмигнула ей Алиса.

   – Ма-а-а-а-м, – только и смогла сказать Кейлин, расплываясь в улыбке. Вот откуда у них с Кайлом была неиссякаемая фантазия на всяческие проделки в детстве.

   Женщины пересели в нанятый экипаж. Алиса стала хлопать по карманам и достала два каких-то невзрачных браслета.

   – Держи, – протянула она, – один тебе, один мне. Это артефакты иллюзий, чтобы нас не узнали.

   Кейла с сомнением покрутила украшение в руке. Тонкая цепочка, а значит, и действовать браслет будет всего ничего – несколько часов, не более. Тем временем Алиса застегнула браслет на своей руке.

   – Как я тебе? – сказала она.

   Теперь перед Кейлой вместо тонкой фигурки матери с длинными каштановыми волосами и лукавыми глазами сидела почтенная дама в возрасте. Лицо незнакомки украшали солидные морщины, глаза были впалыми и не таким яркими, а рот всё равно нет-нет, да и кривился в улыбке.

   – Отлично, только перестань улыбаться, словно нашкодивший степной кот, – сказала Кейла и застегнула свой браслет на левой руке.

   – Сработало? – она уточнила у Алисы, так как зеркала под рукой не было.

   – Да, – кивком головы подтвердила дама с проседью в волосах.

   Кейлин заинтересовалась сменой пейзажа за окном. Деревни встречались всё реже, леса сменились более пустынной местностью. Ярко-зелёная крона деревьев всё чаще и чаще стала перемежаться причудливыми кустами песочных и бронзовых оттенков. То тут, то там лежали валуны цвета охры. Девушка вспомнила слова учителя географии: «Мёртвое море названо не просто так. Почва на берегах этого моря более каменистая и содержит особые минералы. Вода моря непригодна для питья». Учитель географии умудрялся рассказывать всё настолько скучным и заунывным голосом, что бо́льшую часть информации Кейла пропускала мимо ушей. «А здесь красиво, оказывается! Мисье Бернард рассказывал так, будто это дикие места, но совершенно не заикнулся о том, насколько необычна природа близ Мёртвого моря», – восхищённо покачала головой Кейла. Она увидела несколько кустов с крупными плодами жёлто-оранжевого цвета, которые в свете солнечных лучей блестели как настоящее золото. «Кажется это дурманящие разум плоды мёрриса», – вспомнила девушка из книг по географии.

   – Кейлин, – Алиса тронула её за руку, и девушке пришлось отвлечься от созерцания диковинных плодов, – я хотела с тобой серьёзно поговорить.

   Кейла удивлённо приподняла брови. Впервые она слышала такой серьёзный тон от матери.

   – Мы с отцом хотим, чтобы ты была счастлива. Тебе вот-вот исполнится двадцать четыре года. Для незамужней девушки Шерисии это достаточно много.

   – Ой, ма-а-м, – протянула Кейла, сразу поняв, куда клонит мать, – всех денег нашего рода не хватит на моё приданное, уж поверь. Если б я была мужчиной, то себя б замуж не взяла ни за какие коврижки.

   Алиса запнулась. В словах дочери был резон. Но, тем не менее, она продолжила:

   – На мероприятие в честь твоего и Кайла дня рождения Томас позвал грэта Мартино. Присмотрись к нему, пожалуйста. Он очень влиятельный человек в обществе.

   – Неужели отец ещё не устал придумывать, куда и как меня пристроить? Поверьте, если бы я хотела, то давно бы уже пристроилась, – пожала плечами Кейла.

   – За Теодора Пелигрини замуж пошла бы? – спросила Алиса с хитрой улыбкой.

   – Откуда ты… – Кейла была уверена, что даже её родной брат не догадывается о её отношениях с Тео.

   – Кейла, Кейла, – хохотнула Алиса. – Ты ж моя дочь и к тому же нимфа. Я, по-твоему, не вижу очевидное? Нет – так нет. Присмотрись тогда к грэту Мартино, просто присмотрись, о большем и не прошу.

   Больше к этому разговору они не возвращались. Через несколько часов повозка остановилась у постоялого двора «Солёный берег». Это было аккуратное свежеокрашенное здание из такого же камня, как и валуны в округе. Алиса выпрыгнула из кареты так ловко, что привела в смятение садовника, подстригающего кусты около постоялого двора. Крестьянин увидел, что почтенная женщина, – судя по дорогой одежде явно миса или грена, – неподобающе высоко прыгает, задирая юбку, словно горная коза. Кейлин тоже шустро вылезла, но на неё внимания никто не обратил. Садовник спохватился, что неприлично раззявил рот, глядя на знатную даму, и тут же принялся с двойным усердием подстригать жёлто-оранжевые кусты.

   Уже на улице было слышно, что в «Солёном берегу» достаточно шумно и людно.

   – Кажется, дела у твоего постоялого двора идут хорошо, – подмигнула Кейла Алисе, но та лишь нахмурилась в ответ.

   Когда они зашли в обеденную зону, словно огромное одеяло гама, мужского хохота и шума накрыло их с головой. Кейле бросилось в глаза, что во всём заведении почти не было женщин. За длинными грубо сколоченными столами сидели мужчины и весело общались между собой, что-то празднуя. Все они словно братья были широкими в плечах и имели достаточно массивные фигуры. Здесь были и брюнеты, и блондины, и рыжие. У большинства мужчин были длинные волосы, собранные в хвосты или косы. Все они были одеты в достаточно просторные штаны-шаровары, рубахи с короткими рукавами или жилетки прямо на голое тело. Всматриваясь в ряды тестостерона Кейла обнаружила, что женщины тоже иногда встречаются за столами. Но они были такие же крупные и раскачанные, как мужчины, поэтому вначале их Кейла не заметила.

   – Любопытно, – бросила Алиса. – Интересно, что это за сборище в моём заведении. Пойду-ка узнаю у управляющего, кто все эти люди. А ты оставайся здесь и постарайся вести себя максимально разумно.

   Кейлин пожала плечами и ещё раз осмотрела зал. Здесь сидело так много мужчин, что даже она, привыкшая к повышенному вниманию противоположенного пола, чувствовала себя слегка неуютно. Девушка заметила в углу вдали небольшой пустой столик, как раз позади стола, за которым общались трое мужчин. Пробираясь к заветной цели Кейла мимоходом кинула взгляд в зеркала, парящие стайкой у входной двери.

   В отражении зеркал Кейла увидела щуплую девицу без груди с невзрачными мышино-серыми волосами и такими же серыми глазами. Аккуратный курносый носик и острый подбородок делали внешность девицы весьма миловидным. Кейлин впервые в жизни порадовалась тому, что она выглядела невзрачно. А вот из одежды на ней, к сожалению, остался фиолетовый корсет и цветастая юбка. Она так и не успела подняться в свою комнату в особняке Капарэлли, чтобы переодеться после свидания с Тео. Сейчас, пробираясь к дальнему столику, она остро чувствовала на себе брошенные вскользь мужские взгляды и как никогда мысленно проклинала себя, что не задержалась у Тео и не нашла свои трусы среди всего хаоса вещей в его комнате.

   Когда Кейлин подходила уже к пустому столику, её достаточно грубо схватил один из троих гостей заведения за руку:

   – Нам долго ещё ждать свой заказ? Мы же написали заказ и отправили с волшебной пылью на кухню полчаса назад. Или у вас здесь пыль просроченная? – раздражённо обратился к ней мужчина. – Три кружки эля и три стейка из свинины, будьте так добры.

   Кейла с удивлением перевела взгляд на статного молодого человека. На вид около тридцати, лицо породистое с аристократичными чертами, достаточно тёмные коротко стриженые волосы аккуратно приглажены. Держится весьма надменно, губы плотно сомкнуты. Одет одёрнувший её мужчина был в идеально отглаженный камзол с серебряными пуговицами поверх накрахмаленной белоснежной рубашки. «А этот не из компании шароварщиков, одет как грэт», – промелькнуло в голове.

   За столом сидел ещё один юноша, младше Кейлы. На вид лет девятнадцать, тоже одет как горожанин из Алишера. А вот третий человек за столом привлёк внимание Кейлы своей экзотичной внешностью. Жилетку на нём можно было назвать чисто символической. Она не скрывала ни кубиков пресса на загорелом животе, ни шрама через всю мускулистую мужскую грудь. Особенно удивила прическа незнакомца. Чёрно-вороные волосы были заплетены в тонкие косички, и часть этих косичек была перевязана грубым кожаным шнурком в подобие конского хвоста. Правое ухо было проколото сразу в нескольких местах, его пронзала одна длинная серьга в виде змеи.

   – Эм-м-м-м, – растерялась Кейла, не зная, что сказать. «Вот мама бы точно придумала, как себя повести в этой ситуации», – почему-то подумалось девушке, и она рассердилась на саму себя. «Веди себя разумно», – промелькнуло последнее наставление. «Ну что ж, раз меня приняли за подавальщицу еды, попробую отыграть эту роль».

   – Да-да, сейчас всё будет, – она улыбнулась странной компании. Её руку тут же отпустили.

   На удачу Кейлы, вход на кухню располагался всего в нескольких шагах от этого столика. Она быстро шмыгнула туда. На просторной светлой кухне носились туда-сюда повара, не ожидавшие наплыва посетителей. Девушки только и успевали, что схватить заказ и выбежать в зал. Кейла накинула на себя передник, висевший при входе на гвоздике, и взяла поднос с тремя сочными кусками стейков со стола, куда повара складывали еду для клиентов. Мельком она увидела, что среди клубов пара от кастрюль Алиса в образе почтенной дамы о чём-то спорит, яростно жестикулируя, с толстым невысоким мисье средних лет. «Ага, развлекается, всё ясно. Я тоже развлекусь в новом образе», – решила Кейла и вышла с подносом в общий зал. Грациозно пройдя к нужному столику, она стала снимать с подноса тарелки с едой и раскладывать приборы.

   – Я рад, Ваше высочество, – обратился тот самый неприятный тип, схвативший её за руку, к мужчине с черными косичками, – что мы пришли к взаимовыгодному договору.

   – Пока ещё не пришли, – возразил мягкий баритон. – Мы согласны охранять корабли Шерисии и проводить их по «Мёртвому морю», но остаётся вопрос цены наших услуг.

   Кейла мельком посмотрела на «его высочество», а потом ещё раз. Как оказалось, «его высочество», говоря эту фразу, в упор разглядывал её саму. Кейла даже порадовалась, что в образе серой мышки у неё совершенно нет груди, да и передник скрывает неприлично яркий и явно дорогой корсет. Вот только мужчину со странной причёской и шрамом на груди это не останавливало.

   Неготовая к такому пристальному вниманию, Кейла случайно уронила одну из вилок на пол.

   – Прошу прощения, – сказала она и присела, чтобы поднять прибор с пола. Только она забыла, что юбка, надетая на ней, была составлена из лоскутов разноцветной ткани и, приседая, Кейла оголила ногу до самого бедра. Отсутствие нижнего белья на девушке стало очевидным одновременно сразу всем троим мужчинам, сидевшим за этим столом. Черные глаза «его высочества» заискрились лукавым смехом, он чуть довольно улыбнулся. Самый молодой юноша вначале вытаращил огромные как блюдца глаза на Кейлу, затем покраснел и уткнулся в свою тарелку со стейком. А вот глаза мужчины в камзоле заледенели от скрытой ярости, губы сомкнулись ещё плотнее.

   Кейлин мысленно выругалась. «Ну, кто заставлял меня приседать за вилкой? И что мне теперь делать? Не говорить же: извините, я забыла свои трусы у любовника?». Пока она вела мысленный диалог сама с собой, мужчина в камзоле сухим голосом произнёс:

   – Прошу прощения, Ваше высочество, я сейчас разберусь с прислугой и вернусь.

   С этими словами он очень больно сжал руку Кейлины, вздёрнул её наверх со всей силы и, держа под локоть, вытолкнул на лестницу.

   – Кто Вы такая? На кого работаете? Не смейте врать. За шпионаж в нашем государстве пожизненная ссылка в Варварские пустоши, – сказал он, ещё сильнее сжимая локоть Кейлы.

   – Ай, отпустите, больно! – взмолилась Кейлин. Было действительно больно. Синяки на руке наверно теперь пару недель не сойдут.

   Грэт, а теперь Кейла не сомневалась, что перед ней стоит выходец из первого сословия, лишь слегка ослабил хватку и продолжал пристальным взглядом тёмно-синих глаз сверлить девушку. Если бы не надменный вид и сомкнутый рот в жёсткой ухмылке, то этого мужчину смело можно было бы назвать красивым. Но Кейла не обманывалась. Такие «Я-всё-знаю-я-самый-умный» бесили её больше всего. Такие люди обладали властью и считали, что они знают больше всех на свете. Вот и сейчас этот грэт вначале принял её за прислугу, теперь за шпионку.

   – Я не понимаю, о чём Вы говорите, – Кейлин вздёрнула подбородок. – Я здесь работаю в качестве разносчицы еды.

   «Грешна, соврала. Но если мама узнает, что я сломала всю маскировку в первые же минуты по прибытии в «Солёный берег», то последствия будут хуже ссылки в Варварские пустоши», – подумала Кейлин.

   – Работаешь, говоришь? – мужчина приблизился и второй рукой взял Кейлу за горло. Он не поверил ей ни на миг. Удивительно, но при ледяном голосе его руки просто обжигали. Грэт явно рассчитывал напугать девушку этим действием, а вот «шпионке» стало лишь смешно. Кейлин не смогла удержать улыбки. «Ну в самом деле, знатный грэт, очевидно занимающий должность при королевском дворе, раз имеет право общаться с первыми лицами другого государства, не станет душить на лестнице постоялого двора какую-то девицу лишь потому, что на ней не было нижнего белья», – подумала она.

   Грэт на секунду опешил от такой реакции девушки, а затем яростно сверкнул сапфировыми глазами.

   – Ты издеваешься? – сказал он, почти прикоснувшись губами к её шее. От горячего воздуха из его рта побежали мурашки по всему телу. Шея была самым эрогенным местом Кейлины. А ещё её сводил с ума аромат апельсинов и корицы, который исходил от грэта.

   Мужчина резко вклинил свое колено между её бёдер и рукой, той, что держал её за локоть, нырнул между складок длинной юбки. При этом второй рукой он продолжал держать Кейлину за горло. Такая близость мужчины возбуждала. Перед ней был хищник, который точно знал, чего хотел. Обжигающе горячая рука прошлась по внутренней поверхности бедра, вызываю бурю чувств. А затем она весьма жестко дотронулась до нежных складочек девушки, и без всякой прелюдии его пальцы, указательный и средний, вошли в неё саму. Зрачки Кейлины расширились не то от желания, не то от возмутительного поведения грэта. До сих пор она всегда сама выбирала мужчин, с которыми будет спать. А этот наглец, приняв её за простолюдинку и продажную девку, так грубо решил поиметь её. Но не успела Кейла возмутиться поведению мужчины, как грэт вынул пальцы из неё и поднёс к лицу:

   – Если ты здесь работаешь, то объясни мне, как оказалась в день, когда Гильдия Пиратов приехала на подписание договора в «Солёный берег», и все подавальщицы заведения наглухо замотались в одежду, в вызывающей одежде и без нижнего белья? Почему именно ты обслуживала стол, где сидит Чёрный Принц?

   Внезапно мягкий баритон нарушил разговор Кейлины с неизвестным грэтом:

   – Право слово, я не удивлён, грэт Вилладжо, что Вы до сих пор не женаты. Вам не говорили, что держать девушек за горло несколько… неэтично?

   При звуках голоса Чёрного Принца грэт тут же отпустил Кейлу и сделал шаг назад. Но его всё ещё выдавали широко раздувающиеся ноздри. Девушка незаметным движением поправила передник.

   – Я считаю, Ваше высочество, что эта девка подослана и является шпионом, – отчеканил грэт Вилладжо.

   Мужчина с черными косами подошёл ближе, рассматривая девушку. Взгляд скользнул за передник, туда, где был фиолетовый корсет.

   – Я не воюю с женщинами, кем бы они ни были, – возразил принц Гильдии Пиратов.

   – Я сейчас свяжу ей руки и доставлю в королевский дворец до выяснения личности, – ровным голосом объявил грэт Вилладжо.

   – Я согласен на тридцать семь процентов от прибыли товара, находящегося на кораблях, которые мы будем сопровождать через «Мёртвое море». Но девушка пойдёт со мной, – голос принца вдруг резко изменился и из мягкого баритона превратился в металл.

   Пока грэт Вилладжо взвешивал предложение, Кейлина тоже решила между тем, чтобы продолжить развлечение и тем, чтобы снять браслет и раскрыть свою личность. Чёрный Принц был ей симпатичен как мужчина. И при всей его неординарной внешности и статусе, она не чувствовала от него ни грамма опасности для неё самой. И то ли голод нимфы забурлил в жилах при взгляде на обнажённый торс пирата, то ли ей захотелось утереть нос противному Вилладжо, но Кейлина одним плавным движением скользнула к предводителю Гильдии Пиратов со словами:

   – Тридцать девять процентов прибыли, а я с удовольствием пойду с Вами.

   Принц улыбнулся одними глазами, кладя руку ей на талию. А обернувшись, Кейла увидела разъярённого грэта Вилладжо. Понятное дело, что он не станет силой вырывать её из рук пирата. Грэту ничего не оставалось делать, как сказать сквозь зубы:

   – Хорошо, я поговорю с королём.

Глава 4. Ещё одна истинно рождённая нимфа


   Нонна проснулась как обычно – с рассветом. Она наскоро позавтракала, приготовив яичницу и оставив часть в сковороде для матери, переоделась в своё любимое простенькое белое платье и отправилась работать в виноградник. Работа с растениями успокаивала её, а после вчерашнего скандала ей хотелось успокоить нервы.

   Вчера снова приходил её отчим Златан, и снова Нонна стала свидетельницей скандала. Злат пришёл домой настолько пьяным, что почти не держался на ногах. В общем-то, за последние годы в те редкие разы, когда отчим всё же появлялся в их поместье, девушка не видела его в другом состоянии. Злат ругался с Виолеттой.

   – Я двадцать с лишним лет ждал от тебя сына или хотя бы дочь, – ревел пьяный мужчина, – а что ты? Ты вообще не родила мне ни единого наследника!

   – Злат, ты же знаешь, я не могу повлиять на это… – оправдывалась Виолетта.

   – Я обеспечил тебя всем, что ты хотела! Я купил тебе это поместье, потому что ты мечтала иметь собственную ферму! Я осыпал тебя драгоценностями и подарками, скажи мне, что я сделал не так? – Злат вёл себя совершенно неподобающим образом, пытаясь обнять и привлечь Виолу к себе. Виолетта же ловко отпрыгивала от супруга.

   – Златан, может, ты проспишься, и мы с тобой обсудим всё на трезвую голову?– сделала робкую попытку прекратить ссору Виола.

   Её мать, истинно рожденная нимфа, была прекрасна даже сейчас, спустя много лет. На вид ей сложно было дать более тридцати с хвостиком лет, хотя по прикидкам Нонны, матери было за пятидесят. Виолетта никогда не озвучивала свой возраст.

   – Почему ты полюбила его, но не смогла полюбить меня? Лируа измывался над тобой, держал за личную шлюху, постоянно бил и даже попытался убить. Я ни разу в жизни не поднял на тебя руку, сделал с первого же дня своей женой, подарил всё, что у меня было, и закрыл своим телом от пули. Старый хрыч давно умер, а так и не забеременела от меня за все эти годы. Почему?! – послышался глухой стук.

   «Кажется, отчим стал собственноручно крушить стены», – Нонна сглотнула, опасливо вслушиваясь в крики в соседней комнате. Впервые в жизни она услышала столько информации о родном отце. Виолетта очень не любила рассказывать о Габриэле, так его звали. До сих пор Нонна знала лишь его имя и то, что он был грэтом из первого сословия, но дочь решил не признавать.

   – Злат, я многим тебе обязана, да всем и в первую очередь, жизнью. Но ты не он… – всхлипнула Виола.

   – Чем я хуже того мерзкого ублюдка? – вопил Злат, а вместе с разъярённым мужским голосом за стеной раздавались громкие звуки ломающейся мебели, треск материи, глухие удары об стены.

   Это был далеко не первый скандал между отчимом и матерью на памяти Нонны. За все ссоры Грэт Злат Капарэлли ни разу не нанёс физического вреда Виоле, но звуки за стенкой были настолько громкими, что девушка всё равно опасалась за свою мать.

   – Я тебе обязана всем: жизнью, положением в обществе, состоянием, – Нонна прислушалась к еле слышному бормотанию матери. – Ты замечательный и столько всего сделал для меня. Я тебе признательна и благодарна всем сердцем. Я люблю тебя, но ты же знаешь, что я истинная нимфа, а мы можем родить только лишь от того, кого по-настоящему полюбим.

   – Ты сломала мне жизнь, – раздался гневный шёпот Злата, отчим охрип от ора. – Я больше не могу быть ни с кем после тебя. Я полюбил тебя так сильно! – удар кулака об стену. – Когда я закрываю глаза, я вижу только тебя. Я даже на сторону за все эти годы ни разу не пошёл, потому что не могу ни с кем, кроме тебя, Виола. У меня могли бы быть наследники от любовниц, но у меня за все эти годы не было даже ни одной другой женщины! Ты вытеснила всех, ты и только ты в моём сердце и мыслях… А ты даже полюбить меня не смогла, – последнее было сказано совсем тихо.

   Дальше послышалось шуршание одежды, какие-то не то всхлипы, не то вздохи, треск материи, шорох, как будто борются два человека, а затем громкий звон разбивающейся стеклянной тары.

   – Не трогай меня! Мне не нужны твои подачки, – Злат выбежал из соседней комнаты как ошпаренный и столкнулся с Нонной.

   Девушка с ужасом смотрела на огромного отчима. Златан служил королевским нюхачом, и благодаря своему дару, он, как и Виола, выглядел существенно младше своих лет. Привыкший упражняться с мечом, чтобы успокоить свои нервы, Злат за последние годы стал ещё мощнее, мышцы бугрились на его руках даже тогда, когда он держал их расслабленными. Рубашка с коротким рукавом плотно прилегала к накачанной груди. Золотисто-медовые волосы Злата были всклочены, а от ярко синих глаз осталась тонкая радужка, так сильно взбешён был мужчина. Когда он столкнулся в дверях с Нонной, лицо его было красным, а ноздри раздувались, как у лошади после галопа.

   Нонна бессознательно сделала несколько шагов назад. Она панически боялась отчима в таком состоянии.

   – Ты! Ты! – Злат был удивлён, что в доме есть ещё кто-то. В первую секунду он не узнал Нонну, так сильно был затуманен его разом. – Как же ты похожа на свою мать! – с горечью сплюнул он.

   Внешне Нонна действительно была копией Виолы. Слегка отличалась лишь форма носа и ушей, постороннему человеку надо было присматриваться к матери и дочери, чтобы заметить эту разницу. А вот характеры у нимф отличались сильнее, чем природа северной Норингии и жаркие Варварские пустоши.

   – Да будь проклята ваша кровь истинных нимф. Это не дар, это проклятие! – и с этими словами он выбежал из дома.

   Нонна долго стояла, глядя ему в след. Затем повернула ручку двери и зашла в гостиную. Здесь была перевёрнута и разорвана в клочья мебель, на которой Злат выражал свою ярость. На стенах в нескольких местах красовались выбоины и трещины. Что ни говори, а отчим был очень сильным мужчиной. Нонна невольно восхитилась его силе. «Это ж какой должен быть удар, чтобы по стене пошла трещина?» – промелькнуло в голове. Часть световых искр осыпалась с потолка и песчаной россыпью валялась по полу.

   Плачущая Виола сидела на дне перевёрнутого кресла, а её белоснежные волосы закрывали всю хрупкую фигурку.

   – Мама? – Нонна сделала несколько шагов к ней, под туфлями захрустели осколки разбитой вазы.

   Виола мельком вскинула голову, а затем стала протирать ладонями опухшие от слёз глаза. Получалось плохо.

   В голове Нонны крутилось множество вопросов, она интуитивно чувствовала, что сейчас именно тот момент, когда Виолетта ответит на них. Ещё в подростковом возрасте Виола объяснила Нонне, что та, как и она сама, является истинно рождённой нимфой. А это означает повышенное внимание противоположенного пола и Голод. В тот год Нонне поступило множество подарков и предложений руки и сердца от друзей Златана, а также от случайных греттов и мисье. Отчасти потому, чтобы скрыть дочь от ненужных глаз, слухов и пересудов, отчасти потому что Виолетта после работы в Квартале Нимф больше всего хотела спокойной жизни, они переехали в это удалённое от Алишера поместье.

   Уже тогда между Златаном и Виолеттой наметился разлад в отношениях, но ещё не доходило до скандалов. В то время отчим жил с ними в этом поместье. Но после каждой ссоры у него неожиданно образовывались важные дела на работе, и он уезжал. Вначале на неделю, потом на две, а затем стал появляться лишь раз в несколько месяцев в поместье. Несколько лет назад ссора между родителями переросла в настоящий скандал, и тогда Нонна впервые услышала, что Виола, оказывается, истинная нимфа. Вот тогда ей впервые стали понятны все претензии Злата.

   Нонна села на перевёрнутое дно кресла рядом с матерью, которая выглядела скорее как старшая сестра, и молча прислонилась к ней. Виолетта уже перестала всхлипывать. Она также молча обняла дочь.

   Нонна думала о том, что Злат прав. «Быть истинной нимфой – настоящее проклятие. Отчим сошёл с ума от любви из-за этой магии, ведь он столько лет жил с Виолеттой под одной крышей. Сейчас он по-настоящему несчастлив, да и мать тоже не выглядит счастливой. Но разве можно полюбить насильно?»

   – Кто был моим отцом? – тихо спросила Нонна.

   Виолетта вздрогнула, не ожидая вопроса. Она помолчала некоторое время, а затем ответила на вопрос:

   – Грэт Габриэль Лируа, владелец Квартала Нимф и ночного заведения «Запретный Плод». В то время это заведение несколько отличалось… Там работали девушки, которые спали с мужчинами за деньги, – голос Виолетты был сухим и бесцветным.

   – И… – Нонна уже догадывалась, какой услышит ответ, – ты тоже там работала?

   – И да, и нет. Я была личной любовницей Габи, – не стала врать Виолетта. Дочери уже двадцать семь лет, она должна знать такие вещи.

   – М-м-м, – промычала Нонна, – а почему грэт Лируа не женился на тебе? Почему не признал меня? Почему ты не повлияла на его к тебе отношение с помощью магии нимфы? – ей было действительно непонятно. Перед её глазами был Златан, который годами одаривал подарками Виолу и готов был ехать хоть на край света, попроси она его об этом.

   – Ну, во-первых, – Виола усмехнулась и потрепала дочь по голове, – все люди разные. Твой отчим Златан – благороднейший из грэтов, которого я когда-либо встречала. Второй такой, которого я знаю, – его двоюродный брат Томас. Во-вторых, у рода Лируа была собственная магия рода, нейтрализующая мою магию. Габриэлю я была нужна как истинная нимфа, которая вербовала бы глупых молодых девочек для «Запретного плода». Я не уверена, что он испытывал ко мне чувства бо́льшие, чем испытывает хозяин к своей породистой лошади.

   Они немного помолчали. До сих пор Нонна думала, что её отцом был какой-нибудь богатый мисье или простолюдин из третьего сословия. Девушка до сих пор не чувствовала никакой магии. Златан рассказывал, как может чувствовать самые тонкие запахи, Кейлин в детстве легко ловила её, когда та пыталась соврать. А сама Нонна считала, что никаким даром не обладает. Оказывается, от отца ей вполне мог передаться, пускай и частично, нейтрализующий воздействия дар.

   Виола убрала локоны Нонны за ухо и присмотрелась к серьгам девушки. Крошечные жемчужинки-гвоздики нежно молочного цвета с золотыми листиками украшали аккуратные девичьи уши.

   – Носишь? – коротко спросила мама.

   – Ношу, – так же коротко ответила Нонна.

   Эти серьги были подарком от Виолетты, когда Нонна рассказала ей про мучавший её голод нимфы. Именно Виола рассказала дочери про заведение «Сладкие Грёзы», а также подарила эти серьги со словами, чтобы та их не снимала до свадьбы. Виола пояснила, что это украшение – магический артефакт, обладающий противозачаточными свойствами. Мать не хотела, дочь повторила её же судьбу: чтобы Нонне вскружил голову какой-нибудь грэт, а затем оставил в любовницах.

   В тот день Нонна пообещала матери, что снимет серьги лишь после свадьбы, но в душе она решила, что никакой свадьбы не будет. А если и будет, то своему избраннику она просто скажет, что бесплодна. Видя, как рушатся отношения между родителями, она не хотела такой участи для своих детей. Она искренне считала, что от магии нимфы нет ничего хорошего.

   Пока Виола перебирала волосы дочери, та впервые задумалась о том, как правильно поступила три года назад. Кайл, друг детства, сын двоюродного дяди Томаса и подруги матери Алисы, оказывал ей знаки внимания. Совершенно случайно они встретились в «Запретных Грёзах», и у них закрутился роман. Нонна чувствовала, что ей нравится Кайл. Она столько времени провела с ним в детстве, он учил её стрелять из лука, а потом они отдалились друг от друга, потому что она с матерью переехала в это поместье. Прошло несколько лет, и Нонна не узнала в статном молодом человеке с широким размахом плеч и прямой осанкой друга детства, худого, долговязого и вечно чумазого мальчишку Кайла. Только когда они сняли маски в доме ночного квартала, она поняла, кто стоит перед ней. Та ночь с Кайлом, как и все последующие, была бесподобна. Именно с ним она чувствовала, что Голод надолго отступает. Ни с кем из её случайных любовников не было такого.

   После очередного свидания Кайл подарил ей кремовую розу и сказал, что она так прекрасна, как этот цветок. Именно в этот момент Нонна почувствовала, что допускает ошибку, встречаясь с другом детства. Она искренне желала ему всего хорошего, а видя, как отчим сходит с ума по Виолетте, приняла решение порвать с Кайлом, пока не поздно. Нонне нравился молодой грэт Капарэлли, но вот любила ли она его? Не факт.

   «Бедный Златан», – подумала Нонна. – «Как же правильно я поступила три года назад, что рассталась с Кайлом. Не хочу, чтобы он сошёл с ума на почве безответных чувств так же, как Злат».

Глава 5. Чёрный принц


   «Глупая мелкая строптивая девчонка», – негодовал грэт Вилладжо Мартино. Почему-то его задела эта неуклюжая подавальщица еды. Он не считал её шпионкой, но и то, что она не работница «Солёного берега» грэту тоже было очевидно. «И что в ней такого? Почему я всё время думаю о ней? Серые маленькие глазки, невзрачная внешность, ни груди, ни попы». Как же она смеялась, глядя ему в лицо! Ещё ни одна женщина не смеялась, глядя ему в лицо. Да он просто припугнуть её хотел, взяв за шею. Он никогда не был груб с женщинами, но почему-то с этой наглой девкой захотелось быть жёстким. Грэт сам не понял, как его рука оказалась на бедре девушки. А дотронувшись до бархатистой кожи, он не смог удержаться, чтобы не потрогать её там. «Такой нежной кожи не бывает у подавальщиц в загородном постоялом дворе», – мелькнуло у него в голове в тот момент. «Неужели она не понимала, что появляясь в таком виде в таверне, полной пиратов, которые месяцами находились в плавании, в лучшем случае её изнасилует только с десяток самых крепких мужчин?». Грэт Вилладжо Мартино сжал кулаки. Он хотел быстро расколоть девчонку. Кто она, кем подослана, почему обслуживала именно их столик, а в итоге…

   – А в итоге повёл себя, как щенок, – сам себе вслух сказал грэт Мартино и ударил кулаком по письменному столу в комнате.

   «Сам виноват». Эрекция на эту серую мышку снесла крышу, и он не смог удержать свои руки при себе. «А девчонка оказалась дерзкой», – ухмыльнулся своим мыслям грэт, – «не только не испугалась Чёрного Принца, но ещё и подняла ставки».

   Пройдя несколько раз взад и вперед по комнате «Солёного берега», грэт Мартино сел за письменный стол и вывел аккуратное послание:

   «Дорогой отец! Я встретился с Чёрным принцем, предводителем Гильдии Пиратов, что бороздят просторы «Мёртвого моря». Его высочество согласился охранять и проводить наши торговые корабли до вод «Живого моря» за тридцать девять процентов от прибыли с продажи товара, находящегося на кораблях».

   Затем грэт прикусил кончик магического пера, подаренного ему гениальным изобретателем Эриком Рунальдом, и задумался. Такое перо не надо было макать в чернила, оно работало от кристалла с чернилами.

   Очнувшись от дум, Вилладжо дописал:

   «Я думаю, для нас это выгодное предложение. Мы с помощником опросили прибрежную деревню Сушер и посмотрели местный журнал на пристани Мёртвого моря. По всем источникам выходит, что больше половины наших кораблей исчезают, затерявшись в районе Дьявольского треугольника».

   Затем грэт Вилладжо поставил размашистую подпись, приложил кольцо с королевским гербом в виде короны, и посыпал магической пылью из мешочка, гарантирующую, что письмо получит король лично в руки.

   Мало кто знал, что у короля не один сын, а целых три. Вилладжо, как и его младший брат Венай, носили девичью фамилию матери, королевы Шерисии, – Мартино. Таким образом, Вилладжо не привлекал к себе лишнего внимания, любя путешествовать по стране и решать вопросы инкогнито. Разумеется, ближайших круг приближённых короля знал королевскую чету и их сыновей в лицо. Но даже большая часть первого сословия знала лишь наследного принца – грэта Вильяма Тунийского. А вот Вилладжо и Венай оставались в тени, в том числе и из соображений безопасности.

   Вилладжо побарабанил пальцами по столу, думая о той серой мышке. «Наверняка главарь Гильдии Пиратов уже затащил её в свою постель». При этих мыслях стало как-то неприятно. Через некоторое время в приоткрытое окно влетело письмо. Очевидно, оно было присыпано такой же чуть светящейся магической пылью. Вилладжо простёр над сложенной бумагой открытую руку. Письмо встрепенулось, как живое существо, и упало на стол, признав в мужчине адресата. Королевский отпрыск открыл конверт с кратким ответом от отца:

   «Я рад. Это хорошие условия. Согласуй повторную встречу с Гильдией Пиратов для подписания договора».

   ***

   Когда Кейла зашла в апартаменты, на миг у неё в голове пронеслось «а точно ли разумно я поступаю?». Но она тут же отогнала эти мысли. Чёрный принц ей нравился. Было что-то притягательное в раскосых миндалевидных и темных, словно горький шоколад, глазах. В косички мужчины были вплетены крупные разноцветные бусины, и это придавало ему ещё больше экстравагантности.

   – Выпьешь? – спросил пират.

   – Не люблю затуманенную голову, – уклончиво ответила Кейла. Ей не хотелось объяснять свои заморочки на счёт того, что она не употребляет алкоголь. В их обществе вино или эль пили все. Отказ выпить с хозяином дома приравнивался чуть ли не к оскорблению или открытому хамству. Нелюбовь к алкоголю была ещё одной странностью в копилку эксцентричного поведения дочери королевского инспектора.

   Чёрный принц лишь слегка приподнял бровь, не ожидая такого ответа, но не стал ничего спрашивать у Кейлы. Тем временем девушка прошлась по снятым на несколько дней апартаментам в «Солёном береге». Здесь всё как будто дышало морем. На стенах висели картины с кораблями, на длинном столе стоял глобус, а белый балдахин над огромной двуспальной кроватью был подвязан в нескольких местах так, что смотрелся как парус.

   – Так кто же ты такая, загадочная незнакомка? – улыбнулся мужчина, садясь в глубокое кресло.

   Кейлин прошлась по комнате и встала напротив глобуса, задумчиво его крутя.

   – А что, на подавальщицу еды я совсем не похожа? –спросила девушка, прекрасно зная ответ.

   – Я видел драгоценные камни, которыми расшит твой корсет. В Шерисии такой может себе позволить либо мисса из богатой семьи, либо грэтта… в общем-то, тоже из богатой семьи.

   «А ты глазастый», – подумала Кейлин и ещё раз бросила взгляд на мужчину в кресле. Ей не хотелось смотреть на него откровенно в упор. Она видела обнажённых мужчин до этого, но бронзовая от загара грудь и плоский живот пирата, которые были видны из-под жилетки, заставляли её сердце биться чаще, а щёки краснеть.

   – Я не хотела мешать Вашему разговору и оказалась в «Солёном берегу» случайно, – сказала она, повернувшись к нему, чтобы посмотреть в лицо и увидеть реакцию на свой вопрос. – А ты действительно Чёрный принц, глава Гильдии Пиратов?

   Кейлина всё ещё сомневалась, что поступила правильно. Всё-таки, грэт Вилладжо был подданным Шерисии, а вот что ожидать от пирата? Но интуиция нимфы подсказывала, что он не сделает её ничего плохого. А девушка привыкла доверять своей интуиции.

   – Да, меня так называют, – пожал плечами черноволосый мужчина, – но ты можешь называть меня Глэн. А как тебя зовут?

   Кейлина медлила с ответом. Она не знала, стоит ли называть своё настоящее имя или же выдумать какое-то другое. Глэн почувствовал заминку в словах Кейлы.

   – А может, ты покажешь мне свою настоящую внешность, если не хочешь говорить имя? – кофейно-коричневые глаза заискрились лукавством.

   – Откуда ты…? – вопрос повис в воздухе, Кейлина не могла понять, где она прокололась. Мельком бросила взгляд на браслет, он крепко сидел на руке. «Значит, с иллюзией всё в порядке».

   Глэн встал и мягкой походкой подошёл к девушке, затем поднял её подбородок рукой так, что их взгляды встретились, и произнёс:

   – Я не верю, что такая смелая и дерзкая девушка как ты, не побоявшаяся прийти в полную пиратов таверну без нижнего белья, имеет настолько неприметную внешность.

   Кейлина понимала, что надо что-то ответить, возможно, даже соврать, что она действительно так выглядит, но с каждой секундой, то она смотрела в его глаза, осознание ситуации отходило на задний план. Она замерла, не в силах пошевелиться. Чёрный принц медленно наклонился ей, в любой момент давая возможность отойти и уклониться от его поцелуя. Но Кейла всем своим существом хотела распробовать эти прекрасные, обветренные солёным морским воздухом губы. И мужчина накрыл её рот поцелуем. Вначале поцелуй был лёгким, но затем он углубился, стал более напористым и страстным, а уже через несколько секунд Кейла сама толкнула мужчину в обнажённую грудь, и он упал на кровать.

   – Ого, а ты девушка с огоньком! – игриво сказал он, приподнимаясь на локтях.

   Но девушка уже сама ничего не могла с собой поделать. Она вдруг почувствовала тот самый острый голод, когда пират поцеловал её. Она даже не стала снимать с себя одежду, а прямо так, в корсете и юбке из лоскутов разноцветной ткани, залезла на него сверху. «Проклятье, почему я так на него реагирую?», – только и подумалось ей. Она провела рукой по его груди, затем отдельно по шраму от самой ключицы. Ей нравилось в Чёрном принце абсолютно всё: и необычный разрез глаз, и запах пота, и стеклянные бусины в косах, и бронзовый цвет кожи. Особенно возбуждало то, что мужчина ходил в жилетке не просто чтобы покрасоваться своим телом. Когда Кейла дотронулась до него, то удивлённо охнула. Кожа пирата была обжигающей! «Какой же он горячий», – пронеслось в голове, а от этой мысли девушка поняла, что уже стала влажной. Её дыхание изменилось: участилось и стало более поверхностным. Глэн уловил изменения в девушке, его зрачки расширились от возбуждения, и без того тёмные глаза стали совершенно чёрными. Очень ловко он обхватил её руками и перевернул на спину, оказавшись сверху. Эрегированная плоть Глэна упёрлась Кейле в бедро. Это было приятное тепло. Кейла даже не поняла, в какой момент мужчина успел расстегнуть штаны.

   – Что ты со мной делаешь? – прошептал он ей в ухо, а горячее дыхание на шее вызвало волну мурашек. От этого волнующего чувства Кейла обхватила ногами Глэна и прогнулась в пояснице.

   Глэнден, прозванный Чёрным Принцем, а также предводитель Гильдии Пиратов совершенно не хотел принуждать девушку к интиму. С Глэнденом мечтали переспать слишком многие, чтобы он запал на подавальщицу с невзрачной внешностью в загородной таверне.

   Он пошёл за грэтом Вилладжо Мартино, потому что ему не понравился взгляд, которым тот одарил девчонку. Пират лишь хотел убедиться, что грэт не сделает ей ничего плохого. Он не сразу вмешался в разговор девушки и Мартино, так как ему самому было любопытно, кто она такая. И его поразило, с какой невозмутимостью и без капли испуга серая мышка отвечала на вопросы. Даже тогда, когда грэт взял её за горло и залез ей под юбку, голос девчонки не дрогнул. Но такого беспредела Глэн терпеть не мог, а потому потребовал отойти от девушки. Пират даже сообщил, что согласен на тридцать семь процентов от прибыли, лишь бы Вилладжо убрал свои лапы, хотя был уверен, что шерисский король и на все шестьдесят согласится. Глэнден ожидал увидеть её припухшее от слёз лицо или испуг, вполне объяснимые и очевидные реакции женщин на ситуацию, когда их домогаются. Какого же было его удивление, когда он увидел в серых невзрачных глазах ярость и возмущение, но никак не страх. А вот дерзость девчонки про тридцать девять процентов Глэн оценил.

   С Чёрным принцем всё было совсем не так, как с тем же Тео. Близкий друг Кайла уделял внимание долгой и нежной прелюдии, постепенно увеличивая напор своих ласк. Глэн же одним своим дыханием заводил Кейлу с пол-оборота. Прикосновения шершавых и мозолистых ладоней, завязавших не одну тысячу узлов из толстых канатов и регулярно управляющих тяжелыми мачтами, возбуждали похлеще прикосновений мягких губ Тео. Всё тело Глэна, каждый бугорок мышц говорил о многолетних плаваниях в море. А ещё Кейла нащупывала на его теле шрамы, ожоги, порезы… Это был таинственный мужчина, переживший очень многое. Ласки Глэна распаляли мгновенно, сердце Кейлы бросилось в галоп, в ушах стучало. Странное дело, этой ночью она несколько раз была с Тео, но сейчас, от прикосновений Чёрного Принца кровь вскипала точно лава. Кейлин казалось, будто у неё как минимум целый месяц не было мужчины, так силько обострилось сосущее чувство голода нимфы.

   Кейла приподняла свои бёдра, давая понять пирату, что уже готова принять Глэна. Пульсирующие мышцы внизу живота требовали большего, чем просто мужские поцелуи и прикосновения. Пират нависал над ней на вытянутых руках и всматривался в лицо девушки. Глэн подсознательно чувствовал, как сильно дисгармонирует яркий характер девушки, страстность её натуры и эта серая внешность. Он понял, что угадал, что перед ним лишь иллюзия. «Как же ты выглядишь на самом деле?» – думал он про себя. Ему импонировало то, как вела себя эта подавальщица еды, которая, впрочем, могла быть кем угодно, только не подавальщицей.

   Когда Кейла приподнялась, его напряжённый член непроизвольно скользнул по её бедру, утыкаясь во влажный вход девушки. Почувствовав, насколько она уже мокрая и горячая, он, не задумываясь, вошёл в неё целиком, одним махом, полностью. И потрясённо охнул от того, насколько узкой оказалась загадочная незнакомка. Кейла несколько секунд лежала под ним, закрыв глаза и наслаждаясь чувством наполненности. Глэн начал аккуратно двигаться в ней, вперёд и назад, погружаясь и выходя почти на всю длину. Девушка быстро подстроилась под его ритм, но уже спустя несколько минут поняла, что ей мало этого. Она широко распахнула глаза и крепко сжала бёдрами мужчину за талию, давая понять, что хочет быстрее, резче и сильнее. Глэн еле заметно усмехнулся и ускорился. Для него эта девушка была подобно бушующему урагану. И, несмотря на то, что физически он был сверху, именно она подгоняла и руководила им. Именно так в море, когда настигает шторм, с ним нельзя бороться. Это знал опытный пират, не раз и не два, бороздивший Мёртвое море.

   Именно поэтому его и прозвали Чёрным принцем тринадцать лет назад: пиратский корабль под его предводительством пережил смертоносное торнадо, в котором погиб почти весь флот Гильдии Пиратов. В тот день тучи заволокли всё небо, и стало темно так, будто сама преисподняя разверзлась. Вода кипела, ветер вырывал верёвки из рук матросов и доски из корпуса кораблей, а небо закручивалось в гибельные воронки, соприкасаясь с водой. Капитан Медузы погиб достаточно быстро, его смыло в бурлящую воду очередной яростной волной, накатившей на корабль. Пятнадцатилетний мальчишка Глэн единственный смог добраться до штурвала. Он управлял судном целые сутки и в изнеможении к утру следующего дня спас себя и горстку оставшихся в живых пиратов, выведя корабль к островам. Ловко маневрируя, он с одной стороны не сопротивлялся стихии, но в тоже время и не поддавался ей полностью. С тех пор Глэн стал самым молодым капитаном в истории Гильдии Пиратов, а своё судно переименовал в Торнадо.

   У Глэна было много женщин в портах самых разных городов на нескольких материках. Были высокие и низкие, худые и полные, темнокожие и девушки с оливковой кожей, брюнетки, блондинки, рыжие, рабыни с невольничьих рынков засушливого Зомцырра и знатные шерисские грэтты… Глэн давно перестал считать женщин, с которыми коротал ночи. Но с этой девушкой всё было по-другому. Как в ту роковую ночь, изменившую его жизнь, он ощущал незнакомку тем самым сокрушительным торнадо. С каждым движением, что он вбивался в неё, Глэн чувствовал, как эмоции девушки десятикратно увеличивают его удовольствие. Эта девчонка сметала и путала все его чувства, его окатывало мощной сладостной волной в ответ, а затем следовала острая боль. Боль? Он не заметил, как в порыве страсти она вонзила в него свои зубы и ноготки. Кейла располосовала спину Глэну, так сильно ей хотелось его всего. Она поняла это, лишь ощутив что-то липкое на пальцах. Но ей было не до извинений.

   Содрогаясь от оргазма, следующего за оргазмом, она впивалась в его мощную спину, пригибалась в пояснице, приподнимала навстречу свои бёдра, словно стараясь удержать этого шикарного мужчину в себе. Кейлина смотрела в чёрные миндалевидные глаза и не могла поверить в то, что с ней творилось. Дикий пронзительный крик вырвался из её горла, слёзы брызнули из глаз, переходя в сдавленные рыдания. Было ощущение, что глубоко внутри где-то там прорвалась плотина чувств. Глэн оторопел от такой реакции девушки и остановился, но Кейлина подняла бёдра ещё выше, догоняя мужчину и не давая покинуть своё лоно. Сдавленно, совсем сиплым, охрипшим и неузнаваемым голосом она прошептала всего одно слово:

   – Ещё.

   Глэн уже чувствовал, как подходит к вершине блаженства. Ещё несколько мощных толчков, сиповатый хрип оцарапал горло, а затем она почувствовала, как Глэн увеличился внутри неё и со стоном резко вышел. Жаркая струя его семени обожгла её бёдра.

   Чёрный принц перекувыркнулся на бок и откинулся на кровать рядом с Кейлиной. Девушке сейчас было так хорошо и легко на душе, что захотелось смеяться. И всё же, она сдержала это порыв, подумав, что мужчина может понять неправильно её смех. Глэн тяжело и шумно дышал, его грудь часто вздымалась. Чуть отдышавшись, он сказал:

   – Мне кажется, у тебя зелёные глаза.

   Кейлина, улыбаясь, перевела взгляд на своего любовника. Темные миндалевидные глаза изучали её, словно пытаясь пробраться сквозь маску иллюзии.

   – Да, так и есть, – она не видела смысл врать.

   – А волосы? – спросил он, но тут же сам себя перебил, – Нет, да я угадаю. Ты такая жгучая, как острый перец, что растёт лишь в Варварских пустошах. Я думаю у тебя огненно-рыжие волосы!

   Кейлина проказливо улыбнулась и стянула браслет со своей руки.

   Губы пирата сложились в трубочку и удивлённое «О-о-о-о!». А чему удивляться было. Эрик мог бы смело запатентовать свою настойку. Волосы Кейлы выглядели так, как будто это их натуральный цвет волос: у корней потемнее, как море на глубине, а по всей длине понасыщеннее, как весеннее небо.

   Затем нацепив браслет обратно, Кейлина со вздохом встала с кровати и оправила юбку, а затем и корсет, которые так и не сняла. Она прекрасно понимала, что у Чёрного Принца здесь свои дела и интересы, а её саму наверняка уже ищет Алиса.

   – Мы ещё увидимся? – спросил пират, видя, как собирается во всех смыслах особенная девушка.

   – А ты хотел бы? – вопросом на вопрос ответила Кейлина и задумалась сама. Она определённо хотела бы ещё одной встречи с этим умопомрачительным мужчиной. То, что она ощущала глядя на него, не поддавалась описанию. Вот и сейчас, посмотрев в его сторону на оголенный поджарый бронзовый торс, она вновь ощутила, как возбуждается. В то же время она не строила иллюзий на его счёт. Перед ней был глава Гильдии Пиратов, вор в законе, бороздящий моря и имеющий самых разных женщин во всех уголках мира. А самое главное: пираты почти всю свою жизнь проводят в море.

   – Конечно, хотел бы! – с жаром воскликнул Глэн. – Подожди.

   Он стремительно встал с кровати и подошёл к ней. При этом цветные стеклянные бусины в его волосах мелодично звякнули. Мужчина подошёл к ней близко-близко, а потом поднял руку и стал развязывать один из шнурков на своём запястье, кое украшало множество различных бусин, золотых фигурок в виде диковинных животных и даже ракушек. На развязанном шнурке Кейлина увидела всего лишь одну потёртую выцветшую монетку с изображением корабля и дыркой посередине, через которую собственно и проходил шнурок.

   – Это зачарованная монета, – сказал Глэн, протягивая монету Кейлине. – Если тебе когда-нибудь понадобится помощь или ты захочешь увидеть меня, просто брось эту монету в воду. Пока ты носишь эту монету, море тебе станет вторым домом. Тебя без вопросов возьмут на любой пиратский корабль и не посмеют обидеть даже портовые нищие.

   – Ух ты, – завороженно произнесла Кейла. Таких подарков ей ещё не дарили. Монета была больше чем артефактом. Это знак защиты от самого предводителя Гильдии Пиратов. Она слышала истории о таких вещах, но никогда не думала, что это может быть правдой. Волна благородности поднялась к Глэну. Кейлина подняла волосы, попросив завязать шнурок на шее, а затем поцеловала Глэна в щёку, и выскользнула из комнаты пирата.

   Выйдя из комнаты, Кейла стала одёргивать одежду ещё раз, убеждаясь, что прилично выглядит. В это время из соседних покоев вышел молодой помощник грэта Вилладжо. Именно в этот момент запыхавшаяся и раскрасневшаяся девушка поправляла грудь в корсете. Молодой человек густо покраснел.

   «Ага, вот и соглядатай того мерзкого грэта. Удивительно, как вовремя он вышел из своей комнаты. Что ж, не буду его разочаровывать».

   – М-м-м, – сказала Кейлина, прогнувшись, точно кошка, – и тебе, красавчик, перепасть может. Сделаю скидку, всего три золотых. Я сегодня добрая, – и она подмигнула.

   Молодой человек из красного цвета стал уже пунцовым, и Кейла даже забеспокоилась, а не забывает ли он дышать. «Неужели девственник?» – удивленно подумала она, а парень быстро развернулся и устремился к другим дверям. «Ага, пошёл обо мне своему хозяину докладывать. Ну-ну, беги».

   И с этими словами она направилась к лестнице на первый этаж на поиски Алисы в облике почтенной дамы. Алиса выходила как раз с кухни и о чём-то договаривалась с управляющим гостиничного двора. Со словами:

   – А вот и моя племянница, – она подхватила Кейлину под руку и повела на выход из таверны.

   – Фух, – сказала Алиса уже в экипаже, снимая с себя браслет, – удалось выяснить, что этот увалень специально закрывал заведение и не принимал заказы на аренду лучших комнат, потому что кто-то из столичных грэтов шепнул, что приедет флотилия от Гильдии Пиратов на несколько дней. Пираты, как это бывает с любыми кораблями, задержались на два месяца в плавании, а у постоялого двора два месяца убытков. Управляющему даже в голову не пришлось посоветоваться со мной! – женщина негодовала и ругалась, – Нет, ну каков наглец! Придётся нового искать на его место.

   Дальше шла ругань в адрес действующего управляющего «Солёным берегом». Через некоторое время Алиса спохватилась и спросила:

   – Ты-то как? Не скучала всё это время?

   – Не скучала, – совершенно честно ответила Кейлина, а про себя добавила: «Ты даже представить не можешь, как я не скучала», – и посмотрела с беспокойством на руку, где уже начали проступать синяки от крепкого захвата зарвавшегося грэта. Кейла сославшись на то, что замёрзла, попросила у Алисы шаль и накинула её на себя так, чтобы не было видно локтей.

Глава 6. Встреча Нонны и Кайла


   – Нонна, привет!

   Девушка вздрогнула, так как не ожидала никого увидеть. В виноградниках работали только она и её мать, слуг у них не было. В первую секунду она испугалась, что Злат вернулся после вчерашнего скандала.

   – Кайл?! – она его узнала, но не сразу.

   За те три года, что она его не видела, Кайл неуловимо изменился. На юношеском лице появилась щетина, делающая Кайла ещё более мужественным, в оливково-зелёных глазах поселилась уверенность в себе, в чётких шагах читалась решительность, ровная осанка стала ещё более заметной.

   – Привет, Кайл, – Нонна расплылась в искренней и тёплой улыбке. – Извини, не узнала сразу, я не ожидала тебя увидеть в нашей глуши.

   Девушка была искренне рада увидеть друга детства. Да, она сама с ним рассталась три года назад, но с тех пор у неё не было ни одного постоянного любовника или хотя бы друга, с кем она могла бы поговорить по душам. Из-за расставания с ним, она опасалась появляться в особняке Капарэлли, а потому и отношения с Кейлиной, единственной близкой подругой, тоже сошли на нет.

   Кайл был удивлён виду девушки. Он ожидал увидеть красавицу, за которой когда-то ухаживал и даже всерьёз думал сделать ей предложение, но увидел совершенно другую Нонну. Измученное мертвенно-бледное лицо, усталый вид, припухшие глаза и нос, на лбу и переносице появились первые морщины, как будто девушка много хмурилась. Нонна всё ещё была красивой, но красота эта была какой-то поблекшей, губы потрескались от постоянной работы на воздухе, кожа на руках высохла от чрезмерного ковыряния в земле. Сквозь радость от того, что она увидела его, Кайла, в глазах сквозила непонятная грусть. Да и платье отличалось своей простотой и больше подходило не знатной гретте, а простолюдинке, вышедшей за покупками на рынок.

   Алиса когда-то рассказывала, что Виолетта, как и она сама – истинно рождённая нимфа. Из этой информации Кайл и Кейлина сделали нехитрый вывод о том, что Нонна тоже нимфа. Вот только не была девушка похожа на нимфу. Откуда же Кайлу было знать, что Нонна воспринимала свой дар как наказание. Она ходила в «Сладкие Грёзы» лишь тогда, когда ей было совсем плохо. Нимфа боялась привязать к себе кого-либо и не желала никому такой же судьбы, как Златану. Именно по этой же причине, она предпочитала ходить в «Сладкие Грёзы» и выбирать себе всякий раз нового партнёра на ночь. Так на её взгляд понижался шанс, что мужчина безответно влюбится в неё. Но для неё самой на душе было лишь гаже от осознания, что она даже не запоминает имени очередного любовника. Она ощущала себя грязной после каждого посещения квартала Сладких Грёз и потому стремилась бывать там как можно реже. Оттого и выглядела постоянно голодающая нимфа не лучшим образом.

   Искренняя улыбка Нонны обезоружила. Он забыл всё, что собирался сказать. Нонна положила кусачки на землю и на радостях крепко обняла старого друга.

   – Я так рада тебя видеть! – произнесла она.

   Кайл машинально приобнял девушку в ответ. Что-то внутри напряглось, несмотря на то, что он только на днях вернулся с границы с Норингией, где провёл целую неделю с приятной пастушкой горных коз. Нежный цветочный аромат Нонны опьяняюще ударил в голову, а её мягкие точно шёлк волосы пощекотали его шею. Волна мурашек прошла по телу. «Почему она так плохо выглядит? Почему она рада меня видеть, хотя сама же просила не приезжать к ней?».

   Нонна выжидательно посмотрела на Кайла, но не получив никаких объяснений, отвернулась к растению и продолжила обрезание сухих лоз.

   – Я тоже рад тебя видеть, – очнулся от своих мыслей Кайл.

   Щёлк, щёлк, щёлк. Кусачки в руках девушки активно работали.

   – Я тут подумал, что давно тебя не видел и потому решил лично навестить, а не писать письмо, – начал разговор парень. – У нас с Кейлой скоро день рождения. Мы бы хотели пригласить тебя на приём в честь праздника, – здесь Кайл не кривил душой. Они с близняшкой хорошо чувствовали друг друга, и он знал без всяких вопросов, что сестра обрадуется подруге, с которой когда-то играла в салочки во дворе особняка.

   – Я с удовольствием приеду, – не поворачиваясь, сказала Нонна и сдунула с лица прядь волос. Она побаивалась того, что если продолжит общение наедине с бывшим любовником, то всё закончится совершенно не так, как бы ей хотелось.

   – М-м-м, – вот только Кайл как раз добивался диаметрально противоположенного, – а почему ты занимаешься плантацией?

   – Это наши с Виолеттой виноградники. Мы поставляем лучшие сорта винограда в винодельни Шерисии, – с явственными нотками гордости сообщила Нонна.

   – Здорово, – восхитился Кайл. – Вы поэтому уехали тогда из особняка? А почему ты ухаживаешь за растениями лично? А где все слуги?

   Нонна прикусила губу, понимая, что врать собеседнику недопустимо: «С его-то даром расколет как орех, но и правду говорить тоже нельзя».

   – Мне нравится заниматься виноградником самой, – ответила она уклончиво, молясь в душе, чтобы Кайл ушёл: слишком неудобные вопросы он задавал, да и его близость волновала.

   – Но здесь же прорва работы! – возмутился друг детства, видя как уже в третий раз Нонна пытается отрезать особенно толстую лозу, но у неё не хватает сил. – Давай я помогу.

   – Спасибо, не на… – начала было Нонна, но Кайл уже положил свои ладони поверх кистей девушки и приложил силу, чтобы лезвие ножниц таки отрезало неподдающуюся ветку. В этот момент случилось сразу несколько вещей. Ветка под напором острия треснула и упала на землю. Нонну охватило приятная дрожь, когда Кайл положил поверх её рук свои и совершенно неприличным образом вторгся в её личное пространство. Не знающий в своей жизни отказов грэт Капарэлли-младший привык действовать смело, нагло и уверенно.

   – Я сделал тебе больно? – он, не меняя своего положения, пристально изучал лицо Нонны. Обычно в после его прикосновений девушки сами накидывались на него. Но Нонна не шевелилась. «Это… возбуждает», – отметил про себя Кайл.

   – Нет, – короткий ответ, девушки. И она старается не смотреть на друга детства, но в тоже время и не пытается выбраться из его объятий.

   – Так почему слуги тебе не помогают? – нахмурившись, переспросил Кайл. Что-то здесь было не так, и он это чувствовал. Дар подсказывал, что Нонна избегает честного ответа.

   – У нас нет слуг, – сдалась девушка. Вопрос был задан не в бровь, а в глаз.

   – Как это, нет слуг? – Кайл опешил. В его мировоззрении нельзя было жить без слуг. «А кто помогает одеваться? Ладно, мужчины, но у женщин такие сложные платья с застёжками на спине! А кто готовит еду? Накрывает на стол? Стирает бельё? Убирает комнаты? Чистит конюшни? Запрягает лошадей в карету? Таскает тяжести?» – эти и ещё много других вопросов возникло в голове Кайла, но он не стал задавать их.

   Красноречивое молчание было ему ответом. Она не хотела рассказывать, про ссоры родителей. Виолетта сознательно отказалась от слуг и всего того, что требовало постоянно финансирования, а как следствие и общения с мужем. К тому, же Злат начал её ревновать к конюху, и чтобы не рисковать браком и не причинять супругу беспокойство, Виола сама рассчитала всех слуг.

   Кайл сжал Нонну крепче и, заглядывая в глаза, потребовал:

   – Нонна, отвечай мне! Почему у вас нет слуг?

   Девушка закусила губу и уставилась на землю. Она не знала, что сказать человеку, способному с лёгкостью распознать ложь.

   – Не ожидал от дяди Злата такого поведения, – хмуро подытожил грэт Капарэлли-младший. Кто ж ещё мог лишить Виолетту и Нонну слуг?

   – Нет-нет, Злат замечательный! – тут же воскликнула Нонна, – Он потрясающий, добрый, щедрый, внимательный, – и тут она осознала, что если продолжит говорить, то правда выплывет наружу. Необходимо было срочно отвлечь от этой темы не в меру любопытного друга детства с задатками инспектора. И она знали лишь единственный способ: переключить его внимание на себя. «Это то, чего я избегала, но госпожа Судьба распорядилась по-другому».

   – Кайл, я очень соскучилась по тебе, – с этими словами девушка откинула ножницы на земли, обвила руками шею мужчины и недвусмысленно прильнула к губам, напоминая о жарких ночах в их совместном прошлом.

   Кайл оторопел на миг, ведь ещё минуту назад Нонна не проявляла к нему интереса. Но уже через секунду все мысли вылетели из головы. Он мягко положил руку на затылок Нонне, не давая ей отстраниться, а вторая рука заскользила по её бедру.

   Нонна ещё ни разу в жизни не занималась любовью прямо на земле. Но её не смутили ни колющие в спину сухие веточки виноградных лоз, ни сырость почвы, ни отсутствие мягкой кровати. Кайл бросил свой сюртук прямо на протоптанную дорожку, куда и опустилась Нонна. Она таяла от его нежных прикосновений и поцелуев в шею. У неё так давно никого не было. Внутренний голод уже замучил, она планировала поездку в «Сладкие Грёзы» сегодня вечером. Приезд бывшего любовника сыграл ей на руку.

   Бархатные губы Кайла ласкали её шею, а пальцы скользили по внешней поверхности бёдер. Нонна подалась к нему всем телом, почувствовав жар внизу живота. Кайл, будучи младше её почти на три года, возбуждал сильнее, чем любой из взрослых и опытных мужчин, с кем она была помимо него. Да что греха таить, он был одним из немногих её любовников, с кем она вообще получала желанную разрядку. Большинство мужчин не уделяли необходимое внимание прелюдии, действовали чересчур жестко или наоборот боялись дотронуться чуть сильнее. В общем и целом удовольствие от интима она получала, но уже привыкла к тому, что три из четырех раз ей приходилось симулировать оргазм. Видимо, не везло ей с любовниками.

   Но с Кайлом всё всегда было по-другому. Вот и сейчас, когда Кайл ещё даже не начал ласкать её бёдра изнутри, а она уже выгнулась дугой от его чувственных и жарких поцелуев в ключицу. Кайл провёл горячим расслабленным языком по шее, а затем, распустив шнуровку на лифе, стал спускаться ниже сантиметр за сантиметром. Нонне стало очень жарко. Несмотря на лёгкую прохладу, исходящую от земли и пробивающуюся сквозь сюртук, она вся вспотела. А внизу живота предвкушение от будущего наслаждения свернулось в сладкий и тугой узел. Дыхание сменилось на поверхностное, сердце забилось часто-часто. Она сама стала развязывать чуть дрожащими руками завязки на штанах Кайла, настолько ей не терпелось. Уже трогая мужчину сквозь материю, она ощутила приятную упругую выпуклость. Любила ли она Кайла? Наверное, нет. Хотела ли она его? Определенно, да.

   Когда Нонна стала сама раздевать Кайла, он понял, что может сорваться раньше времени. Слишком много раз он представлял её вот такой распалённой и с томной поволокой в глазах. Он втянул губами её мягкий сосок, который мгновенно отвердел, а рукой провёл по нежным складочкам. Пальцы мгновенно стали влажными.

   – Моя девочка, – прошептал он ей на ухо.

   – Твоя, – подтвердила Нонна.

   Кайлу показалось, что он окунул пальцы в горячий кисель – настолько мокрая она была внутри. Нонна охнула и стала активно приподнимать бёдра, сама насаживаясь на пальцы друга детства. А Кайл отставил большой палец таким образом, что его подушечка проходилась по клитору, попадая то под, то над капюшоном. В моменты, когда палец скользил под капюшон, девушка напрягалась и вскрикивала. Он не раз и не два занимался сексом с Нонной и знал, как именно она любит получать удовольствие.

   Когда в мошонке уже стало всё нестерпимо ныть и тянуть, Кайл вынул пальцы, чтобы войти в неё членом. Он с наслаждением смотрел, как она извивалась под ним, когда головка его фаллоса начала проскальзывать вглубь. Нонна подалась навстречу, желая быстрее ощутить в себе всего Кайла. Грэт двигался сначала медленно, сдерживая порывы, проникая с каждым разом все глубже и глубже. Убедившись, что девушка готова, он подался вперед, и весь твёрдый и упругий член проник в неё целиком. Одновременно Нонна запрокинула голову и вскрикнула от неожиданности, смешанной с высшей степенью блаженства. Толчки мужчины становились все сильней и резче. Кайл старался делать большую амплитуду, как можно больше вынимая своё орудие, перед тем как заново его вогнать, чтобы Нонна могла сполна погрузиться в сладкое удовольствие и почувствовать разницу.

   Нонна чувствовала сумасшедшие пульсации внутри себя. Она закрыла глаза, чтобы сконцентрироваться на восхитительных ощущениях и провалиться в нахлынувший оргазм, заставивший онеметь ноги, а сознание – воспарить куда-то далеко, на вершины блаженства. Одновременно её нагнал Кайл. Мощная струя спермы заполнила лоно Нонны и стала стекать по бёдрам.

   Уже в карете на пути домой Кайл вспомнил, что так и не расспросил Нонну, почему в загородном поместье нет слуг. «Надо будет расспросить Златана при встрече», – решил он.

Глава 7. Второй принц Шерисии


   Грэт Вилладжо Мартино был в бешенстве. Спустя какое-то время к нему пришёл его секретарь и помощник молодой грэт Лирэль Дольче и заикающимся голосом сообщил, что, как и было приказано, дожидался, когда девушка выйдет из покоев Чёрного Принца. Она выглядела весьма довольной, немного помятой и предложила интимные услуги за три золотых.

   – Шлюха, значит? – он зарычал в пустом кабинете, а потом не выдержал и одним движением смёл рукой всё, что было на столе. На пол с шумом упали исписанные плотным убористым подчерком листы бумаги, золотая статуэтка в виде короны, несколько чудо-перьев с кристаллами чернил и обычные перья. Последние проткнули насквозь бумаги, а упавшая чернильница перевернулась в воздухе и приземлилась сверху, забрызгав тёмно-фиолетовыми пятнами не только бумаги, но и роскошный длинноворсовый бежевый ковёр.

   «Я, дурак, думал, что это шпионка, выследившая меня, второго принца Шерисии, и пытающаяся узнать подробности договора с Гильдией Пиратов! Я её даже пожалел… а это, оказывается, была шлюха, искавшая платежеспособного клиента!»

   Выслушав весь рассказ помощника, грэт Мартино бросился в коридор, а потом и на первый этаж, чтобы найти эту дерзкую сероглазую мышку, которая так глубоко смогла его зацепить. Он сам не понимал, чем именно она его задела. Возможно своей предприимчивостью и тем, что вместо того чтобы испугаться и расплакаться как это сделала бы любая женщина, она разозлилась и стала сопротивляться ему? Самому принцу Шерисии! «А как ловко она подняла ставку с тридцати семи до тридцати девяти процентов!» – грэт поморщился. Его переиграла какая-то невзрачная строптивая девка из таверны. Он готов был заплатить хоть тридцать три золотых, лишь бы трахнуть эту девчонку. Но и тут она оказалась на шаг впереди и куда-то исчезла. И как назло, хозяин «Солёного берега» про неё ничего не знал. «Но это-то как раз и неудивительно в виду запрета на предоставление интимных услуг во всей стране», – подумал грэт Мартино.

   На грохот из кабинета второго принца Шерисии заглянул стражник.

   – Ваше высочество, у Вас всё в порядке? – учтиво поинтересовался привратник, осматривая кучу перепачканных чернилами документов.

   – Нет! – прорычал грэт Вилладжо, – Разве похоже на то, что у меня всё в порядке? Позовите мне Анжеллу!

   Стражник коротко кивнул и исчез в дверном проёме. Второй принц Шерисии подумал, что уже восемнадцать раз он переписывал условия этого чёртового договора с Гильдией Пиратов и всё никак не мог сформулировать обязанности обеих сторон. Сероглазая мышка всё никак не хотела уходить из головы. А её «тридцать девять» вызывало гневную дрожь в руках. Пора было выпустить пар. Анжелла как раз именно та, кто ему сейчас нужен. Самая опытная и при этом не задающая лишних вопросов любовница.

   Мысли о договоре с пиратами нарушила вошедшая в кабинет девушка. Она была прекрасна. Словно невесомое облако, струилась по ней летящая полупрозрачная ткань и то тут, то там оголялись различные женские прелести. Длинные русые волосы были завиты в нежные кудряшки и убраны в какую-то сложную причёску, какие любили носить знатные грэтты. Анжелла была простолюдинкой, но несколько лет назад грэту Мартино повезло с ней встретиться в деревне, где она его очаровала. Он привёз её во дворец, вытребовал у отца для неё титул мисси, и поселил в своём крыле. Анжелла имела слабое образование, умела, по сути, только писать и читать, совершенно не знала этикета, но всё это с лихвой окупала её старательность и желание угодить принцу. Со временем она стала держаться как истинная грэтта, одеваться и делать причёски. С ней было не стыдно появиться в высшем свете, но поддержать разговор о политике или других делах Анжелла была не в состоянии. Отчасти Мартино это нравилось и устраивало. По крайней мере, он был уверен в ней, что она не подосланная шпионка и не занимается чтением его документов, когда его нет во дворце.

   Девушка бесшумно приблизилась, ступая миниатюрными ножками по мягкому ковру и села на колени у ног своего господина. Вот за что Мартино её любил, так это за покладистость характера. Анжелла стащила с принца ботинки и стала мягко массировать ему ступни.

   – Вы выглядите очень уставшим и вымученным, Вилладжо, – несмотря на то, что она являлась его постоянной любовницей более года, она всегда обращалась к нему на «Вы».

   – Да, Анжи, последние дни меня вымотали очень сильно, – сказал грэт, накручивая выбившийся из причёски любовницы локон свой палец. Анжелла напоминала домашнюю кошечку, которая ластится к ногам хозяина. Тем временем, девушка ласкающими и массирующими движениями поднялась вначале по икрам принца, затем по его бёдрам и, наконец, расстегнула штаны.

   Принц был явно не в настроении и думал о чём-то другом. Анжи оттянула кожицу и, еле прикасаясь, стала водить тонкими пальчиками по головке. Вилладжо со вздохом откинулся на кресло и закрыл глаза. Прошло несколько минут, и девушка почувствовала, как плоть мужчины в руках стала увеличиваться в весе и объёме. Любовница грэта нежно прикоснулась к нему губами, словно желая попробовать на вкус. Облизала влажным языком то, что было в руках, чтобы мужчина не почувствовал дискомфорта. А дальше добросовестно, не пытаясь ни обманывать, ни сократить работу, она начала трудиться: обхватывала всеми пальчиками и сжимала их в кулак на верхушке члена, чуть прокручивала по часовой стрелке всю руку целиком, делая полноценное движение от плеча, и опускала кисть, плавно уменьшая давление кулака, на самое основание члена. Все движения были чёткими, правильными, доведёнными до автоматизма. Мужчина лишь раз взглянул на неё из-под опущенных ресниц. «Хорошо делает свою работу», – подумал он, но почему-то был уверен, что та сероглазая девица не стала бы вести себя столь скромно и правильно.

   Анжелла тем временем подключила вторую руку, и вот уже обеими ладонями она крепко сжимала набухший член Вилладжо. Девушка даже понемногу стала заводиться сама. Когда Вилладжо был близок к финалу, она накрыла его головку своим горячим влажным ртом. Было видно, что девушке нравилось доставлять удовольствие своему господину. Она даже слегка прикрыла глаза, чтобы сосредоточиться на собственных ощущениях. Когда её ласки подвели мужчину к наивысшей точке наслаждения, горячая струя спермы ударила ей в верхнее нёбо. Принц что-то прохрипел, всё так же полулежа в своём кресле.

   ***


   Вечером Вилладжо всё-таки смог собраться с мыслями и набросать черновик договора с Гильдией Пиратов. На следующий день он передал все наработки Лирэлю, а вечером отправился на запланированную аудиенцию с королём.

   Когда двери в тронный зал открылись, Вилладжо с неудовольствием отметил, что помимо короля в зале находится ещё и его младший брат. Венай из троих братьев хотя и был самым младшим, но почему-то именно на него всегда западали девушки. Так сложилось, что по молодости он увёл из-под носа Вильяма и Вилладжо не одну красотку. Венай с юных лет умел красиво говорить и с лёгкостью пудрил мозги любой представительнице женского пола. Именно из-за него Вилладжо лишился своей предыдущей любовницы.

   – Отец, ты хотел меня видеть? – спросил Вилладжо, остановившись в нескольких шагах от трона.

   – Да, наконец-то все в сборе, – удовлетворённо кивнул король Шерисии Валериан Тунийский.

   Венай коротко кивнул, здороваясь с Вилладжо. Он знал, что средний брат на него всё ещё злится за ту прехорошенькую рыжую. Но что он мог поделать? Она сама к нему пришла. От таких подарков богини Судьбы не отказываются. Вот к Анжелле он за полтора года и на шаг не подошёл, зная, как сильно она нравится брату.

   – Буду короток, – тем временем сказал король. – Ваш брат Вильям, наследный принц Шерисии, скоро женится на кузине короля Норингии.

   – О! – только и произнёс Вилладжо.

   До сих пор королевский род не разбавлялся кровью не-магов. Что-то серьезное должно было подтолкнуть короля пойти на такое решение. Знатные грэты всегда выбирали себе спутниц жизни из грэтт или, на худой конец, мисси, но обязательно обладающими хотя бы зачатками магии. Шерисия являлась магической страной. Хотя и всё немногочисленное население государства было сосредоточено всего лишь в одном городе – Алишере, – благодаря древней крови магов и передающимся сверхспособностям, Шерисия всегда считалась очень сильной страной. Первое сословие соблюдало чистоту крови, а как следствие было самым магически сильным. Во второе сословие входили люди со средним и слабым даром. Третье сословие составляли простолюдины, которые не обладали магией вообще.

   – Норингия – это, конечно, хорошо, но женись Вильям даже на самом короле Норингии, это не изменит того факта, что они – обычные люди. Дети Вильяма будут гораздо слабее магически, – озвучил мысли Вилладжо его более импульсивный младший брат.

   – Да, я прекрасно это понимаю, – кивнул король. – Но, к сожалению, это вынужденная мера. Набеги с юга из Варварских пустошей учащаются, с севера и востока нас окружает Мёртвое море, и Норингия – единственный сухопутный сосед. Пока твой брат Вилладжо налаживает отношения с Гильдией Пиратов, чтобы наши корабли могли торговать по морю со странами на других материках, было бы неплохо наладить максимально близкие отношения с Норингией. И, несмотря на то, что королевский род этой страны – обычные люди без дара, не забывайте, что Норингия в семь раз больше Шерисии. А ещё через неё пролегают торговые пути в Крэнгию и Фелисию.

   – Хорошо, – медленно проговорил Вилладжо, не понимая, к чему ведёт отец, – Вильям женится на кузине короля Норингии, таким образом, мы повысим градус отношений с этим отсталым государством болот и озёр. Но причём здесь мы с Венаем?

   – А вот это правильный вопрос, – обрадовался король. – Как точно заметил Венай, дети от брака Вильяма и кузины короля Норингии весьма вероятно будут более слабыми магически. Мне нужна гарантия, что магия нашего рода не угаснет. А потому я позвал вас с Венаем сюда. Мне надо, чтобы один из вас взял в жёны дочь грэта Томаса Капарэлли. Род Капарэлли не только богатейший род во всей Шерисии, но так же очень древний. Томас – моя правая рука. Его дар – распознавать ложь и видеть сквозь иллюзии – бесценен. Грэтта Кейлина Капарэлли – самая лучшая партия для королевского принца. Помимо того, то тот, кто женится на ней, привнесёт в казну огромное состояние, так ещё и почти гарантированно, что его дети станут править Шерисией. Я не говорю о том, что с учётом дара нашей семьи, с такой супругой как Кейлина Вы достигнете небывалых высот.

   Наступило молчание. Король сейчас весьма витиевато сказал Вилладжо и Венаю, что у них обоих есть шансы править Шерисией. Ведь дар королевского рода опирался и взаимодействовал со способностями окружающих их магов. Эта была тайна семьи, в которую были посвящены лишь самые преданные люди.

   – Отец, – робко спросил Венай, – а почему ты сталкиваешь нас с братом лбами? Как-то это неправильно. Ты же можешь просто приказать Томасу отдать свою дочь за меня или Вилладжо. Породниться с королевским родом – это лучшая награда для преданного слуги короля.

   Валериан нахмурился и почесал подборок.

   – Видишь ли, Венай. Томас очень любит свою супругу – уважаемую грэну Алису Капарэлли. А она почему-то убеждена, что их дочь должна выйти замуж только по большой любви. А я, в свою очередь, не могу приказать Томасу отдать свою дочь за кого-то из вас, потому что за годы службы при дворе он оказал мне немало бесценных услуг. Я рискую потерять лучшего королевского инспектора и хорошего друга.

   – То есть нам необходимо красиво за ней ухаживать и влюбить в себя? – уточнил Венай. Задача по одурманиваю женского пола ему была ясна и понятна.

   – Делайте, что хотите, лишь бы она приняла предложение, – махнул рукой король. – И да, у неё день рождения с братом вот-вот будет, вы оба приглашены. Там и познакомитесь, – а затем добавил, – Я думаю, что смогу организовать пребывание грэтты Кейлины на несколько дней во дворце, чтобы облегчить вам задачу.

   На этом аудиенция закончилась. Вилладжо вышел из тронного зала в полнейшем оцепенении. Он знал, что рано или поздно ему придётся жениться на ком-нибудь во благо государства. Он всегда представлял себе в качестве жены тихую, скромную и утончённую грэтту, которая была бы счастлива породниться с королевской кровью. Теперь же ему сказали, что необходимо завоёвывать внимание грэтты Капарэлли. Он смутно помнил её внешность и не был с ней лично знаком, но слухи о том, что это взбалмошная и неуравновешенная особа, избалованная деньгами родителей, давным-давно гуляли при дворе. Весь свет обсуждал, что она покрасила волосы в вызывающий синий цвет, хамила первому сословию, а однажды ела руками пирог на приёме. «Руками! Только подумать! И эта вульгарная и невоспитанная девица станет женой одного из королевских принцев». Вилладжо не сомневался, что постепенно рано или поздно сможет завоевать изящными подарками и красивыми ухаживаниями любое девичье сердце, тут только младший брат Венай может обойти.

   Вилладжо до конца дня работал над государственными делами. Ему приходили донесения от соглядатаев, что сегодня пришвартовалось ещё двадцать пиратских кораблей на севере страны. Лирэль несколько раз спрашивал, какую информацию передать Гильдии Купцов, что ежедневно присылала своего представителя во дворец. Гильдия Купцов была растревожена словно осиный улей большим количеством пиратских кораблей у Сушера и требовала ответов. В виду новой информации о предстоящей женитьбе Вильяма, Вилладжо занимался перебрасыванием основных сил разведки в Норингию, чтобы узнать о внутриполитической обстановке соседа. О назревающих проблемах и слабых местах союзников надо знать ещё больше, чем о врагах.

   В конце концов, второй принц Шерисии понял, что слишком устал. За работой Вилладжо не заметил, как за окном сгустились сумерки. Вилладжо снова позвал Анжеллу. Столько всего случилось за последние дни, что хотелось просто расслабиться.

   Девушка в невесомых тканях зашла в спальню, но остановилась у двери.

   – Ты чего там встала? – раздражённо спросил грэт Мартино. Он уже успел снять сюртук и развязать шейный платок.

   – Мой принц, – девушка сказала дрожащим тонким голосом, и только сейчас Вилладжо увидел полные слёз глаза.

   – Что случилось? Тебя кто-то обидел? – тут же посерьёзнел Вилладжо.

   – Узнала о том, что в ближайшее время Вы женитесь на богатой и знатной грэтте, которая не потерпит моего присутствия во дворце.

   «Кто же тебе такое сказал, интересно? Ну, Венай, все уши тебе оторву! Нечестные методы у тебя по устранению соперников. Ничего, мы ещё посмотрим, кому из нас достанется грэтта Кейлина Капарэлли». Второй принц Шерисии был не глуп, и сразу понял, кому выгодно было настроить его собственную любовницу против возможной будущей невесты. Вот только Венай, не зная характера Анжеллы, просчитался. Анжи по-своему любила Вилладжо и никогда бы не пошла против его воли.

   – Анжи, прекрати реветь. Я ещё даже не обручён. А жениться мне рано или поздно надо будет, я всё-таки сын короля. И не на тебе, это точно, – он развёл руками как бы давая понять, кто он, а кто она. Повезло, что из простолюдинок в миссы записать смог.

   Девушка всхлипнула от этих жестоких слов, развернулась и бросилась прочь из покоев любовника.

   – Женщины! – досадливо бросил принц. «Венай всё-таки получил своё. Свидание с Анжи мне обломал». Посмотрел на брошенный сюртук и шейный платок на кровати. Понял, что короткая встреча с Анжи не принесла желаемого. Чертыхнулся, достал из комода маску, положил в карман брюк и, выйдя из дворца, поймал неприметный экипаж.

   – В «Сладкие Грёзы», – крикнул он кучеру.

Глава 8. Подарок Эрика


   Кейлина следующий день провела в особняке Капарэлли. Отец уже в который раз завёл разговор о том, что для девушки двадцать четыре – это немало, и было бы здорово, если бы она хотя бы начала принимать чьи-нибудь ухаживания. Кейла лишь фыркала в ответ:

   – Отец, а смысл? Мне не нужны все эти цацки и побрякушки, у меня своих полно. Да и украшением больше, украшением меньше… – она пожала плечами, – любовь за это не купишь. Цветы? Я не вижу ничего особенного в букетах, которые завянут через несколько дней. Да и в принципе, я считаю, что все по-настоящему стоящие мужчины уже давно заняты.

   Кейлина говорила абсолютно искренне. С детства родители баловали её и брата всем, чем могли. Вот и сейчас она не ограничивала себя ни в чём, покупая всё что хотелось: платья, туфли, украшения… Вопрос денег никогда не стоял. Кейлу, наоборот, всегда раздражали и вызывали неприятное зудящее чувство мужчины, пытающиеся завоевать её внимание какими-то материальными предметами. Никогда не нуждаясь в средствах, Кейлина не особо-то и ценила деньги и всё то, что на них можно купить. На неё совершенно не производили впечатления дорогие подарки, но всегда цепляли поступки мужчин. Так, например, то, что Чёрный Принц проследил за ней в «Солёном берегу» и вмешался в разговор с грэтом, считая, что необходимо её спасать. Это было достойным поступком с её точки зрения. Но Кейле было очевидно, что сердце пирата давно занято морем. Пираты по жизни – одиночки, у них нет совместного будущего. Да и пират не из тех мужчин, кто променяет свободу выбора на узы брака с одной-единственной женщиной.

   Двоюродный дядя Златан, который всегда по-особенному тепло к ней относился, выглядел всего лишь лет на тридцать с хвостиком, а не на свои годы. Кейлина считала Злата одним из благороднейших мужчин, а история о том, как он своим телом загородил от пули практически незнакомую ему на тот момент Виолу, покорила её. Именно такими и должны быть настоящие поступки храбрых мужчин. Это в её глазах стоило в разы больше, чем все драгоценности мира. Но Кейла прекрасно знала, что замечательный во всех отношениях двоюродный дядя без ума влюблён в свою супругу Виолу уже много лет.

   Был ещё один мужчина, с которым Кейлина себя чувствовала также беззаботно, как и с Кайлом. С Эриком всегда было комфортно, весело и легко, а время от времени он дарил уникальные магические артефакты, сделанные своими руками. С ним всегда было интересно, и, отправляясь к нему в лабораторию, Кейла никогда не знала, чем закончится этот день. А ещё он всегда поддерживал её во всех шалостях, как, например, с покраской волос в синий цвет. В силу своего воистину гениального ума и развитого дара грэт Эрик Рунальд выглядел немногим старше Кейлины, но и он был уже много лет как женат.

   На этом короткий список достойных мужчин заканчивался. Даже с Теодором у неё был лишь хороший секс, но ничего более. Будучи её ровесником, он до сих пор никак не проявлял себя. А его ухаживания в виде цветов, красивых слов и рестораций в последнее время стали вызывать у Кейлы нервный тик. Она искренне досадовала на то, что парень, который столько времени проводил с ней, так и не узнал её. Любой совместный розыгрыш, какие она любила проворачивать с Кайлом, или поездка в необычное место, пусть это даже была бы Варварская пустошь, для неё были ценнее, чем цветы или украшения.

   Грэту Томасу Капарэлли очень не понравился ответ дочери. Фраза «все по-настоящему стоящие мужчины уже давно заняты» заставляла задуматься. Чутьё королевского инспектора подсказывало ему, что дочь сказала то, во что искренне верила. Добавить к этому постоянные отлучки Кейлы из особняка и то, что в последний раз она вообще не пришла домой ночевать… «Ох, неужели она вступила в порочащую для грэтты связь и вступила в отношения с женатым мужчиной?» – к таким неутешительным выводам пришёл Томас. Всегда уравновешенный, он рвал и метал от этих мыслей. Его дочь, самая завидная невеста во всём Алишере, не принимает ничьих знаков внимания, потому что уже давно играет роль чьей-то любовницы! «Не бывать этому!» -мысленно вскипел он и поспешил с ответом королю, что от имени Кейлины принимает приглашение погостить несколько дней во дворце после её дня рождения.

   Кейла пожала плечами на странную реакцию отца, стремительно удаляющегося из гостиной, и пошла на кухню чем-нибудь подкрепиться. Когда её нашёл там Кайл, она уже плотно пообедала и задумчиво доедала виноград.

   – Привет, Синяя борода! – подбежал к ней Кайл и растрепал и без того не сильно приглаженные синие волосы.

   – Привет, – улыбнулась Кейла. Вот кого она всегда была рада видеть, так это своего близнеца. Сейчас, когда он был рядом, он почувствовала, что он чем-то очень доволен. Она даже не обратила внимания на нелестное прозвище. – Не томи, выкладывай!

   – Всё-то ты про меня знаешь, – весело усмехнулся Кайл, опускаясь на соседний стул. Он прекрасно знал, что сестра не стала бы за ним следить. Она поняла, что он очень доволен через их особую эмоциональную связь, установившуюся с рождения. – Я был у Нонны, пригласил её на наш день рождения. Она приедет к нам.

   О подробностях приглашения Кайл благоразумно решил умолчать.

   – О! – только и сказала удивлённая Кейла. Она ещё подростком знала, что брат испытывает к их подруге детства больше, чем просто дружеские чувства. Но никогда не лезла в личную жизнь брата, как и он не лез в её.

   Кайл не смог удержаться от того, чтобы оторвать виноградинку с ветки и кинуть в сестру, когда у той от удивления вытянулось лицо, и приоткрылся рот. Виноградинка попала идеально в рот, девушка от неожиданности закашлялась и проглотила её.

   – Ты что творишь? – откашлявшись, спросила Кейла.

   – Теперь косточка прорастёт у тебя в желудке, – с самым серьезным видом ответил Кайл. Он видел, что сестра не обиделась на его шутку. Они часто раньше так дурачились, кидая друг в друга виноград и ловя его ртами.

   – Ой, прекрати, – рассмеялась Кейлина, – с тех пор как нас застал отец в десять лет, как мы кидались едой на кухне, и рассказал эту байку, я до сих пор так иногда думаю.

   В этот момент на кухню влетело письмо и заметалось между Кайлом и Кейлой.

   – Интересно, кому оно адресовано? – подняла бровь Кейла.

   Кайл схватил мечущийся конверт. При детальном рассмотрении он оказался на слегка мятым листком, выдернутым из блокнота и сложенным втрое. На одной из сторон гордо красовались целых три жёлто-зеленых отпечатка пальца.

   – Здесь написано «близнецам Капарэлли от Эрика», – прокомментировал Кайл, хотя по внешнему виду письма итак стало ясно, кто отправитель.

   – И почему я не удивлена? – сказала Кейла, думая о том, чтобы разводы на конверте не оказались остатками какого-нибудь магического зелья. Эрик всегда был немного неряхой и мог перепутать всё что угодно. В его лаборатории редкие чаи из Фелисии соседствовали с высушенными травами с Варварских пустошей, способных вызвать самые острые боли в животе на целую неделю. – Что он пишет?

   Кайл тем временем пробежал глазами по строчкам письма и скомандовал:

   – Собирайся, Шустрик, чтобы через пять минут была в моей карете! Эрик приглашает нас к себе. Говорит, что у него есть для нас сюрприз, но он в своём духе. Ему надо убедиться, что подарок в рабочем состоянии. Он приглашает нас его опробовать до нашего дня рождения, чтобы если что, успеть внести корректировки. Жду тебя в конюшне!

   Донельзя заинтригованная Кейла бросилась в комнату, чтобы сменить платье на невзрачные коричневые брюки. «Вернуться от Эрика не испачкавшись – миссия невыполнима», – заметил как-то Кайл, и девушка полностью разделяла его мнение. Уже через пять минут близнецы ехали в гербовой карете рода Капарэли в лабораторию гениального мага. По дороге Кейла кинула старому дворецкому Эдуарду, чтобы её не ждали к ужину, она поест у друга семьи – Эрика Рунальда. «Интересно, что такого он изобрёл на этот раз?» – раздирало любопытство обоих близнецов Капарэлли.

   ***


   Когда близнецы зашли в лабораторию Эрика, здесь царил привычный хаос: полки в шкафах бессистемно завалены какими-то странными предметами, не все предназначения которых Кейла могла сходу угадать. На огромном массивном столе беспорядочно расставлены разнообразные по форме, объему и цвету колбы. Из некоторых сосудов валил цветной дым, в воздухе смешались разные запахи: от приятного сладковатого аромата голубых колокольчиков с Шерисских гор до откровенной вони какой-то гнилой кожуры. «Наверно Эрик забыл про ужин, а он так и стух здесь в каком-нибудь углу», – с усмешкой подумала Кейла. Грэт Рунальд был в высшей степени талантливым изобретателем, но, как и все люди, с головой уходящие в своё дело, он мог забывать есть, пить, переодеваться и даже спать.

   На полу стопками в только Эрику понятной закономерности лежали книги. Кейла заметила одну особенно толстую, раскрытую где-то на середине. На развороте была изображена причудливая деревянная корзина с какой-то мельницей сверху. Надпись над картинкой гласила: «Возможен ли полёт без магии?».

   – Явно книга из Норингии, – прокомментировал Кайл интерес сестры, – у них совершенно нет магов, разве что метаморфы, но и тех глупое правительство почти вырезало под корень. Норижские учёные пытаются доказать всему миру, что немаги тоже могут достигнуть определённых высот в науке. Правда до сих пор это у них не очень хорошо получалось.

   Хозяин лаборатории обернулся на голос Кайла, и какая-то тварь, парящая до сих пор перед ним в воздухе, вцепилась Эрику в палец.

   – Ауч! – поморщился учёный и выдернул палец из крошечной мордочки. Животное недовольно фыркнуло мол «не очень-то и хотелось», а затем вдруг оглушительно чихнуло столбом сиреневых искр. Эрик тут же схватился за лежащий рядом мешочек и проворно успел собрать не потускневшую часть.

   – Ого! Эрик, а кто это такой? – Кейла смотрела во все глаза на маленькое очаровательное чудо. Пушистый зверек был размером с две ладони девушки, мел тонкую любопытную мордочку и глаза-бусины. Внешне очень напоминал норку, вот только цвет меха постоянно менялся. Увидев гостей, пушистик вдруг икнул, поменял цвет с голубого на серый и метнулся под стол. Только его хвост и был виден.

   – Я назвал его Шесси. Нашёл пару месяцев назад, когда ездил в Варварские пустоши за редкими травами. Он меняет цвет меха в зависимости от настроения. Сейчас он испугался вас. Варварские пустоши не просто так называются варварскими, это суровые земли и выжить там могут далеко не все. Шесси кто-то хорошо потрепал, и он даже не пытался убегать от меня. Я его выходил, а в процессе лечения заметил, что зверёк умеет пускать странные искры. Я пока ещё не разобрался с их магией.

   Зверёк, понимая, что речь идёт о нём, высунулся из-под стола. Его тело сейчас было серым в голубые пятна.

   – Какая прелесть, – искренне улыбнулась Кейла и протянула руку к Шесси. Тот в свою очередь деловито обнюхал её, а затем по руке цепкими лапами вскарабкался ей на плечо.

   – О, ты ему нравишься! – отметил Эрик.

   – Мы же не за Шесси сюда приехали? – встрял в разговор Кайл.

   – Ах, да, точно! Спасибо, что напомнил, – хлопнул себя учёный по лбу, – Кайл, хватай вон те тряпки в углу, – сейчас Кейла заметила огромные полотна ткани неопределённого цвета, которые она изначально приняла за чехлы для мебели. – А ты, Кейла, бери вот эти ремни, – и Эрик показал на кожаные портупеи, при взгляде на которые уже Кайл залился красной краской. – Здесь мы не поместимся, необходимо перетащить всё во внутренний двор.

   Пыхтя и таща на себе какую-то гору неясного происхождения материи и ремней, все трое вышли не улице. Шесси пришлось оставить в доме.

   – Значит так, – командовал Эрик, – Кайл раскладывай на траве свой шар.

   – Шар? – не понял молодой человек.

   – Ту материю, что ты держишь. Она имеет форму шара. Раскладывай на траве и дыркой клади к ногам сестры. А ты Кейла, надевай на себя закрепляющие ремни.

   – Погоди, – с подозрением перепросила девушка, – я правильно понимаю, что ты позвал нас, чтобы опробовать своё изобретение?

   – Ну да! – Эрику было всё очевидно.

   – Меня поднимет в воздух? – ещё одно уточнение.

   – Я очень на это рассчитываю, – рыжий ученый лучезарно улыбнулся. – Вы станете первыми летающими людьми!

   – А приземляться я буду как то несчастное растение? – уже сощурив глаза, спросила Кейла.

   – Ой, да какая разница, – махнул рукой Кайл, – давай я первым полезу, если не хочешь.

   – Н-е-е-ет, – здесь уже было дело принципа. – Я первая. Эрик, расскажи, как эта штука работает.

   Учёный обрадовался, что с первенством испытания его изобретения определились, с удовольствием стал делиться информацией о своей задумке.

   – Руку сюда, – объяснял он и попутно одевал Кейлу в странную амуницию из ремней, которые, как оказалось, крепились за крюки к огромному шару. – Я назвал своё детище «Воздушный шар». Мне удалось в лабораторных условиях стабилизировать нагревательные искры. Они горячее тех, что подогреваю воду, но при этом не заставляют предметы воспламеняться. Сейчас я их запущу вот в этот шар, и воздух внутри материи расширится. Я специально взял самую крепкую материю, которую нашёл в доме…

   – Неужели Луиза не убила тебя за шторы? – со скепсисом в голосе, осматривая воздушный шар, который сейчас вовсе не летал, а лежал на земле, спросила Кейлина.

   – Давай я первый, – сразу же встрял Кайл.

   – Так, давай сюда искры, – сказала девушка и торопливо развязала мешочек, протянутый Эриком.

   Красивые красновато-пурпурные искры лежали у неё на ладони. Она чувствовала, что они очень горячие, но при этом они не жгли кожу.

   – Скорее, клади их в шар! – поторопил Эрик и рванулся перекладывать искры с ладони девушки в внутрь материи. Разложенная материя на глазах стала постепенно подниматься в воздух и приобретать форму огромной, размером со взрослого самца-ящера из Варварских пустошей, сферы.

   – Ой-ой, – Кейла реально испугалась того, как быстро шар поднялся с земли и взмыл в воздух. Кожаные ремни вокруг её талии и плечей натянулись, она чувствовала, как магические искры тянут её вверх.

   – Кайл, скорее, возьми канат, привяжи к ноге сестры, а то она улетит! – сообразил Эрик, до этого момента с восторгом наблюдавший за тем, как его детище взмывает вверх.

   Кайл успел лишь кинуть один из концов каната в руки Кейле, а второй уже не было времени привязывать к чему-либо: девушка поднялась ввысь. Канат был достаточно длинным, метров сто пятьдесят, а то и все двести. Поднимаясь всё выше и выше, Кейлин ощутила, как её с шаром сносит вбок потоком воздуха. А ещё здесь совсем по-другому пахло, и было гораздо тише, чем во дворе грэта Рунальда. Рядом пролетела стайка певучих синих пташек, одна из них особенно близко подлетела к девушке, не поняв, что это за огромное нечто парит в небе. Вид на Алишер открывался просто восхитительный! Отсюда были видны и высокие остроконечные горы, что разделяли Шериссию и Норингию и желто-оранжевый берег, за которым начиналось Мёртвое море, и даже Варварская пустошь, которая с этой высоты совершенно не казалась пустошью. «Только подумать, я стала первым летающим человеком!» пронеслась пьянящая мысль в голове. Вдруг захотелось набрать полные лёгкие воздуха и закричать от счастья. Это она и сделала:

   – А-у-у-у-у-и-и-и-и!!!! Ура-а-а-а! Свобода-а-а-а!

   – Ей страшно? Нечем дышать? – забеспокоился Эрик.

   – Нет, ей очень нравится, – успокоил его улыбкой Кайл, почувствовавший эмоции полнейшего восторга сестры.

   – Надо бы её спускать, – через некоторое время оглушающе радостных криков решил Эрик.

   Именно в этот момент подул ветер и воздушный шар с прикреплённой к нему Кейлиной стало сильно сносить вбок. Кайл взял канат в руку и через локоть стал притягивать к себе шар, но это было сложно. С учётом сильного ветра его самого стало сносить в сторону, и в какой-то момент он упёрся в ограду дома Эрика. Запнувшись об ветку на земле, Кайл упал, разодрав штанину и случайно выпустив канат из рук. Вот в этот момент Кейла успела не на шутку испугаться. Повезло, что Эрик быстро подскочил и перехватил толстую веревку, иначе бы девушка улетела бы куда-нибудь далеко. Через некоторое время, совладав с ветром, мужчины притянули воздушный шар достаточно низко, но очередной порыв отбросил изобретение вместе с Кейлиной на высокий раскидистый дуб. Послышался треск материи, а затем ругательства девушки.

   – Кейла, прекращай ругаться, а то с таким сквернословием тебя никто во всей Шерисии замуж не возьмёт, – подколол её брат, прекрасно зная, как она относится к замужеству.

   – А ты попробуй отсюда слезть, не переломав руки, а заодно и ноги! – возмущаясь, ответила девушка. В целом, ей повезло. Когда-то в детстве они с Кайлом очень любили лазить по деревьям, а конкретно этот дуб оказался с большим количеством удобных веток, поэтому спуск с дерева занял не так много времени. Но сказался на общем виде девушки. Одежда там, где не порвалась, окрасилась в зелёный цвет, листья застряли в волосах, а кора дуба процарапала кожу на руках, шее и частично груди, потому что приходилось крепко прижиматься к стволу, чтобы не соскользнуть.

   – Ты как себя чувствуешь? – спросил Кайл, когда сестра коснулась ногами земли.

   – Как огурец, – недовольно ответила Кейла, отплевываясь от листвы и потирая ушибленные и саднящие места.

   – Такая же зелёная, а на груди появились пупырышки? – весело уточнил близнец.

   Девушка бросила предостерегающий взгляд в сторону брата, затем отряхнулась и, отдышавшись, Кейла обратилась к Эрику:

   – Это было фантастически здорово, но над посадкой надо поработать. Оказывается там наверху так красиво: видны и горы, и Мёртвое море, и Варварская пустошь! Ещё ни один человек не поднимался в воздух вот так самостоятельно при помощи всего лишь механизма и магии. И главное – никаких крыльев или крылатых животных! Эрик, ты просто гений!

   – А теперь дай я! Я тоже хочу попробовать, – возмутился Кайл тому, что сам ещё не опробовал летательный аппарат и помог Кейле поскорее снять ремни. Теперь уже он облачился в странное кожаное обмундирование.

   Когда уже Кайл был готов, девушка вдруг сказала мужчинам:

   – Стойте, у меня идея есть! – и унеслась куда-то в дом. А побежала Кейла в ванную комнату за холодящими искрами. Найдя в лаборатории Эрика подходящий мешочек, она сгребла все синие искры, что нашла в ванной и гордая, принесла их ожидающим её мужчинам.

   – Я подумала, что горячие искры надо стабилизировать, чтобы ничего не загорелось, а вот холодные можно использовать самостоятельно. Если Кайл дотянется и сам закинет их в воздушный шар, то он плавно начнет опускаться. Не нужен будет никакой канат!

   – Слушай, а ты интересно мыслишь, – поддержал её Эрик. – Это действительно может сработать.

   В следующий раз уже Эрик и Кейла страховали Кайла канатом, а грэт Капарэлли взмыл в небо на воздушном шаре. Когда он приземлился, то ветром его сдуло настолько, что Эрику с девушкой пришлось брать экипаж, чтобы забрать Кайла с ремнями и шаром. Теперь уже Кайл сделал предложение улучшить шар, вставив в него кристалл управления от кареты, ранее изобретенный Эриком.

   – Это тоже может сработать, – неопределённо пожевав губу, сказал Эрик, – кристалл именно управляет каретой, а лошади ему нужны в качестве тяговой силы. Если его перенастроить и объяснить, что тяговая сила – это ветер…

   Близнецы и не заметили, как пролетел весь день, затем вечер. Очнулись они, что пора домой, только глубокой ночью. Полные восторга, ярких позитивных эмоций и идей, как можно использовать и улучшить воздушный шар, а главное, довольные друг другом, близнецы попрощались с Эриком и сели в карету Кайла в направлении особняка Капарэлли.

Глава 9. Человеческий фактор


   Грэт Томас Капарэлли ходил по главной гостиной родового особняка, наматывая круги, словно гончая. Быстрый шаг успокаивал расшалившиеся нервы. Его жена Алиса уехала в свой очередной постоялый двор с инспекцией, посоветоваться было не с кем. Близнецы опять куда-то запропастились. Спустя пару часов после их разговора с Кейлиной, он получил ответ от короля Валериана Тунийского, который выражал свою радость, что юная грэтта посетит дворец. А так же в благодарность король Шерисии предложил его сыну Кайлу войти в делегацию в предстоящих переговорах с Гильдией Пиратов. Это была настоящая честь.

   – Эдуард, – грэт Томас увидел проходящего пожилого дворецкого, который проверял отсутствие пыли на шкафах.

   – Да, грэт Томас, – дворецкий учтиво поклонился. Ему было уже ближе к восьмидесяти, но он любил семью Капарэлли как свою собственную, а потому и продолжал работать. Хотя его состояние уже позволяло бы ему купить собственный дом и прожить, ни в чём не нуждаясь, до конца жизни.

   – Эдуард, – ещё раз повторился Томас, думая о чём-то своём, – а ты не знаешь, где Кейлина? Она говорила, что собирается составить новое меню для «Солёного берега», но я не нашёл её ни в её покоях, ни в рабочем кабинете.

   – Грэтта Кейлина покинула особняк ещё пару часов назад, – как всегда вежливо ответил Эдуард.

   – Как покинула особняк? – Томасу не понравилось, что уже темнеет, а дочь всё ещё не вернулась домой.

   – Я видел, то она собиралась в спешке, получив письмо. Просила не накрывать на неё ужин, так как она поест у грэта Эрика Рунальда.

   – Спасибо, можешь идти, – холодно отпустил дворецкого Томас, а в душе его поднималась злость на мага-учёного. «Ну что нашли в этом рыжем неряхе женщины рода Капарэлли? Вначале Алиса ночевала в его лаборатории, теперь вот Кейлина». Внезапно он вспомнил слова дочери «все достойные мужчины давно заняты». «Эрик же женат на Луизе! Вот о ком говорила Кейла! Вот с кем у неё связь, и потому она не хочет принимать знаки внимания». Неприятное озарение парализовало Томаса.

   – Погоди, Эдуард, – грэт успел окликнуть слугу, чтобы проверить свою догадку. – А на чём уехала Кейла?

   – Я не знаю. Но карета грэтты Кейлины осталась в особняке.

   Томас сжал кулаки так, что побелели костяшки. «Опять решила сделать вид, будто ночевала дома», – подумал он.

   ***

   Когда глубокой ночью Кайл и Кейла, смеясь и бурно обсуждая случившееся в порванной и грязной одежде с землей и пылью в волосах, валились в особняк Капарэлли, Томас был злой как тысяча чертей. Он был удивлён, увидев Кайла, но уже принял решение и отступать от него не хотел.

   – Так, – бросил он строго, и счастливые улыбки с лиц близнецов мигом слетели. – Мне надоели ваши ночные вылазки неизвестно куда, а так же неподобающий, – он красноречивым взглядом обвёл порванный рукав Кайла и отсутствие штанины ниже колена у Кейлы, – для представителей рода Капарэлли вид.

   В этот момент дубовый листик из синих волос Кейлы упал на пол. Она демонстративно наступила на него всем ботинком, якобы ничего не произошло.

   – Я могу всё объяснить, – вмешался Кайл. Всегда, когда их ругал Томас, он брал всю ответственность на себя, выгораживая сестру. Вот и сейчас, видя разгневанного отца, он поспешил взять вину.

   – Мне надоело ваше поведение, – отрезал Томас. – Завтра к нам на званый ужин приедут грэты Вилладжо и Венай Мартино. Это средний и младший сыны короля. Я их пригласил. Я очень надеюсь, что ты Кейлина, обратишь своё внимание на одного из них. О лучшей партии для моей дочери я и не мечтал. Я также дал от твоего имени согласие погостить некоторое время во дворце, чтобы у тебя было время поближе познакомиться с принцами и выбрать одного из них.

   – Но, – начала было возмущаться Кейла, как Кайл очень крепко сжал её за руку, давая понять, что сейчас не время и не место спорить с отцом. Тот уже всё решил.

   – А ты, Кайл, тоже меня разочаровываешь своим поведением. Наследнику рода Капарэлли не прислало гулять в рванье и грязи, словно крестьянину. Король включил тебя в качестве дипломата в ближайшую делегацию на переговоры с Гильдией Пиратов. Возможно, после этого я смогу договориться, чтобы ты поехал в составе свиты наследного принца в Норингию. Но это пока не точно.

   – Ясно, – Кайл коротко кивнул. Он не хотел уезжать из Алишера вот так сейчас, когда у него только-только вновь стали складываться отношения с Нонной. Он также остро почувствовал негодование со стороны Кейлы.

   – Хорошо, – сквозь зубы сказала Кейла.

   Девушка ощутила волны сожаления и печали, исходящие от брата. В один миг она поняла, что Кайлу устраивают ссылку в холодную и неприветливую Норингию, страну болот и сырых лесов, на неизвестный срок. «Ладно, меня всего лишь во дворец приглашают, да принцев подсовывают. Вполне вероятно, что хотя бы один из них окажется вполне достойным. Что я, в конце концов, не выкручусь что ли? И не в такие передряги попадала. А вот Кайл… неизвестно, насколько его сошлют в Норингию, как отреагирует Нонна и станет ли его дожидаться. А если учесть, что она ещё и нимфа… о….», – волна жгучей досады за судьбу брата, возмущения на отца и просто гнева на несправедливость жизни затопила сознание. Она поскорее вырвала свою ладонь из рук Кайла, чтобы он не чувствовал отголосков её эмоций.

   Под буравящим взглядом Томаса Кейла демонстративно спокойно поднялась по лестнице и прошла в своё крыло. Кайл также молча удалился в свои покои. У каждого из близнецов были свои мысли.

   После того, что заявил их отец, грэт Капарэлли-младший прекрасно осознал, что Томас не верит в то, что им с Кайлой передалась кровь истинно рожденной нимфы. Иначе бы не принуждал Кейлу к замужеству. До сих пор не было прецедентов, чтобы у нимф появлялись мальчики. Но Кайл не понаслышке знал и чувствовал тот самый голод нимф. А ещё смутно ощущал, что богиня Судьбы и здесь решила повеселиться: он родился первым из них двоих, и большая часть крови истинно рождённой нимфы отошла именно ему.

   Кейле же передалась гораздо меньшая часть дара. Добавить сюда тот факт, что сестра никогда не любила принятые в свете ухаживания, демонстративно отказывалась от подарков, могла с лёгкостью унизить воздыхателя, а кроме того вела себя чересчур эксцентрично, инфантильно и в то же время самостоятельно для юной незамужней грэтты. Разумеется, никто не хотел стать мишенью для насмешек, а потому Кейлу в свете не особо любили, а узнав получше, холостые грэты старались обходить стороной. Кайл всё это видел, и его всегда лишь забавляло поведение его младшей сестры. Сейчас же он понял, насколько злую шутку и здесь сыграла богиня Судьбы Олейна. Грэт Томас просто не верил, что Кейлине достался дар от Алисы, а как следствие и не верил в то, что дети у неё могут быть лишь от мужчины, которого она полюбит всем сердцем. А женитьба на принце Шерисии дала бы грэтте Кейлине огромные возможности и влияние при дворе. С её сложным характером управление страной, пускай и частичное, на взгляд Томаса, – один из наилучших вариантов. «Вот и получилось… то, что получилось», – резюмировал Кайл.

   Кейла была в бешенстве от того, что всё за неё решает отец. И как назло, Алиса прислала письмо с воздушной пыльцой, что инспектирование постоялого двора «Крылья ветра», что находился почти на границе с Норингией, затянулось, и она пока осталась там. Грэна Алисия Капарэлли была единственным человеком, способным повлиять на решения Томаса и её не было в особняке.

   «Какого чёрта за меня принимают решения? Почему я не могу жить так, как хочу?». Кейла не была знакома с принцами, но её безумно злил сам факт того, что за неё кто-то что-то решает. Порывистая и дерзкая по своей натуре, она готова была сопротивляться и говорить «нет» даже тогда, когда очень хотелось сказать «да», если это «да» кто-то сказал за неё. Вот и сейчас из чувства противоречия она подошла к прикроватному столику и стала копаться в артефактах. У неё было множество иллюзий, которые она использовала, собираясь на свидания. К сожалению, синий цвет волос был ну очень приметный. А она собиралась пойти туда, где лучше оставаться инкогнито. Кейла нашла какие-то уродливые громоздкие серьги, одела их и осталась очень довольной изменениями во внешности. В зеркале отразилась какая-то миловидная особа с грушевидной фигурой, розовыми щеками и странным медно-коричневым цветом волос.

   – Подойдёт, – кивнула Кейлина рыжей девице в зеркале.

   Затем она поискала в шкафе одежду попроще, без приметных украшений, но из добротного материала. Наконец, будучи довольной своим образом миссы из второго сословия, коих в городе проживало немало, Кейла выскользнула из покоев.

   Когда Кейлина запрягала лошадей в свою карету, на дворе уже стояла глухая ночь. Лошади, недовольные, что их разбудили и вот-вот заставят куда-то вести экипаж, раздражённо фыркали. Девушка уже открыла дверцу кареты, как её кто-то схватил за руку.

   Перепугавшись, она чуть было не закричала, как этот кто-то заткнул ей рот рукой.

   – Синяя борода, успокойся, это я, Кайл, – сказал ей брат на ухо.

   – Фу-у-у-х, – выдохнула Кейла, – ну и напугал ты меня, – и как ни в чём не бывало, продолжила то, что делала.

   – Ты куда среди ночи? – напрягся Кайл, – Неужели к Теодору? Может тогда имеет смысл тебе объявить о помолвке с ним? Он хороший парень. Хочешь, я поговорю с ним?

   – Как, и ты знаешь? – удивилась Кейла. «Вот ведь из меня конспиратор получился. Интересно, остался ли ещё в доме кто-то, кто не знает?». А потом сама себе ответила: «Не, ну отец точно ещё не в курсе, а то была бы очередная головомойка».

   – Было несложно догадаться, – улыбнулся молодой человек, – но только если ты к нему, то зачем весь этот маскарад?

   «Повезло, что Кайл распознал меня через иллюзию», – Кейла впервые порадовалась тому, что брат сильнее её в родовой магии, – «а то лежать бы мне сейчас на спине, огретой лопатой, как воровке кареты».

   – Не, – девушка махнула рукой. – Не к нему, но за меня не беспокойся. К утру я вернусь, никто и не заметит моего отсутствия.

   – Точно? А ты не наломаешь дров, Синяя борода? Это как-то связано с тем, что отец тебя отправляет во дворец? – с подозрением переспросил Кайл.

   – Конечно, я наломаю дров, – рассмеялась Кейла, – даже не сомневайся. Но это будут мои дрова! – она подмигнула, а затем стала серьезной. – А вот про Норингию узнай информацию заранее, я слышала, что там сейчас война с оборотнями.

   И с этими словами Кейла запахнула дверцу кареты и отдала кристаллу команду ехать в «Сладкие грёзы». Действовала ли она на эмоциях? Да. Был ли прав Кайл в своих догадках, что она допускает ошибку? Возможно. Хотела ли она допустить ошибку. Совершенно точно – да!

   ***

   Ресторан «Сладкие Грезы» Кейла посещала всего лишь во второй раз в своей жизни. В первый раз это было пару лет назад из-за спора с подругой. Они тогда отдыхали в «Запретном плоде» в соседнем павильоне с горячими источниками, как её подруга грэтта Лора спросила, была ли Кейла в этом заведении. Ну и слово за слово, как-то так сложилось, что Лора взяла Кейлу на «слабо», что та не пойдёт в это заведение. Прийти-то грэтта Капарэлли тогда пришла, и даже села за столик, но в тот вечер к ней так никто и не подошёл.

   С тех пор этот ресторан ничем не изменился. Всё такие же небольшие круглые столики, а между ними стояли деревянные ширмы. В воздушных напольных шарах росли лианы, опутывающие эти ширмы, и создавался антураж не то джунглей, не то леса. Мягкий приглушённый свет мешал рассмотреть в деталях лица людей, даже если бы они были без масок. Но в «Сладкие Грёзы» все предпочитали ходить, скрывая свои лица. А сейчас Кейлина завязывала шнурки своей полумаски чуть подрагивающими руками на затылке. Девушка волновалась. Ещё ни разу ей не доводилось спать с мужчиной, о котором она вообще ничего не знала – ни имени, ни внешности, ни как найти его снова. Но она была полна решимости. Чуть подрагивающей рукой она вытянула номер из мешочка.

   – Шесть, – прочла она и вскинула вопросительный взгляд на швейцара в ливрее.

   Мужчина молчаливо сделал несколько шагов вправо и указал рукой в направлении дальнего стола в ресторации, за которым сидел брюнет приятной внешности. Девушка отдала номер, поблагодарила швейцара кивком головы и направилась к столику. Уже разжимая кулак, работник ресторации понял, что на номере была изображена девятка, но юная мисса не поняла, где низ и верх у номера. Бросив ещё раз взгляд на рыжую девушку, которая уже отодвигала стул, он собрался было к ней подойти и сообщить об ошибке, как в ресторацию зашла следующая дама. Пришлось остаться на месте.

   ***

   Грэт Вилладжо скучал за столом «Сладких грёз» весь вечер, а затем и полночи. Он с удовольствием вернулся бы во дворец и занялся бы Анжеликой, если бы точно не знал, что та вместо того, чтобы дарить наслаждение, будет всхлипывать о своей судьбе. Неудачно потянувшись за бутылкой вина, грэт опрокинул её на табличку с номером стола «9». Пришлось подозвать слугу и кинуть испачканную табличку на поднос, а также попросить заменить скатерть.

   «Ещё пять минут, и если так никто и не вытянет девятку, то я ухожу домой», – решил второй принц Шерисии. Как раз в этот момент к столу подошла симпатичная девушка с рыже-каштановыми волосами. Полумаска лишь частично скрывала её лицо.

   «Милая особа, судя по одежде – второе сословие. Странно, что не закрыла лицо полностью. Видимо, не печётся о репутации. Впрочем, мне всё равно».

   – Добрый вечер, – поздоровалась рыжая незнакомка.

   – Здравствуйте, – грэт поднялся из-за стола и помог даме сесть. Он просидел здесь уже полночи и совершенно не хотел есть. Его единственным желанием было поскорее уйти из этой надоевшей ему ресторации. Но воспитание не позволяло ему не предложить даме отужинать. – Вы будете что-то кушать или мы сразу уединимся?

   Бросив взгляд через плечо незнакомки, он мельком отметил, что швейцар направляется к их столику.

   – Давайте сразу возьмём ключи от коттеджа, – приятно удивила незнакомка, а затем пояснила, – у меня мало времени. Я должна вернуться домой к рассвету.

   Грэт Вилладжо кивнул. Объяснение девушки было весьма логичным. Когда швейцар уже подошёл к их столу, чтобы что-то сообщить, принц привычным чуть высокомерным тоном перебил его:

   – Ключи, пожалуйста. Мы с дамой уже уходим.

   Швейцару ничего так и не оставалось, как вернуться на своё место, взять ключи от предпоследнего свободного дома в Квартале Сладких Грёз и отдать их грэту. Не говорить же уже сейчас, что произошла путаница с номерами.

Глава 10. Доминантка


   Грэтта Кейлина Капарэлли здраво рассудила, что уже завтра у неё может не будет шанса посетить «Сладкие грёзы» и всё что есть – это остаток сегодняшней ночи. А домой необходимо было вернуться к утру. Потому, когда мужчина проявил вежливость и предложил отужинать, она ответила:

   – Давайте сразу возьмём ключи от коттеджа, у меня мало времени. Я должна вернуться домой к рассвету.

   До домика в Квартале Сладких Грёз они добрались в полном молчании и обычным шагом. Кейла исподтишка изучала мужчину. Он ей нравился: идеальная осанка, расправленные плечи, чеканный шаг, высоко поднятый подбородок. Чувствовалась в каждом движении мужчины уверенность, твёрдость характера, решительность. Одет мужчина был просто: всего лишь штаны да рубашка. Ни тебе сюртука, ни шейного платка. «Наверное, мисье из второго сословия», подумала Кейла и обрадовалась этому факту. Грэтов она находила зачастую слишком заносчивыми из-за того, что они кичились родовой магией. А вот мисье обычно вели себя скромнее, проще и менее надменно, а потому и чисто по-человечески нравились Кейле куда как больше.

   Войдя в небольшой двухэтажный домик, и мужчина, и женщина, не сговариваясь, сразу пошли на второй этаж в спальню. Лишь в спальне она первая нарушила молчание и спросила:

   – Маски снимать будем?

   Ей самой было не жалко снять маску и показать подставную внешность рыжей барышни. Сквозь иллюзию могли смотреть только считанные маги во всей стране. А вот полюбоваться на лицо её случайного любовника на эту ночь ей очень хотелось. Но, к сожалению, мужчина разочаровал:

   – Нет, прошу прощения, но я хотел бы остаться инкогнито, – ответил он.

   «Инкогнито, так инкогнито», – пожала плечами Кейла и толкнула мужчину на кровать, а сама стала медленно распускать шнуровку платья, вращая бёдрами и помогая платью соскользнуть вниз. Мужчина в ответ расстегнул свою рубашку и обнажил упругий торс с красивым рельефом на животе. Когда платье упало к ногам Кейлы, она отчётливо увидела, как дёрнулся кадык незнакомца, и он судорожно выдохнул. Это не на шутку завело. Ей вдруг захотелось поиграть с ним, подразнить, сделать что-то приятное.

   Кейлина толкнула мужчину прямо в торс, заставляя откинуться на локти, а затем медленно залезла на него, трясь собственной грудью. Соски возбужденно набухли от прикосновений к разгорячённой коже мужчины. Девушка плотоядно облизнулась, а затем лизнула мужчину вначале в один сосок, потом в другой, затем стала водить губами по животу, плавно спускаясь всё ниже и ниже, следуя по дорожке из густых темно-каштановых волос. От шатена потрясающе пахло чем-то фруктовым, кажется апельсином с тонкими нотами корицы. И, кажется, Кейла недавно чувствовала этот аромат, но не всё ли равно? Слишком чувственно реагировал этот незнакомец на все её прикосновения, отчего она заводилась сама и ещё больше хотела трогать этого мужчину везде.

   Штаны мисье она расстегнула сама, зубами стаскивая ткань. Её бешено заводил этот невероятный запах и почерневшие от желания глаза мужчины. Каменная эрекция не заставила себя ждать. Мужчина довольно грубо схватил Кейлу за волосы и привлёк к себе для поцелуя. Было видно, что он уже готов и хотел её, но она хищно улыбнулась, облизала губы и произнесла:

   – Ты так вкусно пахнешь, я хочу попробовать тебя.

   Видимо такого ему ещё никто не говорил, потому что он мгновенно отпустил руку и вновь опёрся на локти, внимательно наблюдая за рыжей девушкой. Как змея, Кейла с широко раскрытым ртом обхватила головку и продолжила наползать на весь фаллос. Она делала это медленно, причавкивая и причмокивая, получая истинное удовольствие от облизывания столь внушительного размера члена. Когда упёрлась головкой в самые гланды, то так же медленно стала подниматься наверх. На конце осталась её слюна из горла. Точно смакуя десерт, она облизала член плоским языком от мошонки до самого кончика, а затем ударила жёстким кончиком языка прямо по уздечке. Мужчина вздрогнул и довольно зарычал. «Нравится пожестче?» – ухмыльнулась Кейла по себя, – «устроим».

   Кейла сняла с себя вишнёвые чулки и привязала руки мисье к изголовью кровати. Мужчина в первый момент засопротивлялся:

   – Что ты делаешь? – спросил он, явно не готовый к такому раскладу.

   – Поверь, тебе понравится, – ответила Кейла и поцелуем уложила его на лопатки, одновременно руками завязывая и обездвиживая мужчину. Теперь он был в её власти. Как же давно она хотела найти такого любовника, кто так ярко реагировал бы на все её прикосновения и тем самым заводил её в ответ.

   Кейлина вновь села между ног мужчины, но на этот раз уже действовала увереннее. Всякий раз проглатывая мужское достоинство она прикусывала его то по всей длине, то ближе к головке, то намеренно цепляла внутренней стороной зубов. А затем резкие движения сменялись более мягкими и плавными. В какие-то моменты Кейла водила расслабленными губами по всем выпуклостям и венкам на шикарном члене. Мужчина извивался под ней и стонал. Он не мог дотянуться к ней руками, хотя было видно, что после глубоких проглатываний по самые глады он хотел продолжить бешеный ритм и кончить в неё. Но, словно издеваясь, в эти моменты Кейла приостанавливала свои движения и прикасалась максимально нежно и ласково, а один раз даже облизав венчик, дунула на него, как бы призывая остыть. Мурашки побежали по всему телу от этого странного ощущения.

   Вилладжо понял, что ещё ни одна женщина не вела с ним в постели себя настолько нагло и беспардонно. Она то отдавала себя всю, то внезапно останавливалась. Это были сумасшедше дразнящие качели «дам – не дам», девушка упивалась своей безнаказанностью и властью над ним. Как же он хотел в эти моменты положить обе руки на её затылок, заставив проглотить его член по самые яйца и кончить прямо в её горло! Привыкший по жизни отдавать приказы и повелевать, ему было неожиданно почувствовать, как женщина доминирует над ним. Это было и мучительно, и сладостно одновременно. Терпеть было сложно как физически, так и психологически, но рыжая незнакомка продляла и продляла его наслаждение, постоянно удерживая его на грани. А ещё она сидела на его ногах и текла прямо на них. Осознание, как сильно она сама хочет его и при этом сдерживается, просто окончательно снесло крышу. Он уже не помнил кто он, где он, не понимал что происходит.

   В какой-то момент девушка развратно села прямо на его ноги, а его вздыбленный член упёрся ей в живот. Её соки потекли по его мошонке, и он подумал: «Вот сейчас она сядет сверху, сейчас!» и вновь ошибся. Девушка обхватила ствол руками и безжалостно впилась ноготками в нежную плоть и стала двигать рукой вверх и вниз, вверх и вниз. В первый раз Вилладжо сжал руки в кулаки и дёрнулся, но он оказался крепко привязанным. А затем боль смешанная с диким первобытным восторгом затопила сознания. Это было остро как жгучий перец, но с каждым движением хотелось ещё и ещё, больше и глубже.

   Кейлина поняла, что сама безумно хочет этого мужчину. Она вновь перешла на действия ртом и стала пожирать его с таким жаром, что он почти разрывал ей горло. Она загоняла его член глубоко в себя, одной рукой постукивала по горлу снаружи, добавляя вибраций. Второй же рукой она оглаживала и чуть сжимала и так уже поднявшиеся наверх и сжавшиеся яички. Она чувствовала, как растет её собственное напряжение внизу живота, как там набухает и твердеют все части её гениталий. Кейла закрыла глаза и позволила своим ощущениям безраздельно овладеть ею. В момент, когда её ласки достигли цели, горячая струя доставила ей наслаждение не меньше, чем Вилладжо. Её рука правая рука сжалась на яичках, добавляя острых ощущений мужчине и помогая ему кончить. Левой же рукой она коснулась кончиком указательного пальца своего набухшего и отвердевшего клитора и кончила вместе с принцем.

   Уже развязывая руки у обессилившего незнакомца, Кейлина обратила внимания на перстень на безымянном пальце. Это был достаточно массивный золотой перстень с изображением короны и россыпью бриллиантов. Вилладжо собирался провести вечер с Анжеликой, а потому забыл снять его, в спешке изменив планы. Девушка мельком рассмотрела рисунок, и её прошиб холодный пот. «О, нет! Очевидно, я сейчас привязывала к кровати кого-то из королевской семьи». От этой мысли стало как-то дурно, Кейла засобиралась домой, радуясь, что она не только оставила маску на себе, но и догадалась надеть иллюзию.

   Вилладжо лежал, раскинувшись звездой. Рыжеволосая богиня аккуратно проползла над ним и освободила руки. Он даже не пошевелился после этого. Слишком устал, слишком вымотался. В голове было пусто и гулко, мысли путались. Вилладжо очень медленно приходил в себя. Такого фантастического, нереального, крышесносного секса у него ещё не было. Ему понравилось абсолютно всё: и то, как текла рыженькая при оральных ласках, и то, как она сама кончила вместе с ним, и то, как она его держала всё это время на грани, не давая скатиться в экстаз. Даже мысль, что она доминировала над ним в постели, возбуждала. До сих пор всегда он говорил любовницам как и когда хочет, в какой позе. А эта чертовка умудрилась повалить его на лопатки, связать, царапать… Мысли о том, что она с ним делала, шли вразрез с его статусом и положением в обществе. Это смутило и быстро отрезвило. Когда Вилладжо поднял голову, чтобы всё-таки выяснить, кто она такая, но за девушкой уже скрипнула дверь. Принц наспех оделся и бросился за рыжеволосой незнакомкой, но выбежав на улицу, увидел только удаляющийся экипаж.

   – Чёрт! – в сердцах выругался Вилладжо.

   Он сейчас понял, как сильно сглупил, не согласившись на предложение снять маски. Он понятия не имел, кто она такая и как её найти. Ни имени, ни лица… Только фигура, да темно-рыжий цвет волос.

   – Чёрт, чёрт, чёрт, – повторил он с самыми разными интонациями, осознав всё своё положение. Совсем недавно его преследовали глаза и аромат той серой мышки из «Солёного берега», а теперь к мучающим воспоминаниям добавится и этот бесспорно незабываемый минет. «А как она глотала мою сперму», – с усмешкой подумал он, – «Анжелика хорошо умеет делать работать ртом, но она не отдаётся сексу и на десятую часть как эта рыжая мисси или миса».

   Вилладжо посмотрел на небо. Светало. Пора было собираться обратно во дворец. Сам того не осознавая полностью, Вилладжо интуитивно понимал, что с этой женщиной у него был не просто секс, она задела его струны души, угадав и воплотив в реальность потаённые желания.

   ***

   Уже светало. Кейла как ошпаренная выскочила из коттеджа Квартала Сладких Грёз и рванула к ближайшему экипажу. «Как же меня так угораздило-то! Говорил Кайл – не наломай дров. А я что?! И кто меня потянул в ресторацию? Чего дома не сиделось? Это же мог быть кто угодно из королевского рода!» – мысли лихорадочно крутились в голове. Только убедившись, что отъехала от злополучного коттеджа на приличное расстояние, девушка немного успокоилась и сняла тяжелые серьги, от которых уже болели уши. «Ну, хотя бы серьги не потеряла, а значит, и конспирация осталась в тайне». А следующая мысль снова пустила сердце вскачь: «А я же понятия не имею, какая магия у королевского рода! А вдруг он и под иллюзией меня найдёт?».

   Совершенно не выспавшаяся и нервная Кейлина успела попасть в особняк Капарэлли до восхода солнца. Она проскользнула мимо гостиной, поднялась в свои покои и грохнулась в кровать без задних ног, чтобы проспать большую часть дня.

Глава 11. Праздник


   – Синяя борода, вставай уже, сколько ж дрыхнуть-то можно?! – Кайл тряс сестру уже за оба плеча.

   – Ась? Чего? – Кейла моргала от яркого солнечного света и не могла сообразить, что происходит.

   – Вставай, говорю, засоня! Во сколько же ты спать легла? Уже через полчаса гости соберутся в большой гостиной поздравлять нас. А ты всё никак не проснёшься. Тебе ещё бы в душ, судя по твоей помятой физиономии, и одеться, – Кайл убедился, что Кейла села на постель и не собирается завалиться спать дальше, и только после этого покинул покои сестры.

   Девушка сладко потянулась на постели, вспоминая ночное приключение. Сейчас, при свете дня казалось, что всё это ей приснилось. Она посмотрела на часы, охнула и поспешила в ванную. Разумеется, ей, как и любой порядочной девушке, как бы она ни спешила, полчаса на душ, наряд и причёску не хватило. Посмотревшись в парящее зеркало, которое меняло угол и высоту, что позволяло осмотреть себя со всех сторон, Кейла удовлетворённо хмыкнула. Она даже не попыталась уложить волосы в сложную причёску или позвать для этого служанок. А смысл? Ярко синие волосы одним своим видом кричали о фривольном характере их обладательницы. Стремиться соблюсти правила этикета в таком случае девушка посчитала глупостью и тратой времени. Высокий конский хвост – и причёска готова.

   Кейла пренебрегла и остальными правилами хорошего тона: вместо платья она предпочла надеть белую рубашку и кожаные штаны. «Возможно, сегодня ещё раз удастся полетать на воздушном шаре», – подумала нимфа, с удовольствием прикрыв глаза и вспомнив вчерашний полёт. На ноги она надела сапоги, а вместо всевозможных украшений – только одну старую монетку, подаренную пиратом на потёртом шнурке.

   ***


   Народу на приём в честь дня рождения близнецов Капарэлли приехало очень и очень много. Здесь были и коллеги грэта Томаса по королевской службе, и управляющие постоялых домов, что принадлежали грене Алисии, приехали и товарищи грэта Кайла, а также молодые грэтты и мисси в сопровождении своих компаньонок, хотя бы однажды танцевавшие с молодым человеком на балах и рассчитывающие на внимание с его стороны. Гости всё приезжали и приезжали, а нерастерявшиеся слуги переносили столы и стулья в сад при особняке Капарэлли. Такого количества людей не ожидал никто, и решено было перенести празднование на природу, тем более погода позволяла.

   Когда Кейлина спустилась по ступенькам особняка в сад, опоздав на час с лишним, на неё ввиду шумных разговоров, взрывов смеха и светских расшаркиваний, никто не обратил внимания. Она обвела глазами их сад. Сейчас он преобразился и везде на коротко подстриженной траве стояли столы с блюдами. Между столами в нескольких местах горел живой огонь, подпитываемый горячими магическими искрами. На кострах слуги зажаривали мясо, тут же резали и ставили на столы. Желающие подходили, брали кусочки в свои тарелки и уходили. Кто-то ел стоя, кто-то садился за столы и общался с другими гостями. «Очередная выдумка маменьки», – улыбнулась Кейла, – «ну хотя бы не чинно все за столом сидят и ждут, когда слуги обслужат. Зато можно и есть что и когда хочешь, менять компанию и размять ноги». Она оценила идею Алисы, как никто, но в душе посмеялась, что их роду Капарэлли допишут ещё с полсотни слухов после такого нестандартного приёма. Кейла стала рассматривать толку и первым делом наткнулась взглядом на брата. Кайл стоял рядом с Тео и ещё двумя друзьями, а их со всех сторон буквально облепили грэтты в пышных ярких платьях. «А девушки-то рассчитывали явно на бальный зал», – про себя хмыкнула Кейла и лишний раз порадовалась своему выбору в одежде. Земля, трава, мощеные дорожки – оказаться здесь в платье и туфлях было бы очень некомфортно. Даже не видя лицо Кайла, девушка поняла по исходящим от него эмоциям раздражения, что ему требуется помощь, и поспешила к брату.

   – О, грэтт Кайл, вы будете самым молодым выдающимся магом в истории, раз Вас уже направили в качестве представителя от Шерисии на переговоры с Норингией! – говорила одна девица, наматывая локон на свой палец и стреляя глазками в её брата.

   – А правда, что Вы умеете читать мысли? – подскочила к Кайлу с другой стороны вторая грэтта и заняла самую выгодную позу, чтобы можно было рассмотреть всё декольте её платья. Тут даже не надо было уметь читать мысли, чтобы понять, о чём она думала.

   Тео и двое других грэтов лишь посмеивались, глядя как девицы соревнуются за внимание их друга. Первой девушке показалось, что она проигрывает в этом соревновании, поэтому она сделала вид что оступилась и упала на Кайла, вцепившись ему в руку:

   – Ой, простите, я такая неуклюжая! Кажется, каблук в земле застрял, Вы мне не поможете? Право слово, я не думала, что званый приём будет проходить на улице.

   На этих словах Кейла уже подошла к Кайлу и дотронулась до его спины сзади, давая понять, что помощь в её лице пришла. Кайл благодарно взглянул на неё. Он уже не знал куда деться от столько настойчивого и пристального внимания грэтт и мисс, так и липнущих на него со всех сторон.

   – Дама и господа, – сказала Кейла вслух, – прошу простить меня, но я украду у вас Кайла, так как сейчас планируется вручение подарков, – и с этими словами взяв за локоть оцепеневшего брата, уже не знающего как скинуть с себя настырную особу, увела его на несколько шагов. Мимоходом она встретилась с Тео, которые тепло ей улыбнулся.

   – Фу-у-ух, Кейла, чего ж так долго-то! – воскликнул Кайл, отойдя шагов на десять. – Ещё чуть-чуть и эти пираньи меня б на много маленьких Кайлов растерзали бы!

   Брат был настолько искренен в своём негодовании, что Кейла не смогла не рассмеяться в ответ:

   – Вот как я нужна тебе, так сразу Кейла, а как не нужна, – то Синяя борода.

   Кайл оглянулся через плечо и увидел, как другая группа из пяти девушек двинулась в их сторону.

   – Кейла, умоляю, спаси меня! – воскликнул он, с отчаянием глядя на сестру, – я уже раздал все свои платки, поднял четырёх споткнувшихся и двух потерявших сознание, восемь раз подсказал дорогу и выслушал тонну лапши, какой я самый-самый, что ещё немного и меня стошнит!

   – Да не вопрос, – кивнула сестра, – но с тебя один не-задавать-вопросов. Договорились?

   Это была их старая детская игра. Когда близнецы спорили на что-то, самым ценным призом у них считалось право «не задавать вопросов». Это означало, что тот, кто владеет этим правом, мог в любой момент попросить брата или сестру сделать что-то экстраординарное, но при этом не задавать вопросов. Так, например, Кейла пару лет назад просила брата наловить ей в пруду пиявок и не задавать вопросов. В ту неделю у них в особняке загостился один противнейший старый грэт из королевской свиты. У них с Томасом были общие дела, а потому отец предложил грэту остановиться на это время в их особняке. Этот неприятный тип с бегающими и скользкими глазками «случайно» зажимал Кейлу в узких коридорах и лапал, словно служанку. Кейлина, привыкшая справляться со всеми сложностями сама, а не жаловаться отцу, пробралась ночью в покои неприязненного типа и вывалила всех найденных Кайлом пиявок на мужское достоинство. Удивительное дело, у грэта нашлись неотложные дела во дворце в то же утро, и он покинул особняк Капарэлли. В другой раз Кайл воспользовался этим правом, попросив принести в его спальню женское бельё и платье. Кейлина улыбнулась старым воспоминаниям. Всё-таки их с братом объединяло так много всего.

   – По рукам, – не сомневаясь, ответил Кайл.

   Кейла нашарила взглядом в толпе Эдуарда, помахала ему рукой, сделав жест рукой «пожалуйста, подойдите», схватила Кайла за рукав и повела вверх по ступенькам.

   – Да, грэтта? – учтиво поклонился Эдуард, – Вы что-то хотели?

   – Да, объяви, пожалуйста, что мы принимаем подарки и первым нас поздравляет Эрик, – торопливо сказала Кейла, видя, как толпа девушек уже почти окружила их с Кайлом.

   Дворецкий понял, что от него требовалось, ведь он работал в доме Капарэлли не первый год. Ударив вилкой по стакану, что держал в руках, и, добившись более или менее тишины, торжественно произнёс:

   – Уважаемые грэты и мисье, грэтты и мисси, грены и мисы, – все гости замерли и обратили внимание на Эдуарда, – Я рад, что все вы собрались на торжественном мероприятии, посвященном двадцатичетырёхлетию близнецов Кайла и Кейлины, наследников древнейшего рода Капарэлли. Я надеюсь, что все блюда и напитки пришлись Вам по вкусу. Пожалуйста, угощайтесь на протяжении всего вечера. А сейчас я объявляю о начале официальной части поздравлений виновников торжества! Первым попрошу подняться гениального изобретателя и друга семьи грэта Эрика Рунальда!

   Со всех сторон послышались аплодисменты. Кайла увидела краем глаза, как Алиса из кружка́ с дамами и мужчинами направилась прямо к ним с братом. Она тоже хотела пообщаться со старым другом. Томас стоял поодаль в окружении грэтов из королевской свиты. Он с недовольством глянул на мага-учёного. Эрик уже поднимался по ступенькам. Кейлин кинулась навстречу к изобретателю и крепко его обняла, одновременно спросив:

   – Ты кристалл управления на воздушный шар приладил?

   – Да, – также шёпотом ответил Эрик.

   – Отлично, тогда Кайла в воздушный шар и задай в кристалл координаты заднего двора нашего особняка с большим крюком, чтобы никто не видел, как он вернётся. Сделаешь?

   Маг выпустил из объятий Кейлу, незаметно подмигнув, и подал руку Кайлу. Девушка лишь мельком взглянула на хмурое лицо отца. «И какая жаба его укусила?» – подумала она, но быстро об это забыла. Дальше Эрик представил всему высшему свету своё новое изобретение, от женщин полетели ахи и охи, мужчины же интересовались устройством шара и насколько далеко он может перенести человека, максимальный груз и прочие характеристики. Кайл вызвался из них двоих опробовать чудо техники и взмыл вверх на глазах у восторженной толпы.

   Дальше Кейле пришлось принять весь удар на себя. Она мужественно терпела лобызания её руки каких-то непонятных личностей, отчаянно строящих ей глазки, молодых грэтов, сочинивших стихи в её честь, а также поджатые губы и разочарованные лица юных грэтт, рассчитывающих лично поздравить Кайла, но получивших внимание лишь его сестры. Кто-то из дам постарше, видимо из сопровождающих юных грэтт или мисси, бросил «как в семье, где такие воспитанные мужчины, может жить девчонка, красящая волосы в синий цвет, словно продажная девка, и надевающая на приём штаны вместо платья?». Это несколько подпортило настроение Кейле, но к ней уже поднимались поздравить друзья Кайла.

   – С праздником! – коротко сказал один из них и поставил коробку на стол подарков.

   – Здесь меч для Кайла и лук со стрелами для тебя, – сказал второй. Друзья Кайла знали, что он учил свою сестру стрельбе.

   – Здорово, спасибо, – искренне обрадовалась Кейла. – Кайл вас уже наверно заждался. Эдуард, – она обратилась к дворецкому, – проводи гостей на задний двор. Там должен быть Кайл. И попроси слуг захватить туда что-нибудь вкусное.

   Если дворецкий и удивился такому распоряжению, то вида не подал. Теодор Пелигрини остался возле Кейлы, когда друзья Кайла скрылись за дверьми.

   – А ты почему не пошёл с ними? – удивилась Кейла.

   – Я хотел тебя увидеть, – ответил Тео. Сейчас он был одет в парадный темно-синий сюртук, на фоне которого пепельный цвет волос грэта отливал платиной. Грэт выглядел взволнованно, его глаза поблескивали. Кейла даже залюбовалась своим любовником. Где-то недалеко краем глаза девушка видела Алису и Томаса. Следующее, что сделал Теодор, никак не укладывалось в её голове. Тео вдруг встал на одно колено, а из сюртука достал коробочку, обитую тканью.

   – Грэтта Кейлин Капарэлли, ты самая удивительная и прекрасная девушка, – торжественно начал было он, как Кейла схватила его за рукав и потянула наверх.

   – Т-с-с-с, ты что? Тео, не предложение ли руки и сердца ты меня собрался делать? – шипя сквозь зубы, проговорила разгневанная девушка и затолкала грэта за стол с подарками, чтобы их никто не видел. Мимолётом он бросила взгляд через плечо и увидела, что Томас не обернулся, а вот её мама Алиса неторопливо направилась к ним. Большинство гостей не заметили крохотной сценки, там были заняты музыкой и только что вынесенными сладкими блюдами.

   – Тео, что ты задумал?! – взъярилась на друга брата Кейла.

   – Мы уже несколько месяцев в тайне встречаемся, и ты ночуешь у меня. Ты мне нравишься, и я решил сделать тебе предложение. Мой род Пелигрини тоже достаточно древний, и я уверен, что твои родители не будут против, – оправдываясь, залепетал грэт, не готовый к такому повороту событий.

   – А при всех, это чтобы я отказаться не смогла? – Кейла злилась на глупого Тео. «Вот как ему объяснить, что так это не делается?» – Какой у тебя вообще дар? – не ожидая самой от себя, спросила Кейла. Этот вопрос считался неприличным у магов. Но слова сами вырвались из её уст, – Делать всё не вовремя и не к месту?

   – Вообще-то, зоокинез. Я умею общаться с животными, – устало ответил Тео.

   – Это очень редкий дар, – в разговор вмешалась Алиса. – Теодор, можно Вас на минутку? Я хотела бы с Вами поговорить, – и грена Капарэлли мягко увела Тео в сторону.

   «Ох, интересно какие слова она ему скажет, если даже я не смогла подобрать нужных слов к этой ситуации?», – подумала вымотанная эмоционально Кейла. Уже второй час к ней подходили самые разные посторонние люди, лезли обниматься или целовать руку, грубо нарушая личностные границы, а ещё Тео со своим предложением. Всё это выматывало, спину уже ломило, хотелось сесть и посидеть где-нибудь в тишине, давая покой ногам и голове. «Зато Кайл мне один не-задавать-вопросов должен», – эта мысль согревала. Время от времени к Кейле подходили старые знакомые, которых она была искренне рада видеть. Среди приглашённых девушка видела и перебросилась несколькими фразами с Нонной и дядей Златаном. Мамина подруга Виолетта не приехала, сославшись на болезнь.

   В этот момент Томас с двумя мужчинами направился к Кейле. Одного она узнала сразу. Это был тот самый заносчивый грэт Вилладжо из «Солёного берега». Второй же выглядел чуть помладше и посимпатичнее, черты лица помягче, походка не такая тяжёлая, но в целом внешне они были очень похожи. «А это, видимо, грэты Мартино», – вспомнила Кейла слова отца сегодняшней ночью, но тут же сделала непроницаемое лицо. «Надеюсь, Венай окажется не таким скотиной, как его брат».

   – Грэты Венай и Вилладжо Мартино, рад представить свою дочь, грэтту Кейлину Капарэлли, – официальным тоном представил Томас.

   Кейла изобразила на своём лице вежливый оскал.

   – Рада познакомиться, – сказала девушка дежурную фразу, и Томас бросил на неё предостерегающий взгляд.

   – Я наслышан о вашей экзотической красоте, прекрасная грэтта Капарэлли, и счастлив увидеть Вас лично, – целуя руку, произнёс Венай. – Вы так же удивительны и необычны, как цветы элии, что распускаются и благоухают лишь при свете обоих лун.

   Кейла улыбнулась в ответ. Таких витиеватых комплиментов ещё ни разу ей не делали. Да и чувствовалось в словах Веная, что он не врал, так как действительно рад встрече, а её, Кейлу, находит необычной. Причём сравнение с цветами элии было очень метким, так как эти цветы, распускаясь в свете лун окрашиваются в синий цвет. «Странно, обычно меня такие вещи не цепляют» – промелькнуло где-то на задворках сознания, но мысль быстро исчезла под обаятельным взглядом ярко-синих глаз принца. «Всё-таки, он очень приятный».

   Вилладжо поморщился. Опять его младший брат с первого слова вскружил голову девушке.

   – Я рад нашему знакомству, – склонился Вилладжо для поцелуя над рукой Кейлы, но она выдернула её из его рук раньше, чем его губы прикоснулись к ней. Кейла сама не могла понять своей поспешности. С одной стороны её что-то притягивало в нём ещё с их первой встречи, но с другой – она слишком хорошо помнила его недостойное поведение всё в ту же первую встречу.

   Вилладжо удивлённо приподнял левую бровь, но сделал вид, что ничего не произошло. Со словами «Я вас оставлю» Томас растворился в толпе придворных. Кейла перевела взгляд на принцев. Она не знала что говорить, да и не хотелось первой начинать разговор. Несмотря на то, что оба грэта оказались весьма привлекательными мужчинами, её внутренне раздражал тот факт, что отец принуждает вести себя так, как это выгодно ему.

   Вилладжо перехватил внимание Кейлины:

   – Уважаемая грэтта, – он ловким движением руки вынул футляр из кармана богато расшитого сюртука, – позвольте преподнести Вам в честь Вашего дня рождения скромный королевский подарок.

   И с этими словами он открыл футляр, в котором лежало роскошное колье из бриллиантов и жемчуга. Центральная часть украшения была сделана из синих сапфиров. Очевидно, что грэт Мартино слышал о необычном цвете волос Кейлины и заказал такое колье у ювелира, чтобы оно подошло под любой наряд. Словосочетание «скромный подарок» меньше всего подходило под эту роскошную вещь.

   Но, увидев дорогое украшение, Кейла мазнула по нему равнодушным взглядом. Выросшая в достатке, она не любила все эти атрибуты светской жизни, да и на её шее висела старинная потёртая монетка от пирата, согревающая гораздо сильнее, чем любая драгоценность.

   – Благодаря, очень красиво, – сказала Кейла и попыталась закрыть футляр, чтобы поставить его на стол ко всем подарком.

   – Позвольте, я помогу его застегнуть на Вас, – Вилладжо не дал девушке закрыть коробку и потянулся к колье. Он привык, что все его любовницы на этом моменте верещали от счастья и сразу бросались примерять обновку.

   – Э-э-эм…. Как Вы видите, я не в платье, а в штанах, это украшение сюда не подходит, – попыталась вежливо отказать Кейлина. Она не хотела его прикосновений. Почему-то подсознательно она чувствовала влечение к обоим принцам и думала, что если кто-то из них станет её касаться, то она потом совсем не сможет сопротивляться этому чувству. Это было очень странное ощущение, как будто на неё оказывали мягкое, но настойчивое воздействие.

   Второй принц Шерисии, привыкший к тому, что его приказы выполняют беспрекословно, мгновенно взбесился.

   – Я настаиваю, что бы Вы примерили мой подарок, – по словам сказал он и крутанул Кейлу за запястье, больно сжав его в том месте, где у девушки уже были синяки.

   Грэт Вилладжо сам не понимал, что на него нашло. Ну не захотела девушка примерять подарок, и что здесь такого? Ему надо не пугать её, а наоборот, расположить к себе. «Что я делаю?» мысленно он выругался сам на себя. Когда Кейла подняла волосы, и грэт увидел потёртый штурок вокруг тонкой шеи, то лишь скрипнул зубами: «Какие-то обноски носит, а королевский подарок не достоин такой чести». И застегнул колье на девушке.

   Кейлину словно парализовало, когда она почувствовала прикосновения пальцев мужчины. Но уже через несколько секунд она с усилием воли скинула с себя оцепенение и отошла от грэта:

   – Благодарю, Вы такой внимательный, – скепсис в её голосе слышался настолько явственно, что Венай хмыкнул.

   – Брат, и почему я не удивлён, что ты не умеешь себя вести с женщинами? – он тут же подмигнул Кейлине, обращаясь к девушке – Вы не ушиблись?

   – Что? – не поняла Кейла.

   – Когда падали с небес на землю? – и младший принц ещё раз обольстительно и немного задорно улыбнулся.

   Какую-то странную гамму чувств испытывала Кейла глядя на этого очаровательного принца. Наверное, её раздражал тот факт, с какой легкостью Венай отвешивал комплименты. Всё-таки чувствовался в нём профессиональный обольститель. Но, не смотря на это, Венай был ей симпатичен и даже притягателен.

   – Позвольте Вашу руку, грэтта, мой подарок сюда не занести. «Ого, а вот это интригует», – подумала Кейла и с радостью дала руку Венаю, лишь бы уйти от Вилладжо. Младший принц, рассказывая ничего не значащие шутки, повёл Кейлу сквозь толпу людей. Когда они подошли к центральным воротам, ведущим на территорию особняка, девушка встрепенулась и спросила:

   – Так в чём, собственно, заключается подарок?

   – А Вы сейчас узнаете, – загадочно улыбнулся Венай, а затем скомандовал, – открыть ворота!

   Ворота тихо скрипнули и поползли в стороны. А внутрь под уздцы слуга в ливрее завёл двух единорогов с розовой шкурой и белоснежными, как песок в варварской пустыне, рогами. Животные были чуть меньше, чем обычные лошади, но вели себя абсолютно так же.

   – Ва-а-ау, – только и смогла восхищённо выдохнуть Кейла. – Неужели они существуют? – и погладила по бархатистой шкуре одного из единорогов, косящего взглядом на девушку. Единорог фыркнул в ответ на слова девушки, как будто понял, о чём речь.

   – Особенный подарок для особенной девушки, – Венай просиял, видя, что его подарок действительно понравился Кейлине. – Мне показалось, что два благородных скакуна будут отлично смотреться в упряжи Вашей кареты.

   «Пожалуй, я поторопилась с выводами», – решила Кейла, – «да, угодить знает как, но что в этом плохого?». После этого мысли скакнули в разрез «угождений в постели», потом девушка резко одёрнула саму себя. «Вот ведь не собиралась ни с одним из них заводить роман», – сердито мотнула головой грэтта.

   – Они прекрасны, мне никогда раньше не доводилось видеть единорогов! – искренне воскликнула Кейла.

   – О, это специально выведенные животные магами-учёными из Фелисии. В этой стране особенно много экспериментов и научных открытий, связанных как с растениями, так и с животными.

   В этот момент к Кейле подлетела исправно мерцая волшебной пылью записка. Извинившись и отойдя на несколько шагов от Веная, чтобы он не смог ни в коем случае прочесть, Кейлина развернула клочок бумаги:

   «Нам надо поговорить наедине. Малая гостиная. Тео».

   – Прошу прощения, принц Венай, мне необходимо вернуться к гостям. Будьте как дома, угощайтесь, – и с этими словами Кейлина оставила ничего не понимающего грэта наедине со скакунами, а сама устремилась в особняк, ругая себя, что так и не успела объясниться с парнем. Он ей нравился, ей было комфортно с ним… но какое к чёрту замужество?

   Несколько раз Кейлин перехватывали гости. Юные дамы спрашивали, а когда же вернётся Кайл. Пришлось соврать, что он был только что здесь, просто они с ним разминулись и именно сейчас он удалился в курительную комнату.

   Уже когда Кейла проходила мимо стола с подарками, кто-то цепко схватил её за многострадальное запястье и втянул так, чтобы из сада их не было видно. Этим кем-то оказалась Алиса.

   – Я поговорила с Тео, – зашептала мама, которая что внешне, что по характеру, больше походила на старшую сестру Кейлы, – и объяснила, что ты не планируешь выходить за него замуж. Смогла донести максимально мягко, но непреклонно. Ох, Кейла, сколько ж ты дров наломала! – она покачала головой, – тебе понравилось бы в том мире, откуда я родом.

   Кейла внезапно встрепенулась, её мама так редко говорила о том мире, откуда она попала в Шерисию. Ей всегда было интересно узнать о нём.

   – Почему ты так думаешь? – она спросила, затаив дыхание.

   – Здесь в Шерисии очень строгие законы, общество не приемлет тех, кто отличается, – Алиса горько усмехнулась, – даже то, что я стала носить штаны, взбудоражило весь Алишер. А ты с твоим синим цветом волос… да о тебе треплются за каждым углом. А твоё поведение с мужчинами… Здесь в Шерисии не приняты отношения до брака. Да тут даже сидеть мужчине на одном диване с незамужней знатной девушкой в одной комнате без свидетелей считается поводом для замужества! А ты! Кейла, ты ведёшь себя так неосторожно. В мире, где я родилась и выросла, было нормальным жить с мужчиной в одном доме, а женились тогда, когда оба были готовы к этому. В этом мире всё не так, и с годами, прожитыми здесь, я с этим так и не свыклась. Именно поэтому я никогда не препятствовала твоим ночным вылазкам, общению со сверстниками и прочим шалостям. Но, Кейла, заклинаю, будь осторожнее!

   – Всё так плохо с Тео? – спросила Кейлина.

   – Да, – мрачно кивнула Алиса. – Мне пришлось задействовать магию подчинения. Чувствую себя мерзко. Никогда не стремилась её развивать, но порой без этого не обойтись.

   – Это ещё одна способность истинных нимф? – Кейла слышала про это впервые.

   – Да, – подтвердила Алиса, помолчала, а потом пояснила, – она приходит с годами. Это очень сложная магия, она требует максимальной сосредоточенности. Я без телесного и зрительного контакта не могу повлиять на человека, потому что никогда не стремилась её развивать. Считаю гадким и подлым принуждать кого-то поступать так, как хочет другой человек. На мне её использовала Виолетта в самом начале нашего знакомства и чувства гаже, чем когда тебя заставляют что-то сделать, представить себе не могу. За всю свою жизнь я использовала магию подчинения всего несколько раз и считаю это самой крайней мерой. Но сейчас я чувствую, что так надо было.

   – Даже не предполагала, что ты и так умеешь, – ошеломлённо произнесла Кейла и в который раз подумала, что самая слабая во всём роду Капарэлли, и магия внушения ей не грозит. – Спасибо, не знаю, чтобы я без тебя делала.

   – Ну как что, – пожала плечами Алиса, – ты бы отказала Тео. Он бы в оскорблённых чувствах пошёл бы к твоему отцу, рассказал о ваших отношениях, и тебя выдали замуж, потому что ты делила постель с Теодором Пилигрини и не единожды. Он хороший кандидат в мужья. При этом он навсегда запомнил бы, что устраивал тебя как любовник, но ты не хотела с ним связать свою жизнь. Это больно его ранило бы, и он был бы на тебя в обиде много лет. А ты в силу своего характера, не смогла бы простить ему такой подлой выходки. Разводов в Шерисии нет. Вы оба стали бы крайне несчастными людьми. Вот и всё. Я внушила Тео, что он должен тебя отпустить, но, пожалуйста, не повторяй впредь своих ошибок. Не давай ему лишних надежд.

   – О, – так глубоко Кейла не загадывала. Сейчас от обрисованной картины захотелось поёжиться. Она вспомнила о записке, которую ей прислал Теодор. «Наверное, хочет попрощаться», – подумала Кейла. В этот момент к ним подбежал запыхавшийся дворецкий:

   – Госпожа Алисия, я Вас по всему особняку разыскиваю, – видно было, что в его возрасте ему нелегко дались это поиски, – гости начинают разъезжаться.

   – Да-да, сейчас помогу проводить, – понимающе прервала его речь Алиса, потрепала по плечу дочь и пошла вслед за Эдуардом.

   Кейлина же поспешила в малую гостиную. Чтобы ни говорила Алиса, Кейла хотела убедиться, что с Тео всё в порядке. Да и магия внушения, о которой впервые упомянула матушка, вызывала опасения. «Что именно она ему внушила?».

   Когда девушка вошла в уютную бежевую гостиную, то увидела у огромного окна в пол Теодора, наблюдавшего розовый закат.

   – Привет, ещё раз, – Кейла подошла к нему сзади, не зная, что ещё сказать.

   Теодор медленно повернулся и посмотрел на неё.

   – Я ждал тебя, – сказал Тео очевидное, – но вместо этого поговорил с твоей мамой. Она мне всё объяснила.

   – Что именно? – напряглась Кейла.

   – Что я должен отойти в сторону и дать тебе самой шанс найти свой путь, – он искренне улыбнулся. – Я верю, что когда-нибудь ты сама скажешь, что хочешь быть со мной. И сейчас я понимаю, что не должен принуждать тебя к этому решению.

   – Ты на меня не в обиде? – уточнила девушка. Смесь самых разных чувств раздирала её в этот момент. Выбирая себе любовников, Кейла никогда не задумывалась об их чувствах.

   – Нет, – Тео покачал головой. – Но я буду всё-таки рад, если ты будешь носить моё кольцо, – он вновь достал коробочку, обитую бархатом.

   – Но, Тео, – начала сопротивляться Кейлин.

   – Честное слово, это ничего не значит, – тут же заговорит молодой грэт, – носи его на любом пальце. Я почти пять месяцев его создавал для тебя, это артефакт. Как я уже сказал тебе, я обладаю способностью разговаривать с животными. Я постарался влить в это кольцо столько магии, сколько у меня была в резервах. Надев это кольцо, – он достал из коробочки с бархатом тонкое колечко из белого металла без каких-либо камней, – ты сможешь мысленно общаться с животными.

   – Вау, – в который раз за этот вечер сказала Кейла. Это был бесценный подарок. Артефакты создавали сильнейшие маги, вливая в них собственную силу. Чем реже встречался дар среди магов, тем меньше артефактов такого рода попадали на Магический Рынок. До сих пор самыми распространёнными были украшения и прочие предметы, создающие иллюзии. Кейлина несколько раз видела в лавках ошейники и поводки, заставляющие животное беспрекословно подчиняться хозяину. Однажды даже видела сбрую для лошади, которая, по утверждению продавца лавки, делала человеческий язык понятным для скакуна. Таким образом, лошади в волшебной сбруе можно было голосом говорить, куда вести наездника или попросить поменять темп. Особым спросом пользовались магические свистки, с помощью которых дрессировали собак, кошек и прочую домашнюю живность. «Но вот артефакт для общения с животными – это настоящая редкость. Должно быть, Тео очень сильный маг», – подумала Кейла, но вслух лишь сказала:

   – Спасибо тебе, большое, Тео, – надела кольцо на мизинец, и крепко обняла грэта.

   В момент, когда Кейла обнимала Теодора, грэт шепнул ей на ухо:

   – Кстати, ты кое что забыла у меня, – и маленький клочок ткани перекочевал в её руку.

   – Ахаха, мог и себе оставить, в качестве трофея, – тут же нашла, что ответить Кейлин, но своё нижнее бельё взяла.

   В этот момент в малую гостиную вошёл второй принц Шерисии:

   – Могу ли я поговорить с грэттой Капарэлли наедине? – холодным тоном произнёс он.

   – Да, конечно, – грэт Теодор Пелигрини явно принадлежал к ближнему королевскому кругу и знал, кем являешься грэт Мартино, так как коротко поклонился и вышел из помещения, не задав ни одного лишнего вопроса.

   «Возможно и мне стоило чаще бывать при дворе, когда приглашали, тогда б и я знала этого гада в лицо ещё тогда, в таверне» – хмуро подумала Кейла, но вслух сказала:

   – Чем же обязана чести лицезреть Вас второй раз за вечер? – руку с нижним бельём она сжала в кулак и завела за спину.

   Грэт Мартино подошёл к ней на расстояние вытянутой руки и только тогда ответил:

   – Меня не покидает ощущение, что мы встречались ранее.

   – Не думаю, что мы встречались, – ровным голосом ответила девушка, спрятав все свои эмоции под маску безразличия.

   – Врёте, – жёстко перебил принц.

   «Неужели и он правду распознаёт? Или всё-таки это безосновательное предположение?» – мелькнула мысль у Кейлы, – «ой-ой-ой, мне это не нравится».

   – Э-э-эм, почему Вы так решили? – чтобы потянуть время спросила девушка и стала рассматривать грэта внимательно на предмет возможных артефактов. «Серег в ушах нет, волосы короткие, цепочек на шее тоже нет…»

   – А ещё я Вам отчего-то не понравился с первого взгляда, – с этими словами грэт Мартино подошёл очень близко к девушке, и рассмотреть его ей стало затруднительно.

   – Выше высочество, Вам показалось, возможно, в суете я просто не уделила Вам достаточного внимания, – когда грэт, наделённый властью, подошёл вплотную и навис над девушкой, она начала безбожно врать с самыми честными глазами. Да, он ей не нравился с их первой встречи в «Солёном берегу», но в тоже время ссориться со вторым принцем Шерисии, который если случись что с наследным принцем, станет следующим королем, не хотелось.

   – А что у вас в руке? – сейчас грэт отметил, что она одну из рук держит заведённой за спину.

   – Ничего, – слова сорвались раньше, что она подумала.

   Глаза грэта Мартино вспыхнули каким-то презрительным весельем. Он взял руку девушки и силой развёл пальцы, сжатые в кулак.

   – Ого, – ухмыльнулся он, – ничего, говорите? А не зря Вы покрасили волосы в синий цвет, как это любят делать женщины лёгкого поведения, привлекая клиентов. Ещё заявите, что Вы не соблазняли грэта Теодора Пелигрини, что был здесь до меня? – с этими словами он вытащил сексуальные трусики-паутинку, что Кейла надевала на свидание с Тео.

   Девушка молча вскипала от злости. «Какого чёрта он сюда пришёл и ещё что-то мне здесь говорит? Как будто сам себя вёл в таверне как приличный человек». Быть вежливой вдруг расхотелось.

   – А не отправиться ли Вам в Королевство не Ваших собачьих дел? – очень грубо ответила она.

   Грэт Мартино тут же потерял всю свою напыщенность и резко изменился в лице:

   – Мне не хотелось бы объявлять своей невестой шлюху. Потрудитесь вести себя прилично в достойном обществе.

   – Это ж где Вы нашли достойное общество? – с вызовом ответила она, глядя ему в лицо, – Уж не себя ли Вы имеете в виду?

   – Да как ты смеешь… – вот теперь Вилладжо разъярился. Какая-то избалованная дочка аристократа ещё и смеет его унижать.

   – Я лишь говорю то, что знаю. Я, в отличие от Вас, не лезу в штаны мужчине в первые минуты знакомства, – парировала Кейла, окончательно решив донести до принца, при каких обстоятельствах была их первая встреча.

   – Что-о-о? – глаза принца округлились от удивления.

   – Тридцать девять процентов, – сказала Кейла с вызовом, затем дёрнула трусы из рук грэта на себя, стремясь их отобрать, но, видимо, кружевное изделие зацепилось за одно из многочисленных колец на руке грэта. Раздался треск ткани, девушка раздражённо махнула рукой:

   – А, оставьте себе, – и стремительно вышла из комнаты.

   Грэт Мартино продолжал ошеломленно смотреть вслед синеволосой девушке. Единственная дочь правой руки короля – уважаемого грэта Томаса Капарэлли, богатейшего рода на всю Шерисию, чтобы ни говорили что её эксцентричный характер, одна из самых красивых невест Алишера, и та подавальщица еды из «Солёного берега», что предложила свои услуги за три золотых его помощнику грэту Лирэлю Дольче – одна и та же девушка.

   – Ты та самая дешёвая шлюха из таверны, – ошеломлённо произнес грэт Мартино в спину уходящей девушке, не в силах поверить в факты.

   Спина девушки напряглась и, не оборачиваясь, Кейлина бросила:

   – Попрошу без оскорблений. Я дорогая шлюха. А Вашему помощнику сделала скидку.

   И высоко подняв голову, она торжественно вышла из гостиной.

   Грэт Мартино неверующе смотрел ей в след, а затем перевёл взгляд на руку, сжимающую тонкую ткань нижнего белья. И чертыхнулся второй раз. Женские трусики-паутинка были того же редкого вишневого цвета, что и чулки, которыми его руки привязали в спальне коттеджа Квартала Сладких Грёз. «Неужели и это тоже была она?» – билась мысль в его голове.

   ***


   Нонна угощалась рагу из кролика за небольшим столом и то и дело посматривала на Кайла. К нему было не пробиться через армию прехорошеньких грэтт и мисси. То и дело к имениннику подходила какая-нибудь очаровательная девушка и завязывала разговор. Парочка даже умудрялась спотыкаться и падать прямо в руки Кайла. Нонна раздражённо передернула плечами, но понимала, что лучше не привлекать к себе лишнее внимание в такой толпе.

   – Скучаете? Хотите пирожное с малиной? Они здесь отменные! – подошёл к ней очередной молодой человек. Нонна лишь устало выдохнула.

   – Я пока что ем основное блюдо. Сладкое буду позднее. Спасибо, – попыталась она вежливо избежать повышенного интереса со стороны мужчины.

   – Я мисье Орландо Олвудж, – улыбаясь белоснежной улыбкой произнёс мисье и стало ясно, что пирожное, которое он принёс было лишь поводом, чтобы подойти к Нонне, – а Вы, если я не ошибаюсь, грэтта Нонна Капарэлли?

   – Да, всё так, – Нонна не испытывала никакого желания знакомиться с кем-то. Она хотела тихо выждать момент, когда все разойдутся, и поговорить с Кайлом о том, что было.

   Но новый знакомый оказался настойчивым:

   – Я не видел Вас ни на одному балу последних сезонов. Отчего столь прекрасная грэтта не посещает светские рауты?

   Орландо не кривил душой. После недавней встречи с Кайлом Нонна действительно преобразилась и выглядела даже моложе своих лет. Мешки под глазами исчезли, на щеках заиграл румянец, пропала нездоровая бледность кожи.

   – Я много работаю, у меня нет времени на приёмы и другие развлечения, – ответила девушка заученной фразой и тут же пожалела об этом.

   – О, в наше время так мало работающих женщин. Несмотря на то, что женщины давно занимают посты при дворе, успешно создают собственные артефакты и многие даже имеют собственный доходный бизнес, как грена Алисия Капарэлли, общество всё равно косо смотрит на тех отважных представительниц слабого пола, которые бросают вызов многолетним устоям. Расскажите о своей работе, мне интересно. Или давайте я сам угадаю! – мисье Орландо стал радостно сыпать вопросами, – У Вас швейная мастерская? Вы художница? Изготавливаете рекламные буклеты и вывески? Занимаетесь организацией праздников? У Вас своя таверна? Артефактная лавка? Дрессируете магических животных?

   Нонна покачала головой:

   – Нет, к сожалению, я не живу в Алишере. У нас с материю поместье на юго-востоке от столицы. Я занимаюсь виноградником. Мы поставляем лучшие сорта винограда в винодельни.

   – Забавно, – мисье Орландо посмотрел на бутылку с вином, что стояла на их столе. – Получается, это вино из Вашего винограда?

   Нонна утвердительно кивнула. Впервые молодой человек интересовался ею как личностью, а не просто её внешностью. И, если поначалу к мисье Олвуджу она относился с подозрением, то сейчас, когда разговор зашёл о работе, ей вдруг стало интересно общаться с ним. И сама продолжила разговор.

   – В этом году гроздья винограда, к сожалению, кислые. Сладкого вина сделать не получится, – немного с грустью сказала она, так как плантациями она занималась с удовольствием и судьба виноградников её сильно беспокоила.

   – А магов вызывали? – спросил мисье.

   – Да, консультировались, сразу у нескольких специалистов. Дождей вроде бы хватает, сорт винограда тот же, ничего за год не пересаживали, селекцией растений я не занималась. Всё сходится к тому, что почва истощена, не хватает каких-то минералов, – развела руками Нонна. – А Вы чем занимаетесь?

   – А я повар, у меня собственная кондитерская. Собственно, потому и обратил внимание на эти пирожные с малиной. Я готовлю десерты с использованием магии, поэтому мои сладости особенно вкусные, – Орландо хвастался, но так искренне, что не чувствовалось ни капли фальша. – В моём роду все мужчины были поварами, это наш семейный дар.

   Давно и не Нонной было замечено, что второе сословие легко рассказывает, в чём заключается их родовой дар, в отличие от первого. Возможно, потому что таланты мисье были проще или сам дар менее выраженным, чем у грэтов.

   Затем мисье Орландо увидел в толпе грену Алисию:

   – Я прошу прощения, до сих пор не поздравил грену Алисию. В моём представлении, с днём рождения надо поздравлять женщину, совершившую подвиг, – с этими словами он галантно поклонился Нонне и поспешил к хозяйке замка.

   «Милый молодой человек», – проследила за ним взглядом Нонна. Её мысли прервали громкие аплодисменты, крики «Ура!» и свистки. Толпа гостей ликовала. Нонна поискала глазами Кайла и нашла его, прикреплённого какими-то хитрыми ремнями к огромному шару, поднимающемся всё выше и выше в небо. Все вокруг радовались и восхищались отвагой грэта Капарэлли-младшего. Мало кто решился бы опробовать столь необычное изобретение. Тем временем шар набирал всё бо́льшую высоту. «Какой же он смелый», – восторженно подумала про себя Нонна и в то же время украдкой бросила взгляд на грэта Рунальда. Она волновалась за Кайла и хотела убедиться, что всё идёт по плану, и Кайд действительно должен был так высоко взмыть в небо. Эрик улыбался, принимал поздравления с чудо-изобретением. Судя по его довольному выражению лица переживать было не о чем, но Нонна всё равно не могла погасить тревогу. В этот момент Злат подошёл к ней.

   – Ты ещё не общалась сегодня с Кайлом? – спросил её отчим.

   – Пока нет, к нему не пробиться, – отшутилась Нонна.

   – Я не просто так спросил, – серьёзно сказал Злат. – Кайл мне как родной сын.

   Отчим замолчал, явно подбирая нужные слова. А Нонна вся подобралась. Она знала, что Кайл и Кейла были Злату в чём-то даже ближе, чем она сама. А уж Кайла Златан лично учил махать мечом и отрабатывал удары и стойки. Да и сейчас, когда грэт Капарэлли-младший вырос, Кайл и Златан уже вместе ездили на границу на переговоры с Норингией.

   – Я знаю, что ты проводила в детстве много времени с близнецами. И, к сожалению, я прочувствовал на своей шкуре, что такое быть женатым на истинно рождённой нимфе. Для меня не секрет, что ты нравилась Кайлу, когда он был ещё подростком.

   – Злат, я не хочу говорить о своей личной жизни, – Нонна резко его перебила, хотя ей была несвойственна такая грубость.

   Но о Кайле ей почему-то было говорить тяжело. Она развернулась, чтобы отойти от отчима, но тот схватил её за руку и повернул к себе.

   – Нонна, постой. Я вижу, что тебе тоже нравится Кайл, иначе ты не глазела бы на него весь день. Но если ты испытываешь к парню лишь симпатию, а не любовь, отпусти его. Не повторяй ошибок своей матери. Я не желаю Кайлу такой судьбы, как у меня. Ты ведь тоже нимфа. Тебе это может быть поразвлечься и всё, а Кайл не сможет оправиться от таких отношений. Посмотри, вокруг него море девушек и каждая мечтает сделать его счастливым. А сможешь ли это ему дать ты?

   И хотя Злат говорил о Кайле, Нонна почувствовала и невысказанную боль, и одиночество, и безответную любовь к Виоле. Впервые Златан говорил с ней настолько откровенно. А если добавить к этому, что он мужчина, который не любит показывать своих слабостей, то Нонна воистину оценила его слова. Она молча обняла его, потому что чувствовала, что ему нужна поддержка. Грэт оторопел от такой реакции. Он ожидал и слёз, и обвинений в том, что дети Томаса и Алисы ему ближе, чем она сама, или бегства, но меньше всего он ожидал объятий. Но постояв ещё несколько секунд Злат понял, что именно этого ему так сильно не хватает и обнял её в ответ.

   ***

   Поднимаясь верх на воздушном шаре, Кайл не мог не порадоваться тому, как ловко всё организовала его сестра. «Всё-таки талантище она у меня с подковёрными интригами», – подумал он с улыбкой, увидев, что в кристалл управления воздушным шаром вбиты координаты заднего двора особняка, но маршрут при этом проложен через удалённую от особняка точку. Чем выше он поднимался, тем красивее становились виды: величественный особняк из серого камня, огромный раскинувшийся сад перед ним, пруд на заднем дворе, а недалеко пролегают дороги и располагаются дома поскромнее. Неожиданно взгляд выхватил из толпы щуплую белокурую фигурку. Сердце Кайла пропустило удар, когда он её увидел. «Она всё-таки пришла!» – заликовал он. Но в следующее мгновение грэт Капарэлли-младший увидел, как к ней подошёл Злат, потом взял её за руку, а потом… она сама стала его обнимать. И вот они стояли и обнимались под небольшим деревом за самым дальним от всех гостей столиком.

   Тут же у Кайла пронеслись в голове слова Нонны: «Злат замечательный! Он потрясающий, добрый, щедрый, внимательный». С глухим хрустом разбитого стекла перед глазами стала собираться картинка всего, что произошло, как кусочки паззла. «С какой искренностью она защищала своего отчима, мне ли не понимать, что она говорила правду. В имении двоюродного дяди не работают слуги, их уволили, чтобы они не болтали лишнего и не пускали слухов. Нонна была рада тому, что работает в винограднике самостоятельно и явно не хотела выдавать причину, почему слуг нет. Виолетта не пришла на приём, потому что якобы болеет. Нимфы не болеют, но могут умереть от голода. Её муж Злат, судя по всему, перестал уделять внимание Виоле. Зато нежно обнимает свою приёмную дочь. А ещё он королевский нюхач и очень сильный маг, а потому ненамного старше самой Нонны. К кому может уйти супруг от жены-нимфы? Только к другой нимфе». Чем больше Кайл думал о том, что Злат и Нонна тайно встречаются, тем больше находил подтверждений этому. К моменту, когда шар мягко опустил его на задний двор особняка, Кайл уже был мрачнее тучи. Но он всё еще не хотел верить в свою догадку.

   На заднем дворе его уже ожидали приятели, развалившиеся в креслах и потягивающие эль. Разумеется, для Кайла не было секретом, кто шепнул друзьям появиться здесь. Даже слуги не забыли про них и принесли три подноса с едой и напитками. Приятели отвлекли Кайла от мыслей о Злате и Нонне разговорами о новом законопроекте в Норингии, запрещающем использовать клинки, выкованные в Крэнгии. Некоторое время поговорили об оборотнях, затем перешли на изобретение Эрика. Всем очень понравилось, как эффектно Кайл поднялся в воздух. Через некоторое время к их компании присоединился не в меру задумчивый Тео Пелигрини.

   – Друзья, – собрался с мыслями Кайл, – я хочу сообщить, что в ближайшее время буду просить нашего короля о переводе меня в Норингию в качестве посла. Скорее всего, на год или два.

   – Ого! – хмыкнул уже изрядно набравшийся грэт Дориан Туррари, – а девушек в Шерисии тебе уже не хватает?

   – Дориан, следи за языком, – резко осадил его Теодор. – Кайл, а мне казалось в Норингии сейчас весьма напряжённая обстановка с метаморфами, страну разрывает внутренняя война и гонения. Ты примешь в этом участие?

   – Как сложится, – Кайл кивнул. – Что-то я засиделся здесь в Шерисии. Хочу мир посмотреть, да и просто обстановку сменить.

   – Ясно, – Тео понял, – я могу рассчитывать, что ты не откажешься от моей компании? Король в долгу у нашего рода, я уверен, что мою кандидатуру одобрят, если я предложу свои услуги.

   – Я буду только счастлив, – Кайл хлопнул друга по плечу.

   В этот момент дверь особняка открылась, и Кайл увидел тоненькую фигурку, скользнувшую вдоль серой кладки камня.

   – Прошу меня извинить, я скоро вернусь, – молодой грэт направился к девушке, застывшей поодаль от их компании.

   Кайл шёл к нимфе и в голове метались самые разные мысли. Сейчас он понимал, что их последний секс был всего лишь способом отвлечь его внимание от отсутствия слуг в имении и способом избегания неудобных вопросов. Он постарался удержать на лице невозмутимое выражение.

   – Нонна, – Кайл подошёл к ней. – Рад, что ты выбралась на приём.

   – Кайл, – девушка смущённо теребила тонкие кружева платья и смотрела в пол, – послушай. То, что было между нами… – она не знала какие слова подобрать. Как объяснить, что он ей действительно нравится, но она сама не уверена, что он испытывает к ней чувства, а не влечение, вызванное её магией. Ещё она не понятия не имела, любит ли она его или же он ей просто нравится. Имеет ли она права рисковать его чувствами и его будущим? Возможно, это всего лишь привязанность, возникшая на фоне детской дружбы. Она ничего не знала в этот момент.

   Уже темнело. Магические искры стали зажигаться в кронах деревьев, часть искр слуги рассыпали на водную гладь искусственного прудика во внутреннем дворе особняка. Вода переливалась то сиреневым, то зелёным цветом. Одна из лун была почти полной и светила нежно-коралловым цветом, а вторая была в тени от первой, и на чёрном небе виднелся тонкий бледно-жёлтый серп.

   – Ты не хочешь продолжения, – скорее утвердительно, чем вопросительно произнёс Кайл.

   – Да, это было бы неправильно, – сказала Нонна. Как же много она хотела ещё добавить, но Кайл перебил её.

   – Это из-за Злата? – уточнил он.

   – Да, – сказала Нонна, вспомнив слова Злата и вечные ссоры отчима с Виолеттой. Конечно же, она не хотела, чтобы их с Кайлом отношения свелись к такому финалу. Затем поправилась, – то есть не совсем…

   – Я понял, – перебил её Кайл. Благодаря своему дару он вновь видел, что Нонна не юлит и говорит с ним открыто. Она была не из тех девушек, что говоря «нет», имели в виду «да». Честность Кайл ценил очень сильно. Поневоле начинаешь ценить это качество, когда имея дар, начинаешь распознавать, как же часто люди врут даже по мелочам. – Не продолжай. Я сам хотел тебе сообщить, что уезжаю из Шерисии.

   Это решение он принял всего несколько часов назад, паря на воздушном шаре. Кайл знал, что король не откажет в просьбе Томасу. Здесь всё зависело от его собственного желания. И если пару дней назад он хотел бы остаться в Шерисии, чтобы быть с Нонной, то теперь его ничего не держало.

   – Ясно, – дрогнувшим голосом сказала Нонна. Слова у неё так и застыли в горле. Она хотела объяснить всё, предложить начать их отношения более правильно, с совместных встреч и интересов. Сейчас же, когда Кайл сказал, что уезжает в Норингию, заготовленные слова потеряли весь смысл. – Тогда я желаю тебе удачи.

   Она поклонилась ровно настолько, насколько требовал этикет, развернулась на каблуках и, сдерживая слёзы, устремилась вон из особняка Капарэлли.

   ***

   Была уже глубокая ночь, когда Кайл, настроившись на внутреннюю эмоциональную связь, нашёл сестру, любующуюся ночным небосводом. Она была уставшая, немного раздражённая и растерянная. Кайлу ничего не надо было спрашивать или говорить, чтобы понять это. Он просто чувствовал состояние Кейлы, а потому молча улёгся на теплый пол балкона рядом с ней и стал рассматривать звёзды. Такой же опустошённый после нелегко давшегося решения. Близнецы с детства любили вот так проводить ночи на балконе, смотря на небо.

   – Смотри, падает звезда, – первой нарушала тишину Кейлина и указала на звездочку, которая быстро двигалась к горизонту, за ней тянулся бледно-розовый хвост. – Богиня Судьбы дарит нам эту звезду! Загадывай скорее желание!

   «Хочу знать будущее, правильно ли я поступаю, отправляясь в Норингию?», – подумал Кайл.

   «Хочу знать будущее, неужели мне действительно стоит выйти замуж за одного из принцев?», – подумала Кейлина.

Глава 12. Не моя невеста


   Кейлу разбудил лёгкий накрапывающий дождик. Она так и заснула на балконе, лёжа на теплом полу. Плитку, которой был выложен пол, придумала в своё время её матушка Алиса, узнав о свойстве песков из Варварской пустоши накапливать солнечное тепло. Именно поэтому Кайл и Кейла в детстве часто засыпали на этом балконе и никогда при этом не замерзали.

   Кейла недовольно пошевелилась – холодная капля упала за ворот рубахи – и открыла глаза. Кайл любил вставать рано, а потому не стал её будить, когда уходил. Вздохнув, Кейлин глянула на небо: солнце уже встало. «Часов девять или десять», – прикинула девушка по расположению небесного светила. Пора было собираться во дворец. Вещей девушка много брать не хотела принципиально. Всё-таки она собиралась погостить всего два или три дня. Помимо одежды, на всякий случай Кейла взяла несколько артефактов иллюзий, волшебную пыль, чтобы иметь возможность написать Кайлу, не стала снимать кольцо Тео, а вот бриллиантовое украшение Вилладжо ей было носить противно, но она всё равно его пихнула в чемодан. «Мало ли, что придёт в голову принцу, и он вновь заставит его надеть?» – мелькнула мысль.

   Свои вещи Кейла собирала сама, не доверяя слугам прикасаться к тому, что принадлежит ей. И хотя отсутствие личной горничной у аристократии первого сословия было непринято, на эту странность девушки ввиду всех остальных смотрели сквозь пальцы. Её матушка Алиса многое делала сама, без помощи слуг, а потому и не задавала лишних вопросов. Томас же лишь однажды сделал замечание Кейле, что при её статусе грэтты ей просто-таки положено иметь личную горничную, на что получил резонное: «А зачем? Откуда другому человеку знать, что я хочу? Какое надеть платье, какую сделать причёску или что я хочу есть? Мне гораздо быстрее и проще это сделать самой, чем объяснять». Про себя же она добавила: «Да будь моя воля, не было бы никаких разделений на сословия и слуг». С тех пор вопрос личной горничной не поднимался.

   На сборы ушло достаточно много времени и сил, а потому голодная и взъерошенная синеволосая девушка зашла на кухню с целью съесть всё, что найдёт, настолько сильно урчало в животе. Её приятно удивила компания, собравшая здесь. За кухонным столом сидел Кайл и доедал какой-то из вчерашних салатов. Напротив него восседал Эрик и виртуозно махал руками в воздухе, изображая какие-то пассы, при этом он уже разлил кружку с чаем, но не замечал этого. На плече Эрика сидел хорёк Шесси, который сейчас имел насыщенный лимонный цвет, а мордочка отдавала салатовым. Кейла как-то сразу поняла, что Шесси укачало на плече взбудораженного Эрика. Ей стало от души жалко пушистика: «Бедняга, если б меня так трясли, то из меня давно вся еда вышла бы».

   –… и представляешь, если кристалл управления выступил в симбиозе со стабилизированными магическими искрами внутри воздушного шара, это означает, что можно попробовать их же использовать в качестве тягловой силы вместо лошадей, – Эрик уже скакал на стуле от восторга, а чай коричневой струйкой капал на пол.

   Кейлина улыбнулась, молча взяла Шесси с плеча Эрика и посадила на своё.

   «Спасибо», – донеслось благодарное от зверька из Варварских пустошей.

   «Ух ты! Ты слышишь меня?» – переспросила Кейла. Она понимала, что кольцо Тео должно давать ей возможность разговаривать с животными, но всё равно это стало удивительным сюрпризом для неё.

   «Конечно, слышу», – подтвердил пушистик и поудобнее уселся на её плече. Постепенно лимонный окрас меха стал сменяться приятным коричневым.

   – Ого, – Эрик отвлёкся на Кейлу, – Шесси тебя признал, хотя ни на чьём другом плече, кроме моего, сидеть не хотел раньше!

   «Этот человек меня спас, но у него на плече сидеть опасно. То в бочку с ледяной водой случайно столкнут, то паром тошнотворного зелья какого-то обдадут, что нюх на сутки теряю, то вообще покормить забудут», – услышала Кейла недовольное ворчание зверька, – «А тут я нашёл говорящего с хвостатыми! Пускай не обижается, но скажи ему, что я теперь с тобой буду».

   – Эрик, – Кейла обратилась к изобретателю, – Шесси просит передать, что он тебе благодарен за спасение жизни в Варварской пустоши, но он хочет быть дальше со мной.

   – С тобой? – удивился Кайл.

   – А ты его слышишь? – деловито уточнил Эрик.

   – Да, – Кейла смущенно потеребила ободок кольца на пальце. Мне тут подарок на день рождения сделали…

   Не успела она договорить, как Эрик взял её за руку и притянул к себе, чтобы рассмотреть кольцо. Он хмурился и даже лизнул палец Кейлы, словно пробуя его на вкус. Девушка привыкла к странностям гения, а потому и глазом не моргнула на эту выходку. Кайл лишь удивленно приподнял бровь и выразительно глянул на сестру. Девушка пожала плечами, как бы говоря: «Ну это ж не я облизываю чьи-то пальцы».

   «Вот-вот, а он ещё и меня пытался облизать!» – неожиданно встрял Шесси. – «Нет, ты представляешь? Только я умылся, как этот человек своей слюной давай пачкать мой мех».

   Кейла улыбнулась, представив эту картину, но ничего отвечать не встала.

   – Хм, – вынес вердикт учёный, – удивительная штука. Я таких артефактов на Магическом Рынке не видел. Тот, кто сделал это кольцо, вложил не частичку магии, как это принято с артефактами иллюзии, а всю свою магию.

   – Я не понимаю, – Кейла вернула руку и посмотрела на кольцо. Да, чтение мыслей животных – редкий дар, и она сама не встречала такого рода артефактов до сих пор. Но раз Теодор сделал, значит, такие бывают.

   – Видишь ли, – протянул Эрик, – кольцо маленькое, но действовать оно будет много лет. Принцип создания такого артефакта отличается от того, как создаются иллюзии. Ты обращала внимание, что чем меньше предмет, к которому привязывается личина, тем либо этот предмет больше, либо стоит дороже?

   – Да, конечно, – подтвердила Кейлина. – Массивный браслет будет поддерживать иллюзию значительно дольше, чем кулон или цепочка.

   – А некоторые воины покупают броню или мечи с иллюзией, потому что это им по карману, – вставил Кайл. – Они хотят казаться крупнее и массивнее, и такая броня служит практически всю жизнь.

   Эрик кивнул и продолжил:

   – Соответственно, чем меньше предмет, тем либо он меньше держит иллюзию, либо дороже стоит, потому что в него влито существенно больше магии.

   – То есть размер и вес артефакта компенсируют недостаток магии? – уточнил Кайл.

   –Да, всё так. И это кольцо миниатюрное, – изобретатель ткнул пальцем в украшение Кейлы,– при этом я практически гарантирую, что работать оно будет всю жизнь.

   – Это ж сколько магии в него влито? – округлила глаза девушка. Только сейчас она начала понимать, что за вещь ей подарил Теодор.

   – Вот потому я и сказал, что создатель артефакта вложил в кольцо всю свою магию. По моей оценке он полгода ежедневно вкладывал свою магию до последней капли в кольцо, питая и наполняя его. Вам очень повезло, Кейла, – Эрик обратился к ней, – мало какой маг пойдёт на то, чтобы полгода жить без своей магии и просто вкладывать её, отдавая артефакту. Такие вещи бесценны, их нельзя купить на рынке Алишера.

   – Вкладывал магию до последней капли? – переспросила девушка, так как ей было непонятен этот оборот речи.

   – Да, – подтвердил Эрик. – На полгода сильный маг первого сословия, а никто другой это кольцо сделать не мог, жил жизнью простолюдина третьего сословия. Он не мог работать, применяя свой дар, да и просто использовать другие магические артефакты, потому что на фоне истощения при создании кольца это было чревато серьезными болезнями.

   – Понятно, – выдохнула поражённая Кейла. Ей и в голову не приходило, насколько серьёзно Тео относился к ней. Да, он что-то сказал про пять месяцев, но она и представить на тот момент не могла, что он отдавал в течение пяти месяцев всю свою магию! Маги первого сословия в первую очередь и отличаются от обычных людей наличием дара. Совершенно добровольно лишить себя дара на полгода – это практически немыслимо для грэта.

   – Для сравнения, артефакты иллюзий такого размера, которые могут прослужить несколько месяцев, создаются магом порядка недели, – закончил свою мысль Эрик.

   Кайл присвистнул. Кейла вспомнила, сколько стоит аналогичное кольцо с иллюзией на Главном Магическом Рынке и ещё раз подумала о том, насколько сильные чувства испытывал к ней Тео. «Ведь это кольцо должно было стать помолвочным», – внутренне застонала она.

   «Ого! А ты взяла кольцо, да ещё и парню отказала?» – Шесси оказался на редкость прозорливым зверьком.

   «Всё так», – грустно ответила Кейла, ощущая себя последней сволочью. «Да если бы я знала реальную цену этому кольцу…»

   «Всё равно б его взяла», – закончил за неё Шесси. И Кейла поняла, что согласна с таким наглым, но таким сообразительным хорьком.

   – О, кстати, вот твой мешочек со стабилизированными искрами для воздушного шара, – сказал Эрик, кладя на стол подарок для Кейлы.

   – Спасибо, – улыбнулась девушка, – надеюсь, ты не против, что Шесси решил со мной остаться? – уточнила она.

   – Конечно, нет. Я так не понял, в чём заключаются его магические искры, – пожал плечами Эрик. – Видимо они бесполезные. А если он хочет дальше быть с тобой, пускай.

   «Сам ты бесполезный», – обиженно прозвучало в голове у Кейлы. Она уже стала привыкать к комментированиям Шесси.

   – Кстати, – Кайл встрепенулся, – Синяя борода, ты уже собрала вещи? У меня назначена аудиенция у короля на завтра, а во дворец я приглашён сегодня же, так что предлагаю поехать на твоей карете. Ты не против?

   Кейлина тепло улыбнулась брату:

   – Я буду только рада, если ты поедешь вместе со мной.

   ***

   Прощание с Алисой и Томасом было коротким, Эдуарду и слугам Кейла лишь кивнула, а с Кайлом девушка не прощалась и вовсе. Она была уверена, что через каких-нибудь два или три дня вернётся в родной особняк. Как же она была неправа! Но о том, чем закончится поездка во дворец, не подозревал даже Томас, привыкший просчитывать всё наперёд.

   Карету Кейлины слуги запрягли сонными розовыми единорогами, которые недовольно фыркали и ворчали, что у них сегодня, вообще-то, выходной. Сейчас, когда Кейла слышала животных, она удивлялась, как же раньше она не замечала хотя бы их эмоций. У единорогов и без ворчания на морде было написано, как сильно они хотят спать.

   Королевский дворец не произвёл на девушку большого впечатления. Она была здесь не в первый раз, а потому весьма спокойно отнеслась к величественному многоэтажному зданию с золотыми куполами. Их встретил сама любезность, Венай, младший сын короля, и показал покои каждого из близнецов.

   – Грэтта Кейлина, позвольте пригласить Вас на прогулку в саду, – таким же вежливым тоном пригласил обаятельный грэт Мартино-младший девушку.

   «А что, собственно, я теряю?» – подумала Кейлина. Ей нравился и не нравился Венай одновременно. С одной стороны, её тянуло к нему, а с другой, прекрасно видя его манеры, она даже представлять не хотела, как много женщин прошло через его постель. Ей льстило его внимание, но она отчетливо понимала, что его интерес вызван в первую очередь тем, что она является наследницей самого богатого рода Капарэлли на всю Шериссию. «И всё же, я абсолютно ничего не теряю», – решила она про себя и согласилась на прогулку по королевскому саду.

   Кейла разобрала вещи, покормила Шесси, переоделась в лёгкое полупрозрачное с разрезами до бедра платье, – всё-таки её пригласили на свидание, – и уже собралась выйти из покоев, как в дверь постучали. Это оказался Венай собственной персоной.

   – Вы обворожительны, – младший принц склонился над рукой девушки и поцеловал, – я ослеплён Вашим сиянием.

   Кейла, не привыкшая к таким комплиментам, заметно смутилась.

   – Пойдём в сад? – спросила она, не зная как ответить на слова Веная и чувствуя неловкость.

   – Как пожелает грэтта, – галантно ответил Венай и предложил свой локоть.

   Королевский сад оказался воистину прекрасным. Здесь цвели фруктовые деревья, дорожки были уложены разноцветными камнями, а вдоль них раскидывались клумбы из удивительных растений. Трава переливалась всеми оттенками зелёного и синего. То тут, то там встречались фонтаны и каменные статуи в виде зверей, птиц и растений. Венай оказался преинтереснейшим собеседником. Он рассказал про деревья, подаренные королевой Фелисии, про статую, которую случайно сломал, играя в салочки со старшим братом и даже про лабиринт из лиан, в котором теряются придворные дамы и ни одна не смогла без посторонней помощи выйти из него.

   – Теряются? Ни одна не смогла найти выход? – Кейлину взял азарт. Ну как можно потеряться в лабиринте из растений?

   – Вы мне не верите и хотите проверить? Не боитесь? – чересчур довольно улыбнулся Венай.

   – Пойдёмте, – решительно сказала Кейлина, и углубилась в лабиринт из лиан растений.

   Шли по лабиринту они спокойно, гулять здесь было приятно. Постепенно исследуя и время от времени натыкаясь на разного рода тупики, Кейла вдруг осознала, что уже темнеет и холодает, а лёгкое платье, которое она надела, уже не греет. Не отдавая себе отчёта, она обхватила себя руками, стараясь согреться. Венай заметил, что девушка замерзает, тут же снял в себя камзол и накинул ей на плечи.

   – Спасибо, – поблагодарила Кейла. Она уже несколько раз пожалела, что согласилась пойти сюда: ноги болели, стремительно темнело, да и уже хотелось кушать, а ведь предстояла обратная дорога по этому странному лабиринту. Неожиданно растения расступились, и они вышли к беседке с витыми колоннами, украшенной переливающимися магическими искрами. Внутри беседки стоял стол, накрытый на две персоны, и два кресла.

   – Это же… – чуть удивлённо выдохнула Кейлина, не зная, что сказать. Её провели как ребёнка, на «слабо».

   – Я боялся, что Вы откажитесь от романтического ужина со мной, а потому таким способом заманил Вас сюда, – извиняющимся тоном сказал Венай и отодвинул одно из кресел.

   «Вот ведь прохвост», – только и смогла восхититься Кейлина. Кто-кто, а Венай смог разгадать её характер и понять, что надо сказать, чтобы она захотела сунуться в этот треклятый лабиринт. Кушать хотелось ввиду того, что сегодня у неё был лишь один приём пищи – нечто среднее между завтраком и обедом в особняке Капарэлли, – а потому она не отказалась.

   Ужин оказался выше всяких похвал. Невероятно вкусный кролик, гусиная печень, салат из овощей… Возможно так повлияла длительная прогулка, а может, свежий воздух ударил в голову. Единственным минусом ужина оказалось вино. Младший принц постоянно подливал его в бокал девушке, но и тут Кейлина выкрутилась. Она, ещё собираясь во дворец, знала, что ей придётся столкнуться с алкоголем, который она на дух не переносит, но не выпить который означало оскорбить хозяина дома. Именно поэтому она взяла с собой давно купленные на Магическом Рынке Алишера специи, которые при добавлении в спиртное нейтрализовали это самое спиртное в течение пары минут. Таким образом, незаметно добавляя специи из мешочка, что она спрятала в лифе, выходя из покоев, Кейлина превращала вино в своём бокале в виноградный сок.

   Сейчас Кейла поймала себя на том, что беспардонно пялится на то, как грэт облизывает ложку после десерта. На его пухлые губы, правильно очерченный подбородок с небольшой щетиной и широкую мужскую шею. Она раскусила Веная ещё в начале ужина. Было очевидно, что при помощи романтической обстановки и изрядной доли вина, он хотел скомпрометировать её и тем самым не оставить Вилладжо и шанса. Вот только не учёл Венай двух фактов: Кейле было плевать на свою репутацию и, глядя, на то, как он облизывает эту чёртову ложку, она действительно возбудилась. Его расслабленный язык буквально ласкал прибор. «Что же он вытворяет в постели?» – мелькнула шальная мысль в голове, и мгновенно стало очень жарко.

   Кейла неловко поставила фужер на стол, от чего из него выплеснулось часть напитка на скатерть. Не обращая внимания вино, она встала и чуть шатающейся от безумного желания походкой подошла к грэту, а затем села на его колени и сказала, выдохнув на ухо:

   – А женщин ты так же целуешь? Отдай мне её!

   – Кого? – Венай немного испугался, не каждый день вот так раскованно и ничего не стесняясь к нему на колени садятся грэтты. С другой же стороны он рассчитывал примерно на такую реакцию, всякий раз подливая даме вино.

   – Ложку, – ответила Кейлина, глядя, как дергается кадык мужчины, и прикусила мочку его уха.

   Венай громко выдохнул и откинулся на спину кресла, бросив ложку на стол. Кейлина ему нравилась не только как выгодная партия, но и просто как девушка. Сейчас её чуть озябшие руки пуговка за пуговкой стали расстёгивать его рубашку, а затем легли на его грудь. Он нащупал её лодыжку и медленно стал поднимать ладонь по ноге, оглаживая и сжимая. Когда его рука дошла до её сочной ягодицы, девушка перекинула одну из ног и уже сидела верхом на нём глядя ему в лицо.

   Кейла почувствовала сквозь тонкую ткань, как что-то упругое и горячее упёрлось в её попу. Она смотрела в глаза Венаю и тонула в них. Он ей безумно нравился, и она отдавала себе отчёт в том, что дико хочет этого мужчину. Несмотря на то, что он любит интриги и рассчитывал на дешёвый трюк с вином.

   «Да ну всё к чёрту» – подумала она и прижалась всем телом к его разгорячённой груди. Венай в ответ стал медленно облизывать и покусывать её шею, от чего мурашки мгновенно пронеслись по всему телу Кейлы. Его горячие пальцы впивались, массируя её ягодицы, и он уже стал подаваться тазом вперёд, давая почувствовать, как велико его желание, хотя их всё ещё разделяла ткань его брюк. Кейла водила носом и вдыхала шикарный аромат ванили, исходящий от этого мужчины. Она наслаждалась тем, как его волосы скользят сквозь его пальцы, одновременно делала бедрами волнообразные движения, привставая на Венае. Мужчина перевел одну из рук перед собой и дотронулся до её уже набухшего бутона плоти. Из Кейлы вырвался судорожный выдох.

   – Послушай, – Венай зашептал ей на ухо, – ты пьяна… я не хотел, чтобы это случилось так…

   Младший принц впервые в жизни пожалел, что споил женщину. Он прекрасно понимал, что такое желание не рождается из алкоголя. Скорее всего, на трезвую голову Кейлина также пошла бы на интимные отношения до свадьбы. И у него итак был перевес перед Вилладжо до сего момента. «Надеюсь, завтра, когда она придёт в себя и вспомнит сегодняшнюю ночь, она не возненавидит меня», – подумал он. Впервые в жизни он перехитрил сам себя.

   – Заткнись, – достаточно жёстко сказала девушка и стала развязывать ремень на его брюках, а губами приникла к его рту, чтобы он больше ничего не говорил. Венай всё понял, и продолжил ребром ладони водить по клитору, а затем и ниже. Ему и самому не хотелось разводить демагогию. Это была слабая попытка оправдаться перед своей совестью.

   В момент когда он почувствовал, как аккуратные пальчики Кейлы соприкасаются и сжимаются в кулак на головке его члена, кто-то очень громко прокашлялся позади, привлекая их внимание:

   – Я прошу прощения, что вмешиваюсь, – раздался сухой мужской голос.

   Венай застонал, он готов был послать к чертям кого угодно: слуг, приятелей, да хоть самого короля. Кого угодно, только не Вилладжо. Старший брат заинтересован в Кейлине сам и точно никуда не отправится. Венай выругался, вынул руки из-под платья девушки и стал застёгивать штаны. Было очевидно, что Вилладжо никуда не уйдёт. Кейлина встала с принца и, чуть пошатываясь от того, что только что сейчас между ними было, сделала несколько шагов назад.

   Вилладжо постоял вдали неполную минуту, дав время застегнуться младшему брату, а затем решительными шагами подошёл к парочке. Он его глаз не укрылось пошатывание Кейлы и вкупе с пустыми бутылками вина и опрокинутым бокалом, он сделал неправильные выводы:

   – Фу, смотреть противно, – бросил он ей, – мало того, что шлюха, так ещё и алкоголичка.

   Кейлина вспыхнула. Последнее оскорбление было крайне несправедливо в её адрес, но говорить она ничего не стала. «Пускай считает, что хочет», – решила она и вызывающе сложила руки на груди.

   – Вилли, – немного развязно сказал Венай, – ты разве не заметил, что сильно помешал нам. Ко всему думаю, очевидно, кого из нас выбрала грэтта Капарэлли.

   – Да, очевидно, – нехорошо ухмыльнулся Вилладжо, сверкнув глазами, а затем он достал из кармана знакомые Кейле вишневые чулки и порванные трусики того же цвета, – это моя невеста. Завтра на аудиенции я сообщу об этом отцу.

   Когда Кейла увидела свои чулки, в спешке забытые в коттедже Квартала Сладких Грёз, ей стало нехорошо. Она скользнула глазами по рукам принца и увидела то самое кольцо с короной, которое она увидела ещё тогда.

   – Не-е-ет, не может быть, – прошептала она, силясь понять, как же всё могло зайти так далеко.

   – Кейла, ты спала с Вилладжо? – спросил Венай, как-то странно сощурившись.

   «У него нет никаких доказательств, я была под иллюзией и в маске, это всего лишь его догадка», – лихорадочно перебирая факты стала уверять саму себя Кейла.

   – Не понимаю, о чём идёт речь, – сглотнув, ответила девушка.

   Принцы молча переглянулись.

   – Я провожу свою невесту в покои, – сказал Вилладжо и взял Кейлину под локоть.

Глава 13. Игра на желание


   Кейла молча шла во дворец, её чуть пошатывало от новости. Вилладжо сказал: «Я провожу свою невесту в покои», – а Венай даже не стал перечить. «Но как? Как он понял, что это была я? У него же не было никаких доказательств… ну да, чулки от того же комплекта, что и трусы, которые он так нагло вырвал у меня из руки в особняке Капарэлли… Но мало ли, у разных девушек бывает одинаковое бельё… Где я прокололась?». Вилладжо придерживал девушку, но при этом морщился, словно от протухшей рыбы:

   – И много у вас ещё грешков за душой? Помимо того, что подрабатываете проституцией в загородных постоялых дворах и пьёте как последняя пьяница?

   Кейлина молчала, потому что не хотела оправдываться перед Вилладжо. «Да и действительно со стороны это выглядит как-то… не особенно умно», – подумала девушка, а затем вновь мысленно вернулась к сцене в беседке. «Какого чёрта я вообще полезла на Веная?» – только и спрашивала себя Кейла, ведь только-только утолила внутренний голод. «И что вообще за магия у королевского рода?» – в который раз задалась вопросом девушка, а затем в её голове созрел план, как узнать правду.

   – Ой, да ла-адно Вам оскорблять меня, – сказала она примирительно. Сейчас ей было на руку, что грэт считал её пьяной и слегка неадекватной.

   Грэт Мартино ожидавший либо молчания, либо скандала в ответ, затих от неожиданного ответа. Они уже подходили ко дворцу, а по левую руку от них располагалось тренировочное поле. Большая, обнесённая специальным заборчиком область с коротко стриженым газоном, в дальней части которой виднелись ярко раскрашенные щиты. Кейлина воспользовалась заминкой и тут же переключила тему:

   – А что это такое? Кругляшки какие-то, – она ткнула пальцем в сторону поля.

   – Это не кругляшки, а мишени, – хмуро ответил Вилладжо, не имея желания рассказывать пьяной девушке о тренировках на поле.

   – Я хочу посмотреть! – уверенно заявила Кейла, сделав голос чуть более капризным, и повисла на локте у мужчины.

   Средний принц поморщился, но с другой стороны, и так уже поздний вечер, он ужинал, никуда не спешит, пройтись до поля можно.

   – Хорошо, – ответил Вилладжо и повёл девушку прямо к мишеням.

   Шагах в шестидесяти от мишеней они остановились. Здесь под тентом были сложены луки, арбалеты, топоры, мечи и какое-то ещё оружие. Кейлина судорожно обдумывала, как вывести Вилладжо на разговор, но тот сам его начал:

   – Это тренировочное поле. Здесь, когда у нас есть время, мы тренируемся. Для принцев владение хотя бы одним видом оружия является обязательной дисциплиной.

   – О! И чем же владеешь ты? – это был не праздный вопрос. Кейлина действительно хотела оценить шансы своей затеи.

   Уже заметно стемнело, мишени было плохо видно. Добавить ко всему порывистый ночной ветер. «Но все эти же вещи будут мешать не только мне», – возразил внутренний голос.

   – Владение мечом было моей основной дисциплиной, – сказал Вилладжо, доставая из горы тренировочного оружия неплохой меч и делая несколько взмахов по невидимому противнику, – дополнительно я учился метать топоры и стрелять из арбалета.

   «Хм, есть шанс. Арбалет – не лук. Во-первых, арбалет в среднем дальше стреляет, а если соревноваться в стрельбе из лука, то можно встать ближе к цели. Мне будет удобнее. Во-вторых, конструкция ложи, прицела и спускового механизма арбалета не требуют от стрелка особой подготовки», – Кейла вспомнила сколько раз во дворе её особняка Кайл учил, как правильно держать лук за рукоять, положить стрелу в ложе, зацепить хвост стрелы, почувствовать, когда пора отпускать тетиву. Всего этого в арбалете не было. Целиться и стрелять из последнего было существенно проще. У неё действительно был шанс переиграть Вилладжо.

   – А из лука вы стреляете? – как бы, между прочим, спросила она.

   – Редко, очень редко. А что? – спросил Вилладжо.

   Кейлина закусила нижнюю губу, раздумывая над тем, чтобы предложить принцу сыграть на желание. «Ну а что, я собственно теряю?» – в который раз попыталась утешить саму себя этим вопросом Кейлина. Сыграть на «раскройте, какой у Вас дар» она не решалась. Всё-таки, это дар королевской семьи, секрет, который знают лишь посвящённые. Играть придётся в закрытую – на желание. Не выполнить желание – не раскрыть природу дара – грэт Мартино не сможет. Это уже будет дело чести. Но вот сможет ли она выполнить любое его желание в случае проигрыша? «А это уже серьёзный вопрос», – мысленно ответила самой себе Кейлина.

   – Кейла, Вы выпили столько, что спите уже на ходу? – её за плечи тряс раздражённый принц Шерисии. И, кажется, уже не первую минуту – так глубоко в себя ушла девушка за размышлениями.

   – Ась? – Кейла очаровательно улыбнусь. – Нет, я думала.

   – О чём же, просветите? – язвительно спросил Вилладжо. «Кажется, он уже сомневается в том, что я способна вообще на мыслительные процессы. Вот и ладненько», – это придало сил Кейле.

   – О Вас, – ослепительно улыбнувшись, сказала грэтта Капарэлли и в общем-то, не соврала. Она действительно думала о том, какое желание способен загадать второй принц Шерисии.

   – Вы совершенно точно пьяны! – брезгливо заключил Вилладжо. – Когда Вы станете моей женой, я запрещу Вам употреблять алкоголь в принципе. Признавайтесь, сколько вина Вам налил прохвост Венай?

   – Не считала, – пожала плечами Кейлина. Ей было на руку, что грэт Мартино считал её пьяной. Она не знала, в чём заключается дар принца, а потому опасалась развивать эту тему. – Грэт Вилладжо, – она схватила его за руку, – мне тут пришла в голову забавная идея. – В этот момент Вилладжо посмотрел в её глаза, и она как-то особенно сильно ощутила его горячую ладонь и запах апельсина с корицей. Тряхнула головой, чтобы сбросить наваждение, и продолжила, правда голос почему-то стал хриплым. – А давайте сыграем на желание?

   – На желание? – синие глаза Вилладжо сверкнули откровенным смехом, – Вы, Грэтта Капарэлли, хотели бы сыграть со мной на желание? Я не ослышался? На чём будем состязаться? Уж не на мечах ли?

   – Давайте на том, чем Вы владеете не так виртуозно, – ответила Кейла, призывая сохранить всё своё самообладания, – ну вот… на стрельбе из лука, например?

   – Грэтта Кейлина, вы пьяны, на дворе ночь, да ещё и ветер поднялся. А ещё Вы – женщина, ни разу не стрелявшая из лука. Ваши идея глупа… – грэт Вилладжо уже не знал, какие слова подобрать, чтобы вразумить девушку. – Или это у Вас способ такой попасть ко мне в постель снова? Думаете, что после того, что я увидел – пиратов, грэта Пелигрини и моего брата, – я, выиграв, загадаю желание провести с Вами ночь? Вы ошибаетесь! Пойдёмте во дворец.

   Кейлина ощутила, благодаря своему дару, что Вилладжо разволновался. Он сказал не до конца правду. Что-то настораживало в его словах, но вот только что… «Хм, потом подумаю об этом. Сейчас надо додавить. Он сомневается, ещё немного». Второй принц Шерисии был не тем, кого можно взять «на слабо». Эта тактика отметалась сразу. А потому Кейлина выпрямилась и, глядя в глаза, сказала ровным голосом:

   – Я настаиваю, грэт Вилладжо, на стрельбе из лука на желание. Только Вы и я.

   – Ладно, – он махнул рукой. Выбирайте лук и стрелы.

   Кейла сдерживая ликование, пошла под тент выбирать оружие. Она специально не поворачивалась лицом к принцу, потому что понимала, что мимика её выдаст. «Ветер поднялся, надо стрелы с тяжелыми наконечниками брать», – мысленно говорила она самой себе. Лук она выбрала легко. Будучи невысокой девушкой с небольшим весом, Кейла взяла лук для подростков. Именно на таком она и тренировалась в своё время в особняке Капарэлли.

   – Сколько выстрелов? – крикнула она Вилладжо. Он выбирал лук помощнее с другой стороны деревянной стены, на которой было закреплено оружие.

   – Пять выстрелов, – донесся ответ.

   «Ага» – подумала она. Перед ней лежали стрелы, несколько охотничьих: три с тяжелыми трёхлезвийными наконечниками, восемь стрел – с двухлезвийными, а остальные тренировочные имели лёгкие наконечники.

   – Я беру вот этот, – сказал Вилладжо, выходя из-за стены. Он выбрал сложносоставной ассиметричный лук. Кейлина хмыкнула. Если бы грэт выбирал арбалет, то массивная конструкция скорее всего помогла бы ему прицелиться точнее, так как в арбалетах часть работы за человека делало само оружие. Начинающему стрелку из лука лучше было бы выбрать что-то попроще. Так как Вилладжо явно больше хотел произвести впечатление на Кейлину и понятия не имел о том, что боковые стабилизаторы в этом оружии были не сбалансированы. Но девушке это было только на руку.

   Кейла, мило улыбнувшись, сказала:

   – А мне вот этот цветом понравился, – стрелы она взяла не глядя, потому что помнила расположение, вытащив из кучи стрел пять одинаковых двулезвийных. Ещё три она как бы случайно смахнула на землю, рассматривая лук Вилладжо.

   – Какой у Вас большой, – она двусмысленно подмигнула ему, положив руку на оружие грэта.

   Этот непрозрачный намёк настолько выбил Вилладжо из колеи, что он вообще забыл о выборе стрел и взял то, что было ближе к нему. Расчёт Кейлы был прост. Ей было невыгодно давать принцу время на то, чтобы пристреливаться. «Пускай я возьму пять двулезвийных, зато одинаковых по аэродинамическим свойствам», – решила она, – «Принц не удержится, возьмет три тяжёлых, а вот с оставшимися двумя лёгкими в цель не попадёт без пристреливания и на таком ветру».

   – Пристреливаться будем? – задал вполне логичный вопрос грэт Мартино, отмеревший от наглости девушки.

   – Нет, я скоро замёрзну, если здесь торчать будем. Пойдёмте, – и, не давая опомниться, она подошла на то расстояние, с которого привыкла стрелять.

   – Кто первый? – уточнил Вилладжо.

   – Прошу, продемонстрируйте слабой даме, как надо правильно держать оружие, – её сладкий голос прозвучал максимально кокетливо, а вот выражения лица в блёклом освещении магических искр по периметру поля не было видно.

   Вилладжо распрямил плечи, подобрался и показательно взял лук, и первую тяжёлую стрелу. Почти не целясь, положил её в ложе и, натянув тетиву, опустил. Стрела попала в мишень, но в один из крайних кругов. «Всё-таки все мужчины в душе – немного самоуверенные павлины», – неожиданно пришла в голову мысль Кейле. Но она постаралась не улыбаться так откровенно.

   Кейла молча взяла лук в руки, расслабилась, глубоко вдохнула, вспомнила, как её учил стрелять братишка и попала во второй круг.

   – Неплохо, новичкам везёт, – оценил Вилладжо точность попадания и тут же второй стрелой попал в этот же второй круг, но чуть-чуть ближе к центру.

   Кейлина так же молча взяла вторую стрелу и попала теперь уже в первый круг – яблочко.

   – Ого! – отреагировал Вилладжо, не ожидавший вообще попадания по мишени со стороны девушки.

   Он долго целился, напрягся, вжик – и третья стрела тоже в яблочко. Но дальше-то Кейлина знала, что у неё стрелы хоть и менее тяжёлые, но все одинаковые. Она будет целиться и делать поправку на ветер ту же. Четвертую и пятую стрелу Кейлина всадила в яблочко с разницей в долю секунды. Ей не хотелось тянуть дракона за хвост.

   Вилладжо же понял, что даже если обе стрелы всадит в самый центр, то из-за первой стрелы, пущенной, чтобы покрасоваться перед дамой, он проиграл. Он сейчас злился сам на себя, но тем не менее, достал четвертую стрелу, положил на тетиву, натянул, вжик – и она вонзилась в пятый круг.

   – Что за…? – ругнулся грэт, а затем достал пятую стрелу и рассмотрел её. Понял, что она из другого комплекта и чертыхнулся.

   Натянул тетиву. Да, он уже проиграл, они знали это оба. Но попасть в цель последней стрелой было делом чести. И с чего он взял, что грэтта Кейлина не умеет стрелять? «Да потому что я ещё не встречал ни одной грэтты, которая умеет стрелять из лука», – ответил он сам себе с глухим рычанием.

   – О чём думаете, грэт Вилладжо? – спросила эта чертовка, подходя сзади и кладя руку на низ его спины. Очень двусмысленное касание. Она сейчас его гладила, а он пытался сосредоточиться и попасть лёгкой стрелой в мишень среди ночи.

   – Я думаю, что Вы не были пьяны, – прошипел Вилладжо сквозь зубы.

   Девушка прильнула грудью к его спине. Она обняла его одной рукой, огладила живот, а потом стала спускаться всё ниже и ниже. И принц ничего с этим не мог сделать, потому что целился и выжидал, когда ветер поутихнет. Горячая ладонь девушки скользнула ниже пряжки ремня:

   – А я думаю о том, что сводит меня с ума, – её шёпот на ухо породил судорогу в пальцах, – о том, от чего у меня текут слюнки, о большом, горячем…

   Вжик. Пятая стрела попала в яблочко.

   – Пирожке с мясом, – закончила довольная Кейлина. Выглядело со стороны так, что она подразнила принца. На деле же, глядя на подтянутую фигуру мужчины, ей вдруг захотелось притронуться к нему, но так, чтобы он не понял этого её желания.

   Вилладжо развернулся и хмуро посмотрел на девушку:

   – Я внимательно слушаю. Каково же будет твоё желание? – до этой секунды он и мысли не допускал, что его сможет обыграть в стрельбе из лука женщина. Сейчас же с напряжением ожидал ответа. Чего может пожелать Кейлина от принца Шерисии? «Да всего чего угодно. Но ей не нужны ни земли, ни титул, ни деньги… Ради чего всё это было затеяно? Принятие какого-нибудь закона? Влияние на внешнюю политику?» А то, что грэтта затеяла это всё специально, у него не было сомнений.

   – Я хочу знать, в чём состоит дар королевского рода, – серьёзно сказала девушка, направляясь к мишеням, чтобы собирать свои стрелы.

   Вилладжо помедлил, но пошёл также в конец поля, чтобы убраться после стрельбы. Обычно это делали слуги, но ввиду опустившейся ночи их не было. «Королевский дар – это секрет; с другой стороны, это желание выполнить гораздо проще, чем, скажем, подписать какой-нибудь договор, да и девушка войдёт вот-вот в узкий круг, а соответственно, всё равно узнает…», – размышлял Вилладжо про себя.

   – Магия королевского рода заключается в способности отзеркаливать чужую магию, – чётко сказал принц.

   – Прости, что? – рука девушки, выдергивающей древко из мишени, дрогнула.

   – В присутствии другого мага любой член из королевского рода начинает обладать его магией. Разумеется, всё зависит от множества параметров: чем сильнее маг, тем больше дар и у принца или короля. Чем дольше находится маг рядом со мной или больше контакт, тем лучше управляюсь с его магией…

   Кейлина стояла как громом поражённая. Вот оно! Вот почему её так тянула к обоим принцам. Это же просто-напросто её собственная отражённая магия нимфы. Она задыхалась от осознания этого. «Какая же я дура! Дура!» Вилладжо, неправильно поняв реакцию девушки, а потому извиняющимся тоном продолжил:

   – Я точно не знал, ты ли это была в «Сладких Грёзах», а потому решил проверить. Ты стала врать, что не понимаешь, о чём идёт речь, и я, и Венай это поняли. Ты сама тем самым подтвердила, что это была ты.

   – А почему же ты не понял, что я не была пьяна? – растерянно спросила Кейла, она всё ещё не могла поверить во всё, что сказал Вилладжо.

   – Моя ошибка, – мужчина провел рукой по встрёпанным волосам, – я был в этом уверен и не задавал никаких вопросов. А ты не подтверждала и не отрицала этого факта.

   – Вот истинная причина, почему король хочет, чтобы я вышла замуж за тебя или Веная? – новое открытие неприятно ударило по самолюбию Кейлины. Она знала, что является наследницей богатого рода, и многие захотели бы породниться с Капарэлли из-за большого состояния. Но сейчас, услышав, что на самом деле они просто хотят использовать её дар, на душе стало особенно мерзко.

   – Да, – Вилладжо уже выдернул все древки и бросил все стрелы на стол под тентом. – Спустя пару лет после того, как ты станешь моей женой, я смогу впитать твою магию, и мне даже необязательно будет твоё присутствие рядом, чтобы понять, лжёт человек или нет. Для политика и управленца государством это самый лучший подарок, о котором только можно мечтать. Я смогу вести переговоры и заранее знать, хотят меня обмануть или нет, что на самом деле замыслили соседи, предан ли мне грэт… – брюнет воодушевлённо рассказывал о том, какие возможности открываются перед ним.

   А Кейлина шла рядом, настолько шокированная и оглушённая, что не знала, как на всё это реагировать. Где-то внутри рождалось гадкое ощущение, что её просто использовали. В носу начинало подозрительно щипать. И её собственная магия нимфы здесь тоже сыграла злую шутку. Если бы её не тянуло к принцам на физическом уровне из-за отражённой магии, то она бы и близко не подошла бы к ним. «Повезло ещё, что крови истинно рождённой нимфы во мне немного, а то бы уже давно снесло бы крышу от этих двоих», – хмыкнула она про себя.

   Кейла посмотрела на спутника, пытаясь понять, что в нём её привлекало до сих пор. Да, хорошая внешность, приятные черты лица, яркие синие глаза, подтянутая фигура, но снобизм, ханжество… Он обозвал её шлюхой, хотя у самого любовниц столько, что о них весь королевский двор гудит. Двойные стандарты, самоуверенность, игра без правил. Венай хотя бы попытался сделать вид, что ухаживает за ней. А Вилладжо просто бросил бельё ей в лицо и сказал, что раз интим был, значит, она его невеста. Он даже не знал наверняка, она ли это была в том коттедже. «Идиотка!» – мысленно простонала Кейлина, вспомнив, что было в том злополучном доме. «А ведь предупреждал же меня Кайл, чтобы не наломала дров, как в воду глядел», – ругала она саму себя.

   – С твоей магией ничего не случится, – вновь неправильно её понял принц, увидевший странную смесь чувств на лице спутницы. Он попытался придержать её за локоть, когда они поднимались по ступенькам дворца. Кейла мгновенно выдернула руку:

   – Не трогай меня! – произнесла она резче, чем думала. Спрятать эмоции не получалось. Кейла поняла, что вот-вот расплачется от несправедливости, а потому бросилась бегом в сторону своих покоев. И ей было всё равно, что грэтте не пристало бегать по коридорам. Она не помнила, когда последний раз вообще плакала. Но сейчас сил не осталось на то, чтобы выслушивать второго принца, хотелось просто побыть одной.

Глава 14. Дворцовые интриги


   В свою комнату Кейлина забегала, будучи вся в слезах.

   – Кто обидел мою хозяйку? – встревоженно спросил Шесси.

   – Да никто не обидел, – ответила зверьку Кейлина. – Хозяйка у тебя просто полная дура. И всё тут.

   И на этих словах вторая волна слёз хлынула потоком. Слово за слово Шесси смог вытянуть из Кейлы правду. Да и не боялась девушка во всём признаться хорьку, а выговориться кому-то надо было.

   – Выходит, твой отец специально познакомил тебя с принцами и рассчитывал, что тебе понравится кто-то благодаря отражённой магии нимфы, и ты будешь счастлива в браке, а также будешь управлять государством, – задумчиво заметил Шесси.

   –Что? Почему? – Кейла вообще забыла про Томаса.

   – Ты же сама сказала, что он правая рука короля. Он не мог не знать о даре королевской крови, – Шесси оказался очень проницательным и сообразительным.

   В этот момент Кейлина почувствовала себя ещё и преданной. Правда непонятно было, знала ли обо всём Алиса. Наверное, нет. Но легче от этого не стало.

   – Надоело мне, что все кому не лень, распоряжаются мной, – вытирая слёзы тыльной стороной руки, сказала девушка.

   – Ты что удумала? – забеспокоился Шесси, почувствовавший изменения в настроении хозяйки.

   – Скоро узнаешь, – ответила Кейлин, развязывая шнурок с монеткой на шее. Затем она налила в стакан воды из-под крана и положила туда монетку. В этот момент в дверь постучали.

   Кейла аж подпрыгнула на месте. Стояла глубокая ночь, а потому она не ожидала гостей. Да и не думала, что монетка сработает так быстро.

   – Да? – спросила она, ещё не раздевшись.

   Это оказался Кайл.

   – Фух, вот ты где, Синяя борода. Хорошо, что ты в покоях, – по внешнему виду Кайла было понятно, что он обеспокоен, – я почувствовал, то тебе плохо, ещё час назад, но тебя не было в покоях. Ты как? У тебя всё в порядке?

   «Вот единственный член семьи, который всегда понимал меня без слов» – подумала Кейла.

   «Не рассказывай», – посоветовал Шесси, который уже забрался на двуспальную кровать и утрамбовывал себе место на покрывале для сна.

   «Почему?» – также мысленно спросила Кейла.

   «Во-первых, я хочу спать, – недовольно проворчал хорёк, – а твой рассказ займёт ещё добрых полчаса, а то и час, а во-вторых, это Кайла не касается, твоей жизни не угрожает, решение проблемы ты уже придумала, кажется, с помощью вон той старинной монетки».

   Кейла мысленно согласилась с Шесси.

   – Ну? – спросил Кайл, всё ещё стоя на пороге комнаты. – Кто тебя обидел? Кому влетит?

   Девушка улыбнулась. Брат никогда не давал её в обиду:

   – Да я сама глупая, – сказала она. – Не надо ни с кем выяснять отношения.

   – Раз так, – брюнет в дверях несколько растерялся, – я тогда пойду?

   – Постой, – Кейла его окликнула.

   – Синяя борода, ты в курсе, что по ночам люди спят? – как будто с недовольством сказал Кайл, но в глазах отражался живейший интерес.

   – Ты мне задолжал один «не задавай вопросов», – начала девушка, но грэт Капарэлли-младший её не перебивал. – Будет некрасиво, если я покину дворец… Не мог бы ты с утра пораньше сгонять на Главный Магический Рынок Алишера? Вот колье, – Кейла покопалась в чемодане и выудила бриллиантовое колье, подарок среднего принца, – продай его или обменяй. Мне необходимо как можно больше артефактов иллюзий мужского пола, разнообразных.

   Кайл пристально посмотрел на сестру, затем медленно кивнул и, не задавая вопросов, взял ожерелье. Дверь глухо скрипнула после его ухода. Кейлина закусила губу. Она сама не знала, как именно реализует задуманное, но пообещала себе, что справится.

   «А теперь можно спать», – объявила наследница рода Капарэлли.

   ***

   Кайл проснулся рано утром на тёплом полу балкона особняка Капарэлли. Он всегда просыпался внезапно, это утро не стало исключением. Стремительными, но тихими движениям, чтобы не разбудить сестру, он поднялся и отправился в свой кабинет. Ещё накануне Кайл попросил у Эрика волшебную пыль, чтобы адресовать письмо королю лично в руки. Немного задумавшись над письмом, Кайл быстро набросал:

   «Ваше Величество, король Валериан Тунийский! Прошу рассмотреть мою кандидатуру в качестве кандидата в дипломаты на территории Норингии. Я уже смог развить наследственный дар до той степени, что распознаю иллюзии. Предполагаю, что ввиду сложной внутриполической обстановки в этой стране, мои услуги для Шерисии были бы неоценимы. Грэт Кайл Капарэлли».

   Сложил письмо в аккуратный конверт, налил сверху каплю сургуча и приложил своё кольцо с силуэтом красивой буквы «К», чтобы получился отпечаток. Далее присыпал волшебной крошкой, и письмо упорхнуло в настежь открытое окно.

   Кайл решил самостоятельно написать королю Валериану. Во-первых, он был представлен ему Томасом ещё несколько лет назад, это давало ему право обратиться с личной просьбой, а во-вторых, Кайл рассудил, что это его выбор – поехать в другую страну, находящуюся в состоянии войны оборотнями, а соответственно, ему и необходимо заявить об этом решении.

   Ответ от короля пришёл достаточно быстро. В окно влетело письмо на толстой рельефной бумаге с золотым тиснением. Кайл простёр руку над письмом, и оно, распознав адресата, юркнуло ему в руку, как домашний питомец.

   «Уважаемый грэт Кайл Капарэлли, я безмерно удивлён, что Вы сами решили написать мне с просьбой о включении Вашей персоны в посольство на территории Норингии. Ваш батюшка грэт Томас Капарэлли оказывал мне не раз услуги, за которые я готов отблагодарить удовлетворением любой его просьбы. Тем приятнее мне было получить письмо лично от Вас. Шерисия многое потеряет, если Вы покинете её пределы. Предлагаю Вам завтра днём прийти на аудиенцию для решения данного вопроса».

   После ответа Кайл перевёл дыхание. Это не означало «нет», но и до «да» тоже было далеко. После переписки грэт Капарэлли-младший, потратил несколько часов на привычные упражнения, для развития своего дара. Позвал слугу и просил его взять в руку то меч, то кольчугу иллюзий, а сам всматривался сквозь магическую оболочку. Когда Кайл узнавал истинный облик слуги, просил поменять артефакт. Почувствовав усталость и перенапряжение, наследник рода Капарэлли спустился на кухню, где встретился с Эриком. Как оказалось, грэт Рунальд остался в особняке на ночь по приглашению Алисы. Не то за завтраком, не то за обедом, доедая остатки от вчерашнего празднества, они обсудили последние усовершенствование воздушного шара. Кейлина вошла на кухню как раз в тот момент, когда Эрик рассуждал о теоретической возможности передвижения по дорогам без использования лошадей.

   Минутой позже Кейлина продемонстрировала умение общаться с животными, что немало удивило Кайла. До сих пор из всех его друзей таким даром обладал лишь Теодор. Чуть позже выяснилось, что у Кейлы артефактное кольцо. «Ох, Тео, кажется, я понял, почему ты стремишься уехать подальше из Шерисии» – подумал про себя Кайл, но говорить Кейле ничего не стал.

   – Кстати, – он встрепенулся, – Синяя борода, ты уже собрала вещи? У меня назначена аудиенция у короля на завтра, а во дворец я приглашён сегодня же, так что предлагаю поехать на твоей карете. Ты не против?

   Кайл знал, что за показным недовольством его сестра рада этому прозвищу, которое он ей дал после того, как она покрасила волосы в синий цвет. Вот и сейчас, совершенно не обижаясь на обращение, Кейлина тепло улыбнулась ему: чего доела свой обедозавтрак и вышла из кухни.

   – Эрик, слушай, а если можно сбрасывать в артефакт всю свою магию, по идее, можно сбрасывать и её остатки? Неизрасходованную часть, скажем, вечером перед сном? – поинтересовался он у учёного.

   – Хмм-м… – промычал что-то про себя грэт Рунальд, – то, как ты ставишь вопрос… по идее можно. Просто до сих пор все подходили с позиции «зарядить артефакт магией» и, таким образом, вкладывали часть магии или всю магию, которую имели на данный момент. Ты же подходишь с позиции «опустошить резерв мага». Под таким углом никто не смотрел на артефакты. Теоретически такое возможно. Но практически, я не слышал, чтобы их так использовали.

   – Но это же не опасно? Опустошить весь свой резерв, но на то время, пока маг спит, – напирал Кайл на уточнения.

   – Тут даже есть два пути развития событий, – Эрик задумался, – если именно сбрасывать остатки магии, но не опустошать себя, то организм решит, что ему не хватает магии, и со временем будет генерировать её всё больше и больше.

   – В смысле? – не понял Кайл.

   – Например, ребёнка вначале учат отжиматься, когда он подрастает – подтягиваться, подростку дают вначале деревянный меч, затем меч заменяют на металлический, а со временем мужчина, умеющий хорошо владеть мечом, может даже взяться за двуручный или за два меча разом. То есть в течение жизни нагрузки мало-помалу увеличиваются, тем самым заставляя организм подстраиваться под нужды человека, мышцы становятся сильнее.

   – Хм… то есть если сбрасывать по чуть-чуть магии в артефакт, то резерв магии возрастёт? – уточнил Кайл.

   – Да, всё так, – подтвердил Эрик. – Но в то же время есть опасность не рассчитать и сбросить слишком много магии, именно опустошить резерв, как ты выразился ранее. Это как мальчику, не умеющему даже подтягиваться, сразу дать и кольчугу, и тяжеленный меч. Он просто надорвётся. Нужно хорошо понимать, где находится «абсолютный ноль» твоей магии и не уходить в минус.

   – Ясно… – Кайл почесал голову, раздумывая над словами Эрика, – а с кольцом, что у Кейлины. Как его создали?

   – Маг рисковал, но не так сильно, как в случае, если бы пользовался сколько-то своей магией, а остатки сбрасывал в артефакт, – уверенно произнес Эрик. – Маг, создавший то кольцо, прекрасно знал размеры своего резерва и сбрасывал в него ровно столько магии, сколько мог себе позволить и при этом не надорваться. Возможно поэтому то, что предлагаешь ты, никто не пробовал. Опасно переборщить и выжечь себя полностью. Очень опасно.

   В этот момент Кайл почувствовал что-то странное. Через несколько секунд понял, что это эмоции Кейлы, она уже заждалась его в конюшне, слишком отчётливо ощущалось нетерпение. Грэт Капарэлли-младший поблагодарил друга семьи за интересные знания и поспешил к карете, прокручивая в голове изыскания Эрика. Ему действительно стало любопытно, сможет ли он создать мощный артефакт, сбрасывая лишь остатки силы.

   ***

   Кайл собирался зайти в покои старшего принца Вильяма с целью поздороваться и расспросить про предстоящие переговоры с пиратами. Он не знал, кто именно, Вильям или Вилладжо, занимается этим делом, но так как с наследным принцем общался уже не раз по делам, решил обратиться с вопросом именно к нему. Идя по дороге в нужное крыло, Кайл был настолько погружён в собственные размышления, что вынырнул только тогда, когда услышал громкие голоса. Он бы прошёл мимо и дальше, но резкость тона, на его взгляд, была недопустимая, чтобы общаться с кем бы то ни было:

   – Ты неуклюжая глупая курица! Стоимость фарфора с позолотой вычтут из твоего жалования, в наказание за неаккуратность на месяц будешь переведена в поломойки, и скажи спасибо, что не уволена! – раздался резкий мужской голос.

   – Но мисье Торн, я не виновата, здесь было разлито масло, – еле слышно прошелестел женский голос.

   – Масло, как же! Хорошо придумала, теперь, когда поднос перевёрнут и вся еда на полу, конечно же можно выдумать, что здесь было разлито масло, – перебил её мисье Торн.

   Кайл прислушался к разговору и понял, что голоса принадлежат управляющему дворцом и служанке. По всей видимости, последняя уронила поднос с едой на пол, и сейчас её отчитывал управляющий. И всё бы хорошо, Кайл уже собрался пройти мимо, как отчётливо услышал тихие женские всхлипы. И просто не смог не остановиться. Шаги мужчины давно стихли, было понятно, что за углом служанка сидит на корточках и собирает осколки. Кайл вышел из-за угла и подошёл к девушке, которая, ничего не замечая, складывала куски фарфора на поднос. Неожиданно она резко отдёрнула руку с тихим «Ай!» и сунула палец в рот.

   – Аккуратнее, – Кайл присел рядом и протянул руку, чтобы посмотреть насколько сильно порезалась служанка.

   – Что вы, грэт, не стоит беспокоиться, я сейчас всё уберу, – она засуетилась, отводя глаза. Неприлично девушке из третьего сословия смотреть в глаза грэту.

   – Дай сюда руку, – чуть поморщившись, сказал Кайл.

   Служанка протянула руку ладонью верх, и грэт Капарэлли увидел длинный надрез на безымянном пальце, простирающийся от подушечки на все три фаланги. Алая кровь обильно сочилась из пальца. А присмотревшись повнимательнее, он увидел в ране блеск стекла. Действуя по памяти, как говорил его старый учитель по врачеванию, Кайл поднёс пальчик девушки ко рту и мягко обхватил его губами, высасывая и захватывая зубами осколок.

   – О! – глаза служанки округлились. Она неприлично для девушки из третьего сословия уставилась на мужчину напротив, раззявив рот. Затем поняла, что он делает, но отчего-то сильно покраснела, дыхание её участилось, и служанка уставилась в пол.

   Кайл весело усмехнулся. Он привык, что девушки в его обществе реагируют очень ярко, но такого румянца смущения и робости он давно не видел. Он медленно отвёл её руку в сторону, наслаждаясь тем, что девушка задержала дыхание и не смеет поднять на него взгляд. Затем свободной рукой достал платок из кармана и перевязал рану девушки.

   – Как тебя зовут? – спросил он, осматривая пол, заваленный осколками от тарелок, гречневой кашей, супом и компотом.

   – С-с-с-с, – девушка сглотнула, всё также не поднимая взгляда на него, – Сессилия. Спасибо.

   – И что же тут произошло, Сессилия? – продолжая улыбаться поведению, явно опасавшейся его служанки, спросил Кайл.

   Девушка впервые подняла на него свои огромные серые глаза и испуганно посмотрела на него:

   – Что Вы, Ваша светлость, я сама виновата, я ни на что не жалуюсь. Пожалуйста, не стоит тратить на меня своё время, – вдруг затараторила она.

   «Неужели я такой страшный?» – весело усмехнулся про себя Кайл. А потом вспомнил, какие слухи ходят про грэта Капарэлли-старшего по всей Шерисии. «Да если я хотя бы на одну десятую был таким, каким по слухам является мой отец, то поведение служанки весьма оправданно». Но тут гудение в висках вдруг настойчиво вернуло его к реальности. «Она врёт!» – подсказывал дар по крови. Кайл нахмурился.

   – Повтори ещё раз, – попросил он.

   – Не стоит тратить на меня своё время, грэт, – посеревшая лицом Сессилия уже проклинала себя за разбитые тарелки.

   – Нет, не это, – Кайл сделал движение рукой в воздухе, давая понять, что его интересуют слова до этого.

   – Я сама виновата, – ещё тише произнесла Сессилия.

   «Вот оно! Она не виновата» – понял Кайл.

   – Так! А теперь изложи мне, пожалуйста, ту версию, что ты рассказала мисье Торну.

   Сессилия тяжело выдохнула явно с мыслями, что сегодня не её день:

   – Я шла с обедом к младшему принцу, когда почувствовала, что ногу повело, и я скольжу. Вот это масло, – она показала на одну из лужиц на полу, – было здесь до меня. Это не из каши, – на этих словах Кайл внимательно осмотрел гречневую кашу. – Кто-то разлил здесь масло до меня. И я поскользнулась на нём. Возможно, кто-то случайно нес масло на кухню…

   «Масло разлито растительное, а каша смазана сливочным. Вдобавок Сессилия говорит правду, что лужа была здесь до неё. Сомнительно, что кто-то разлил здесь масло случайно, уж больно идеальное место: слуги здесь ходят редко, судя по тому, что до сих пор никто не прошёл мимо».

   – Вы несли обед грэту Венаю, – перебил её Кайл.

   – Да, всё так.

   – А далеко ли отсюда до его кабинета? – задал следующий вопрос Кайл.

   – Нет, тут всего ничего осталось. Это специальный короткий путь, чтобы носить еду в его крыло из кухни, и она не успевала остывать.

   «Так и есть. Эта лужа масла была приготовлена именно для того, чтобы тот, кто нёс еду Венаю, здесь поскользнулся».

   – А вы всегда носите еду принцу? – это был принципиальный вопрос. «Если пищу доставляют разные слуги, то дело в самой еде и подносе, а если обед приносит Сессилия, то это значит, что лужа заготавливалась для неё лично».

   – Раньше носили те, кто был в это время свободен на кухне. Но пару месяцев назад грэт Венай заявил, что ему некомфортно видеть разные лица в своих покоях, и он хочет, чтобы абсолютно всё приносила ему я, – ответила Сессилия, глядя честными глазами на Кайла.

   «Святая простота», – мысленно простонал Кайл. Он уже догадывался, в чём дело. А вот Сессилию следующий вопрос застал врасплох.

   – Встань, пожалуйста, и сними этот жуткий головной убор и передник, – скомандовал Кайл.

   – Я не понимаю, – растерянно начала говорить служанка.

   – Пожалуйста, сделай то, что я прошу, – закрыв глаза и призывая всё своё терпение, повторил Кайл.

   Девушка, помедлив, встала и, придерживая платок, пропитавшийся кровью, сняла с себя чепчик. Для этого пришлось вынуть часть шпилек из головы. Толстая русая коса упала на плечо. А после того, как девушка сняла передник, платье служанки обрисовало пышную грудь. Сессилия оказалась очень симпатичной девушкой с приятными чертами лица и тонкой талией.

   «Ясно, что любвеобильный Венай положил глаз на служанку. Её замкнутость и робость лишь подогрели интерес принца, привыкшего к легкодоступным женщинам, вот он и придумал эту идиотскую причину, почему именно она должна приносить ему еду. – рассуждал про себя Кайл, – Очевидно, что последняя любовница Веная заревновала и устроила эту гадость с масляной лужей, решив дискредитировать соперницу или хотя бы временно вывести её из строя. Ввиду ступенек рядом, просто чудо, что Сессилия не сломала ногу или не расшибла себе голову».

   Кайл решил перепроверить свою теорию:

   – Сессилия, скажите, а есть ли кто-то во дворце, желающий Вам увольнения?

   – Нет, – она озадаченно пожала плечами, – зачем это кому-то? Я никому дорогу не переходила, работаю себе помощницей повара на кухне и еду ношу для принца. Вот и все мои обязанности, – затем посмотрела на Кайла, широко распахнув свои удивлённые серые глаза. – А Вы полагаете, что кто-то специально разлил здесь масло?

   Кайл за всё время чувствовал, что служанка не соврала ни разу. Искренняя наивность и честность девушки подкупали. Послышались шаги за углом, затем появился мисье Торн.

   – Сессилия, сколько можно тебя ждать? Принц так и не получил свой обед. Когда ты всё здесь уберёшь, когда русалка на шпагат сядет? О, простите, грэт Капарэлли, – управляющий только сейчас заметил, кто стоит рядом с провинившейся девушкой, и низко поклонился. Знать всех обитателей дворца входило в его обязанности, – за беспорядок, служанка сейчас же всё уберёт, – и он стрельнул глазами в сторону Сессилии.

   Служанка побледнела и присела, чтобы продолжить уборку, однако Кайл сделал мах рукой, останавливая её.

   – Мисье Торн, как Вам известно, я являюсь помощником королевского инспектора. Сессилия поведала мне, что здесь было разлито масло. Я предполагаю, что кому-то было выгодно, чтобы обед принцу доставили позже или же заминка могла произойти с целью подбросить яд в пищу принца, – Кайл специально озвучил эту мысль, чтобы дать понять мисье Торну насколько серьёзна данная ситуация.

Конец ознакомительного фрагмента.

   Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

   Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.

   Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.