Под южные льды

Прошло не так много времени после сражений Второй мировой войны. Но не все уголки нашей планеты объяло мирное и беззаботное небо, и четверо боевых друзей отправляются на другой ее конец, покрытый льдом и вечным холодом. А ведёт их туда некая тайна, которая после одного загадочного происшествия у её далёких берегов лишила покоя и сна их безумные головы…Содержит нецензурную брань.
Издательство:
SelfPub
Год издания:
2019
Содержание:

Под южные льды

   Когда большие корабли

   Бортами маются об рифы,

   Разбив достоинства свои

   Средь хладнокровных серых скал,

   Богов неведомых умы

   Из-под небес рождают мифы

   От непристойной кутерьмы

   И неизведанных начал.


   Нам лишь гипотеза дана,

   Как песнь забытой Атлантиды,

   Что обречённостью полна

   И тайн, что в вечности хранит;

   Собой развеивает сны,

   И белый берег Антарктиды,

   Вселив загадочность войны

   Под ледяной её гранит.

Часть первая. Невидимый берег

Эпизод первый

   01

   Воды безветренная гладь

   Просторы стелет бесконечно

   И млеет как-то скоротечно,

   Что уж, попробуй с ней поладь!

   Под корабельною кормою,

   Ведя беседы меж собою,

   Куски расколотого льда

   Всё проплывают молчаливо

   Лучам ослабленным на диво

   Из ниоткуда в никуда.

   Но взору очень уж близки

   Те белоснежные куски.


   02

   Слегка рябящимся волнам

   Спокойный лёд чего-то шепчет,

   Хотя от этого нелегче

   Пустым глазам ни тут, ни там.

   Вода бредёт полупрозрачно,

   Хотя и выглядит невзрачно

   Под назидание своё;

   Как и простор, она бескрайна,

   И где-то маленькая тайна

   Живёт в молчании её.

   И белоснежная печаль

   Уносит эту тайну вдаль.


   03

   Под Солнцем жёлтеньким блестя

   Всей металлической обшивкой,

   И прочной клёпанной обивкой

   Мельчится корпус корабля.

   То небольшое было судно,

   Хотя и шло совсем нескудно,

   Ледышки крупные разбив

   Почти беззвучно под собою,

   Волнами лизанной, кормою

   Под антарктический пролив.

   Лишь над кормой не в первый сорт

   Поцокан был высокий борт.


   04

   На верхней палубе стоял

   Там человек в одежде плотной

   И в той рутине беззаботной

   Плечами тихо пожимал.

   Стоял радушно и безмолвно,

   Искал вдали чего-то словно

   Усталым взглядом он своим;

   И, как на масляной картине,

   В такой же ветреной рутине

   Стоял товарищ рядом с ним.

   За ними ж лился над кормой

   Пейзаж небесно-голубой.

   Масленая масляная

   05

   Длиннющий плащ его назад

   Слегка развеялся по ветру,

   Когда был каждому он метру,

   Что промелькнул, как будто рад.

   В непеременчивом застое

   Стояло всё, и на обоих

   Одежда белая была,

   Что средь дневного перелива

   Вполне простого позитива

   Им хоть немного придала.

   Ведь развивал их путь вовсю

   Такую вычурность свою.


   06

   Приятней было бы вдвойне,

   Коль путешествию в награду

   Хоть что-нибудь предстало взгляду

   В обледеневшей стороне.

   Но ничего не изменялось –

   Не пронеслось, не приближалось,

   Не отдалялось всё вокруг;

   Лишь в эту долгую минуту

   Покинул скучную каюту

   Их бледноватый третий друг

   И подошёл тихонько к ним

   С удалым взглядом непростым.


   07

   Руками белыми протёр

   Глаза, опухшие спросонья,

   И произнёс без сквернословья,

   Взглянув украдкой на простор:

   «Ещё светло. Серёга, Вилли,

   Давно уже мы проходили

   Отметку, что южней всего?!

   Ведь, коль взглянуть по нашей карте,

   Тот остров будет на закате;

   А нам бы вмиг проплыть его…».

   Взглянул внимательно на путь

   И призадумался чуть-чуть.


   08

   «Проснулся, брат?!» – сказал Сергей,

   «Как самочувствие?!» – добавив,

   Слова улыбкой подразбавив,

   Чтоб стало другу веселей.

   Но тот без видимой улыбки

   Ему в ответ: «Уж больно зыбки

   Здесь белоснежные деньки…».

   Вздохнул потом, добавив хмуро:

   «Кажись, прошла температура,

   Но всё ж сжимаются виски.

   И голова ещё болит;

   Ну, а таблетками я сыт».


   09

   И гробовая тишина

   Зависла вновь на полминуты;

   Стоял их друг, слегка надутый

   Всё от болезненного сна.

   «Ну, коль болит, какого чёрта

   Ты встал столбом тут возле борта,

   Как корабельщик между мин.

   Лежать же надо, отсыпаясь…» -

   Сказал второй, не отрываясь

   От надоедливых картин.

   И даже в сторону его

   Не глянул вовсе оттого.


   10

   «Зачем товарищу грубишь

   Так безалаберно ты, Вилли?!

   Мы все немного приуныли,

   Устав смотреть на эту тишь» -

   Сказал Сергей и обернулся

   К тому: «В каюту б ты вернулся

   И впрямь, Володь. Да, и приляг!

   Не злись на Вилли же, дружище;

   Он сам не ведает, что свищет…

   Он хоть и груб, но нам не враг.

   Сходи, Володя, полежи

   И головою не кружи».


   11

   «Эх, да! Возможно, ты и прав!

   Здоровье уж немолодое,

   И вовсе тут оно не стоит

   Таких геройских вот забав.

   Бошка совсем гулять не хочет;

   Пойду, прилягу на чуточек,

   Чтоб накопить побольше сил.

   О, кстати, Джонни сигарету

   Тут прихватить отсюда где-то

   Уж заодно меня просил» -

   Владимир выдал им в ответ,

   Слегка улыбку дав на свет.


   12

   Воскликнул Вилли: «Вот, слюнтяй!

   Не может сам сюда подняться,

   Чтоб покурить…». Сергей вмешаться

   Решил: «Да ладно, Вилли, дай!».

   Товарищ глянул как-то строго

   И из кармана бокового

   Своею вытащил рукой

   Большую начатую жвачку

   И сигарет сырую пачку,

   Проговорив: «Да, чёрт с тобой!

   Держи! Выкуривает всю

   Пусть до конца, пока даю».


   13

   «Ого, наш Вилли подобрел

   Вдруг так внезапно отчего-то» -

   Серёга как-то неохота

   Сказал как будто бы пропел.

   На что сосед с немого взгляда

   В ответ ему: «Не жалко яда

   От всей души мне для него».

   Чуть под собою приподнялся

   И невзначай заулыбался,

   Не посмотрев ни на кого.

   Глаза на друга навели

   И рассмеялись все они.


   14

   Товарищ их ушёл опять

   Обратно в тёплую каюту,

   Держась за голову, оттуда

   Продолжив малость хохотать.

   А те оставшиеся двое

   Опять в скучающем застое

   Бок-о-бок встали у борта.

   Их скукоте благоволила,

   Как неотъемлемая сила,

   Вся ледяная красота,

   Что тихо прячется в воде,

   Блуждая всюду и везде.


   15

   Прошло так несколько часов

   И наступал тихонько вечер,

   И посветить особо нечем,

   Чтоб было ясно и светло.

   Хотя прожектор корабельный

   Свой свет укладывал отдельный

   На водный гладенький предел.

   И становилось чуть светлее

   От линз бинокля, что на шее

   У Вилли, брякая, висел.

   Он временами тут и там

   В него смотрел по сторонам.


   16

   На циферблате спала вниз,

   Уставши, стрелка часовая;

   И демонстрировал, блуждая,

   Всё больше холод свой каприз.

   Без Солнца снег не так белеет

   И скоро, видно, потемнеет

   В большом безжизненном краю.

   Лучи тускнее и тускнее

   В своей невидимой затее

   Ведут с людьми игру свою.

   И млеет с самого утра,

   Лишь им понятная, игра.


   17

   За этот час в который раз

   Товарищ их без всяких правил

   К лицу заросшему приставил

   Бинокля вновь стеклянный глаз.

   И неожиданно воскликнул:

   «Кораблик берег наш настигнул

   Иль обогнёт его вот-вот.

   Сергей… Серёга, спать уж хватит!

   Гляди сюда, ты видел кстати

   На нашей карте остров тот?!».

   Он головой чуть повернул

   И эту штуку протянул.


   18

   Из рук товарища Сергей

   Взял сразу то приспособленье,

   И тут же он без промедленья

   Его приставил поскорей

   К глазам очнувшимся, как дома,

   От надоедливой истомы

   Такого долгого пути;

   И, наглядевшись полминуты,

   Сказал в ответ ему раздуто:

   «Быстрее б надобно идти,

   Чтоб нам успеть до темноты

   До этой вечной мерзлоты».


   19

   «И тех слюнтяев подымай!

   Не будет коли получаться

   Туда нам всем пришвартоваться

   У берегов на самый край» -

   Уж громче Вилли тут добавил

   И вновь бинокля глаз приставил

   К своим глазницам. А Сергей

   В каюту крикнул: «Поднимайтесь!

   Друзья мои, и собирайтесь

   На снежный берег поскорей.

   Возможно, скоро… через час

   К себе он в гости примет нас».


   20

   Воскликнул Джонни: «Наконец

   Дождались этого мы часа…».

   И тут Владимира гримаса

   Свежее стала: «Эх, капец!

   Четыре дня из той недели

   Не вылезаю из постели,

   От ветра горло застудив.

   А тут негаданным сюрпризом

   Приплыли мы». Слегка с капризом

   Привстал он, взглядом покрутив.

   Но всё ж поднялся, быстро встав,

   Досаду с радостью смешав.


   21

   Все вчетвером уж на борту

   Стоят минут через пятнадцать,

   Стараясь вмиг налюбоваться

   На ледяную красоту.

   Встречал окраинами остро

   Обледеневший этот остров

   Среди глухих холодных вод.

   Его высокое начало

   Им не на шутку затрудняло

   На корабле к нему подход.

   Вдали ж виднелся материк –

   Большой заснеженный ледник…

Эпизод второй

   01

   Прошли минуты. Издали

   Уже пригорки снеговые

   Всем показались, как родные,

   Что сотней милей пролегли.

   Командным пристальным надзором

   И неуёмным их напором

   Промчался курс у корабля

   Так героически и браво,

   Что остров тот остался справа,

   Свои пейзажи затая.

   И через несколько минут

   Огромный берег тут как тут.


   02

   По сторонам глядя, Сергей

   Прикрикнул: «Выключить прожектор!

   Скорей, скорей! Покуда некто

   Нам не навешал звездюлей…».

   Спросил тут Джонни очень тихо:

   «Зачем же так, дружище, лихо?!

   Ведь в темноте глаза не те».

   На что Сергей ему ответил:

   «Зато никто бы не заметил

   Нас здесь, дружище, в темноте.

   Прожектор наш издалека

   Влечёт по зову огонька».


   03

   «Согласен с братом! Огонёк

   Его сейчас довольно ярок;

   Что был хороший бы подарок

   Для тех, кто тут не одинок» -

   Добавил Вилли очень резко

   И кратким времени отрезком

   Прожектор вырубил скорей.

   И обстановку ту обратно

   Вернул, что так благоприятна

   Для незадачливых гостей.

   Ведь тут любой незваный гость

   В глазах лишь может вызвать злость.


   04

   До незнакомых берегов

   Уж меньше мили оставалось,

   Картина быстренько сменялась

   На новый фон первооснов.

   Часы назад его основы

   Вела вода, в которой волны

   На всей поверхности рябят.

   Ну, а теперь же неизбежно

   Ведёт пейзаж повсюду снежный,

   Где и деревья не стоят.

   Хотя и тот и этот фон

   Везде один со всех сторон.


   05

   В глазах товарищей кругом

   Опять всё так однообразно,

   И даже малость несуразно

   Что раньше было, что потом.

   Их судно тихим оставалось

   И постепенно приближалось

   К обледеневшей стороне –

   К спокойной ауре бесшумной,

   Где о какой-нибудь разумной

   О жизни здесь или извне

   Уж не заходит даже речь,

   Чтоб нервы малость поберечь.


   06

   Лишь небольшой прибойный шум

   Под самой толщей ледяною

   Наводит медленно собою

   Пустыми мыслями на ум.

   Прошли минуты как-то сами,

   И вот уж встал перед глазами

   Весь этот снег и этот лёд.

   И, оглядев тот белый берег,

   Что их прибытию не верит,

   Сказал Сергей: «Вперёд! Вперёд!».

   Ещё раз, глянув на друзей,

   Добавил он: «Вперёд скорей!».


   07

   Все остальные, что слегка

   О том задумались пейзаже

   Не оглянулись сразу даже,

   Вглядевшись в эти берега.

   Отреагировав, робея,

   На эти возгласы Сергея

   Секунды только через три,

   Ребята тут же остальные,

   Надев перчатки меховые

   И застегнув плащи свои,

   Ещё раз глянули на высь

   И за верёвки все взялись.


   08

   В одежде плотной очень все

   На удивленье были ловки

   И приготовили верёвки,

   Подплыв к прибрежной полосе.

   Верёвки с прочными концами

   И скалолазными крюками

   На каждом скрученном конце

   Вдруг, как лассо, же раскрутили

   Они и резво запустили

   С большой натугой на лице.

   И со словцом «Поберегись!»

   Крюки направилися ввысь.


   09

   Спустя мгновенье, с этих скал

   Верёвки чьи-то уж свисали,

   А кто-то сразу в эти дали

   Крюком, как надо, не попал.

   Но вновь они, вздохнув негромко,

   На льда разросшуюся кромку

   На самый верх швырнули их.

   И через пару этих вздохов

   Довольно стало всё неплохо,

   И берег снова призатих.

   Не так уж цель и далека –

   Четыре все торчат крюка.


   10

   И на железные крюки,

   С улыбкой, еле видной, глянув,

   Как и на снежную поляну,

   Переглянулись мужики.

   Ну, хоть какая-то отрада

   Таким усилиям, что надо

   Им было малость приложить;

   Тогда спросил негромко Вилли:

   «Мы ничего тут не забыли,

   Кого-нибудь чтоб воротить

   Нам не пришлось потом назад?!»,

   И свой направил строгий взгляд.


   11

   И тут товарищи-друзья

   Уже от прошлого натуга

   Все отдышавшись, друг на друга

   Взглянули с вида корабля.

   Вот, не промчалось и минуты,

   Как от бортов и из каюты

   Вещицы нужные с собой

   Все вчетвером повыносили

   И на верёвки прицепили

   Все аккуратно по одной,

   Как можно крепче привязать

   Стараясь, чтоб не растерять.


   12

   Бесценен каждый был предмет

   В такой нелёгкой обстановке,

   Когда взял каждый по верёвке,

   А также нож и пистолет.

   Стихия ждала с ними встречи,

   Взвалили ведь себе на плечи

   Все по большому рюкзаку,

   А в нём лекарства делом первым,

   Вода, орехи и консервы

   И по бумажному листку.

   А также тёмный шоколад

   От антарктических прохлад.


   13

   Готово всё. Остатки сил

   В себе собрав, без всякой фальши

   Сказал Сергей: «Погнали дальше!»,

   И на верёвку наскочил.

   Ногой немного раскачался

   И очень зрелищно взобрался,

   Не торопясь, наверх по ней.

   И, никакого вовсе чуда

   Не встретив там, позвал оттуда,

   Внизу оставшихся, друзей:

   «Чего стоишь?! Залазь давай!

   Что тяжело, за крюк цепляй».


   14

   Собрались также с силой те

   И потихоньку все залезли,

   Когда за кромкою исчезли

   В той белоснежной красоте.

   А там, поскольку было поздно,

   Уже вовсю сверкают звёзды,

   Свой первозданный бросив свет;

   На небе, полностью открытом,

   Втянуло звёзды, как магнитом,

   На антарктический портрет.

   Тут, оглядев картину всю,

   Стоишь, как будто на краю.


   15

   И любовались долго б так

   Они на призрачность вселенной,

   Своей улыбкою степенной,

   На снег холодный сняв рюкзак.

   Но тут товарищ их Володя

   Вдруг прошептал: «Я чую вроде,

   Что мы здесь вовсе не одни».

   «Глядите, парни – там далёко…» -

   Добавил с лёгкого подскока –

   «Вон, чуть заметные огни

   Мелькают где-то вдалеке

   На белом полуостровке».


   16

   Его дрожащая рука

   От той недавнишней простуды

   Казала в сторону, откуда

   Шло три-четыре огонька.

   Недалеко от океана,

   Аж показалось даже странно,

   От них по правой стороне,

   Где незатейливо, но гладко,

   Иль домик длинный иль палатка,

   Что пораскинута вдвойне.

   Тут вариантов всех не счесть,

   Но там, похоже, кто-то есть.


   17

   Так, обсуждая, вчетвером

   Стояли все, покуда быстро

   Не прогремел далёкий выстрел,

   Как средь небес лучистых гром.

   И не успели оглянуться,

   Как всем пришлось им окунуться

   В, торчащий рядышком, сугроб,

   Где залегли, не вылезая,

   У головы очередная

   Не просвистела пуля чтоб.

   Прикрикнул Джонни: «Как же так?!».

   И Вилли тут: «Какой мудак…?!».


   18

   Кристально чистый снег как раз

   Давал товарищам надежду,

   Что всю их белую одежду

   Не будет видеть вражий глаз.

   Сказал Сергей: «Ага! Не зря же

   Мой пистолет всегда заряжен.

   Ведь есть всегда кого унять…».

   Тогда и все в ответ на это

   Свои достали пистолеты

   И приготовились стрелять.

   Сергей и Вилли, стукнув лёд,

   Чуть-чуть продвинулись вперёд.


   19

   Взглянули тут одним глазком

   Из-за пушистого сугроба,

   И тут же выстрелили оба

   И передвинулись потом.

   По снегу кто-то пробежался,

   А позже говором раздался

   Издалека какой-то крик.

   Тут все прислушались, поскольку

   Был интересен он, но только

   Никто не ведал тот язык.

   Спросил Владимир: «Что несёт

   Островитянин хренов тот?!».


   20

   Сергей товарищу в ответ

   Сказал: «Понятья не имею.

   Я до сих пор и сам фигею,

   Хотя и слов на это нет.

   Мы не успели очутиться

   На берегу, как волочиться

   Теперь надолго нам, боюсь.

   Договориться вот бы с ними…».

   Но тут внезапно выдал Вилли:

   «Сейчас я, блин, договорюсь…».

   И пистолет горячий свой

   Вознёс слегка над головой.


   21

   Довольно ловко он опять

   Из-за сугроба развернулся,

   Вперёд проворно крутанулся

   И пуль туда пустил штук пять.

   И резко сразу же обратно

   Он прокрутился очень складно,

   Устроив временную тишь.

   Но чрез мгновенье, как на старте,

   Вдали раздалось «Не стреляйте!».

   Друзья же выглянули лишь.

   И каждый тут же увидал,

   Как человек в снегу лежал…

Эпизод третий

   01

   Из-за сугроба все друзья,

   Ещё горячей головою

   Переглянувшись меж собою,

   Поднялись, злости не тая.

   На всякий случай пистолеты,

   Не посмотрев на все запреты,

   Держали всё ещё в руке,

   Что, как заряжены, незнамо,

   А палец держится упрямо

   На спусковом стальном крючке.

   Чуть шевельнутся и тогда

   Не дрогнет он, как и всегда.


   02

   В снегу подстреленный лежал,

   Немного скорчившись от боли;

   Он толи в шоке был, а толи

   Так сильно кровью истекал.

   Поскольку сразу видно было,

   Как кровь немного проступила

   Ему на бежевом пальто,

   И что-то буркал он невнятно,

   Тут стало путникам понятно

   Вполне обычным взглядом, что

   Из пуль, как минимум, одна

   Свою цель всё-таки нашла.


   03

   Лежал он смирно, а за ним

   Издалека уже бежали

   Два человека и махали

   Ружьём охотничьим своим.

   На них была одета тоже

   Такая ж тёплая одёжа

   И также в бежевых тонах.

   Они неслись же, как с охоты,

   И на ходу кричали что-то,

   Как будто путаясь в словах.

   Бежать ведь очень тяжело

   Снегам насыпанным назло.


   04

   Один из них, устав бежать,

   Ещё раз крикнул: «Не стреляйте!

   «Не надо так, не привыкайте

   Людей без смысла убивать!».

   Потом вдохнул ещё немного

   И на лежачего так строго

   Глазами томными взглянул.

   Бурча под нос, в небыстром шаге

   К тому лихому бедолаге

   Он наконец-то прошмыгнул.

   И, наклонившись рядом с ним,

   Сказал ему: «Ответь же, Джим!».


   05

   Своей заботливой рукой

   Всего внимательно ощупал

   И с облегчением, но грубо

   Проговорил себе: «Живой…».

   К тому моменту не особо

   Стараясь прыгать по сугробам,

   Второй товарищ добежал.

   И головы несложным знаком

   Спросил у первого же: «Как он?!»,

   И головою покачал.

   Успокоительный ответ

   Придал глазам смиренный свет.


   06

   А тот, с колен уже привстав,

   Как будто вовсе безразлично

   Проговорил: «Эх! Как обычно

   Наш Джим поднял свой пылкий нрав».

   И к незнакомцам обратился:

   «Похоже наш дружок добился

   Того, к чему и шёл всегда.

   Такой безропотный характер…

   Прошу вас, больше не стреляйте.

   Мы все застряли среди льда.

   И сгинуть, судя по всему,

   Здесь неохота никому…!».


   07

   Ответил Вилли: «Наплевать!

   Мы слушать проповедь устали.

   Вы с нами уж повоевали,

   И мы же будем воевать.

   А мёртвым, знаешь ли, не важно –

   Во льду под снегом трёхэтажным

   Иль под землёй кормить червей…».

   «Ну всё! Достаточно, братишка!

   Не нужно ярости излишка» -

   Окликнул вовремя Сергей,

   Добавив тише: «Чуть добрей!»,

   И пододвинулся смелей.


   08

   Тот отошёл, но по пути

   Им пробурчал: «Да, как хотите…»;

   А незнакомец: «Помогите,

   Прошу вас, друга донести.

   Наш лагерь там, неподалёку».

   И, потерев себя за щёку,

   Руками взялся за него.

   Сергей и Джонни взялись тоже

   За то большое тело, рожи

   Немного скорчив оттого.

   Ведь нелегко итак ходить,

   А тут ещё и груз тащить.


   09

   Но всё ж лихие мужики

   Снегам высоким не сдавались,

   И те и те тут оказались

   Сильны довольно и крепки.

   А вот и длинные домишки

   С трубою маленькой у вышки

   Стоят по пояс во снегу,

   Рогатый зверь на белом флаге

   Оповестил – а вот и лагерь

   Живится в дружеском кругу.

   Их неожиданный приход

   Заметил сразу же народ.


   10

   Один из лагерных людей

   Тут подскочил: «Ох, что случилось?!».

   А тот ему: «Ступай на милость!

   Печальных нету новостей».

   Второй же бежевый добавил:

   «Всё обошлось! Хоть и оставил

   Рассудок здравый Джима вновь.

   Ну, сделай ж морду веселее…

   Сходи за доктором скорее,

   Да, жрать чего-нибудь сготовь».

   Тот человек послушно встал

   И выполнять всё побежал.


   11

   Все остальные в первый ж дом

   Перетащили быстро Джима;

   Там было всё вообразимо

   И в интерьере непростом.

   Повсюду разные плакаты

   И амуниция, солдаты,

   Видать, что держат для себя.

   А также милая картина,

   В окошке маленьком гардина

   Блестит, о солнышке скорбя.

   А на столе стоит вино,

   Видать, открытое давно.


   12

   Уж не один, похоже, день

   Тут эти люди обитают;

   В окошке льдинки тихо тают,

   Хотя без Солнца им и лень.

   Тот самый первый незнакомец

   Сказал им: «Чувствуйте, как дома,

   Себя и выпейте вина.

   Проблемы здесь никто не ищет,

   И скоро уж горячей пищи

   Вам принесут сюда сполна».

   И вышел с домика долой,

   Прихлопнув дверью за собой.


   13

   Расположились мужики

   Тогда у столика по краю;

   «Я всё же им не доверяю» -

   Прогладив потные виски,

   Сказал Владимир – «Что же, если,

   Раз мы сюда уже залезли,

   Нас захотят тут отравить?!».

   На что ему ответил Вилли:

   «Уже бы в лагере убили,

   Коль захотели б нас убить.

   Ведь их совсем немало тут,

   Что, как и мы, чего-то ждут.


   14

   А нам действительно пожрать

   Сейчас бы вовсе не мешало».

   Договорил он и устало

   Облокотился на кровать,

   Что позади него стояла,

   Хотя и места занимала

   Не так уж много под собой.

   В ответ товарищи вздохнули

   И согласительно кивнули

   Своей вспотевшей головой,

   Хотя и шапки с их голов

   Уж были сняты все без слов.


   15

   Глядели дружно в потолок

   Они, что низко красовался,

   Пока за дверью не раздался

   Хозяев слышимый шажок.

   И тут же в домик, не робея,

   Зашёл всё тот же, поплотнее

   Не позабыв и дверь прикрыть.

   А Джонни, вняв картину эту,

   Достал из пачки сигарету,

   Пытаясь сразу прикурить.

   Но тот одёрнул: «Нет, друзья!

   Курить в домах у нас нельзя».


   16

   Спустя мгновение, зашёл

   За тем товарищем же следом

   Второй с горяченьким обедом,

   Поставив сразу же на стол.

   Спросил Сергей, отставив ногу:

   «А почему же всё так строго

   У вас тут в лагере, мой друг?!

   Ведь, сам же знаешь, там снаружи

   Нечеловеческая стужа,

   Что аж лицом берёт испуг».

   Тот им спокойно подложил

   Тарелку и проговорил:


   17

   «Скажу вот так, среди таких

   Нечеловеческих условий

   Всегда быть нужно наготове,

   Не скинув правил никаких.

   Здесь каждым маленьким домишком

   Мы дорожим уж больно слишком,

   Чтоб провоцировать пожар.

   Притом в такой жестокой стуже

   Против него мы станем тут же,

   Как против факела комар».

   Тут за столом нависла тишь;

   Сергей же: «Верно говоришь…!».


   18

   Заулыбавшись, человек

   Тот им сказал: «Ну, вот и славно!

   Такие мысли и подавно

   Любым запомнятся навек.

   Ну, ладно. К пище приступайте,

   Пока горячая. О, кстати,

   Меня Иваном здесь зовут.

   А это друг мой верный – Миша…».

   И человек второй, услыша,

   Заулыбался тут как тут:

   «Среди сей снежной западни,

   Мы из России здесь одни».


   19

   Потом представился Сергей

   И познакомил с остальными:

   «А это Вилли, Джон, Владимир.

   Мы тоже с разных областей.

   Володя наш из Краснодара,

   Но ходит вечно без загара,

   Хотя к морозам не привык;

   А те друзья – американцы,

   Они, хоть нам и иностранцы,

   Но сильно знают наш язык.

   А мой дом – северный Урал».

   Ещё разок Сергей привстал.


   20

   Все сели дружненько за стол,

   Пожав притом друг другу руки;

   И стало будто меньше скуки

   В судьбе, идущей в произвол.

   В стальной кастрюле макароны;

   Как оказалось, их вагоны,

   И склад, едой набитый весь.

   Иван промолвил, сидя с краю:

   «Тарелок всем не предлагаю.

   С мытьём посуды трудно здесь.

   Ведь мы – учёные, мой друг,

   Не для хозяйственных обслуг.


   21

   Нас здесь семнадцать человек

   Для проведенья изучений

   Рельефа местности строений

   Подлёдных кратеров и рек.

   Не знаем, кто над нами главный;

   Такой уж вот момент забавный

   Среди снегов, где правят льды.

   Но это нас не беспокоит,

   Пока везут без перебоев

   Сюда контейнеры еды.

   Поведал всё, что мог сказать.

   Теперь о вас хотелось б знать…».

Эпизод четвёртый

   01

   Раздулась куполом вся ночь

   Неоднозначностью своею,

   Ведь бездна лунная под нею

   Немного света дать не прочь.

   Глаза на небо завлекая,

   Стоит воистину простая

   Её немая чистота.

   И, не даря определённость,

   Такая умиротворённость

   Здесь нависает неспроста.

   И звёздной россыпью блестит,

   Когда над лагерем стоит.


   02

   Тут несказанно занесло

   Врача со спешкою в домишко;

   Иван же: «Чёртов докторишка,

   Пришёл?! И года не прошло…».

   Тот буркнул что-то, шмыгнув мимо,

   И возле раненого Джима

   Присел, открыв свой чемодан.

   Пощупал пальцами на шее,

   Потом и рану не робея,

   Чего-то высыпав в стакан.

   Глазами путника обвёл,

   Присыпал рану и ушёл.


   03

   На иностранном языке

   Лишь Михаил его вдогонку

   Спросил и всем сказал в сторонку:

   «Прошло раненье налегке.

   В бедре там рана, но сквозная,

   А пуля, ногу пролетая,

   Не повредила и кости».

   Вздохнули все, ведь так приятно

   В душе спокойствие обратно

   За человека обрести.

   «Господь сегодня пощадил…» -

   Добавил плавно Михаил.


   04

   «Ну, слава Богу! Интриган

   Отныне будет наш потише» -

   Кивнув усевшемуся Мише,

   Сказал с улыбкою Иван.

   И чуть серьёзнее продолжил:

   «Здесь всё решилось, предположим…

   Но остаётся к вам вопрос,

   Друзья мои, пока всё тот же –

   Откуда вы?! Ведь ваш приход же

   Нам всем сюрпризов преподнёс.

   И интересно будет всем,

   Сюда вы прибыли зачем?!».


   05

   А те компанией своей

   Все посмотрели друг на друга,

   И без особого испуга

   Заговорил опять Сергей:

   «Мы все военные в отставке;

   Когда-то бегали по травке,

   Да по украинским полям,

   Где, постепенно наступая,

   Фашист проклятый шёл, желая

   Всю красоту прибрать к рукам.

   Эх, как же было тяжело,

   Там столько наших полегло…


   06

   Но всё ж смогли мы дальше жить

   С победой, давшейся сурово;

   И вот, сейчас собрались снова

   Одну задачу здесь решить…».

   «Постой, постой…» – воскликнул Миша,

   Подняв, упавшую, как с крыши,

   Вдруг макаронину свою –

   «Насколько знаю, не могли вы

   Сражаться вместе так счастливо,

   Ведь вы не шли в одном строю.

   Ведь сила армий США

   С других концов к Берлину шла.


   07

   «Иль, может, я совсем дурак…».

   Закончил он и приподнялся,

   Но тут и Вилли уж вмешался:

   «Да, да! Сначала было так.

   Но вот, случилась перемена

   Тут в наших днях, когда из плена

   Нас боевой отряд их спас.

   С тех пор до вражьего Берлина

   Одна размытая картина

   Перед глазами шла у нас.

   Когда же кончилась война,

   Нам дружба их ещё важна».


   08

   Иван продолжил разговор:

   «Ну, хорошо. Не кипятитесь!

   Но наконец-то поделитесь,

   О чём молчали до сих пор.

   Уж не любовь к родной отчизне

   В края, практически без жизни

   Что здесь стоят, вас привела».

   Ответил Джонни: «Происходят

   При той безжизненной погоде

   Здесь очень странные дела.

   Не так давно, с полгода вот,

   Повержен был здесь целый флот.


   09

   С отдельной миссией своей

   На побережье ледяное

   Пришло количество большое

   Американских кораблей.

   И боевые вертолёты

   Прикрыли их, но отчего-то

   Пришлось поспешно отплывать.

   Эх, что ж им встретилось такое,

   Что им практически без боя

   Не удалось там устоять.

   Держаться долго не смогли

   И еле ноги унесли».


   10

   Иван насупился лицом

   От удивления большого,

   Проговорив: «Но мы такого

   Совсем не слышали притом.

   А Михаил, упёршись в двери,

   Сказал: «Пусть даже мы поверим

   В такой немыслимый рассказ;

   Но, интересно, вы-то сами

   Своими видели глазами

   Иль взяли это с чьих-то фраз?!

   Ведь вы ж солдаты, вашу мать;

   Нельзя ж так просто доверять».


   11

   В беседу яростную ту,

   Зажав кулак, вступился Вилли:

   «Об инциденте доложили

   Все, кто остался жив, в порту.

   Они такое рассказали,

   Что глянуть трезвыми глазами

   Не каждый смог бы уж на то.

   Давали слово офицера

   Им капитаны, но не верил

   Из руководства им никто…».

   Он ненадолго замолчал

   И в кружку чуть вина набрал.


   12

   Потом продолжил сгоряча:

   «А вместо этого – допросы,

   Неадекватные вопросы

   И даже тесты у врача.

   Все стали без оповещенья

   Лишь выяснять, кто в пораженьи

   Из офицеров виноват.

   Никто не стал искать разгадки

   Необъяснимой этой схватки…

   К тому же там погиб мой брат.

   А коль правительству плевать,

   Мы сами будем их искать».


   13

   «Прими сочувствие моё…» -

   Тут Михаил воскликнул тихо –

   «Хотя и выглядят так лихо,

   Но всё ж похожи на враньё

   Все ваши домыслы, ребята».

   Договорил он и покато

   Из дома вышел покурить.

   Все остальные замолчали,

   Лишь головою закачали,

   Не став из кружек больше пить.

   От пола и до потолка

   На всех нахлынула тоска.


   14

   Лишь через пару грустных нот

   Спросил Иван: «Вот любопытно,

   Какая ж сила, да так скрытно

   Смогла разбить столь сильный флот?!».

   Сергей ответил: «Коль послушать

   Тех, кто вернулся – там на суше

   Холодной той и ледяной

   Из-за скалистых и прибрежных

   Окраин ровных белоснежных

   Раздался шум, как будто вой.

   Потом такое началось,

   Что слов разумных не нашлось!


   15

   Из-за приземистой скалы

   Там вдруг внезапно появились

   Объекты круглые, светились

   Что, как гирляндные шары.

   Минут пятнадцать подождали,

   Покуда в воздухе свисали,

   И стали вмиг атаковать.

   Стреляли метко, как по кружкам,

   И их атаки нашим пушкам

   Не получалось отбивать.

   Каким-то лазерным лучом

   Пожгли в намереньи своём».


   16

   Вернулся вскоре Михаил

   И, увидав лицо Ивана,

   Что удивлённым стало рано,

   Гостей встревоженных спросил:

   «Ну, что?! Смотрю я, всё же быстро

   Своей фантазией игристой

   Ему запудрили мозги.

   Здесь ценна каждая минута;

   Ложитесь спать, а завтра, тута

   Чтоб вашей не было ноги».

   Приняв спокойный строгий тон,

   Проговорил и вышел вон.


   17

   Иван же вымолвил опять,

   Когда чуть мысли отпустили:

   «Да, вряд ли все они приплыли

   В такую даль позагорать.

   Владимир вымолвил: «Мы вовсе

   Рассказу нашему не просим

   Поверить вас душою всей.

   Свою работу продолжайте,

   А нам всего лишь не мешайте

   Идти дорогою своей.

   Мы завтра дружно вчетвером

   Отсюда с радостью пойдём».


   18

   Иван внимал его словам,

   Спросив опять: «А сколько ж ваших

   Под этой огненною кашей

   Же навсегда осталось там?».

   Ответил Джонни: «Вертолётов

   Аж девять штук в момент полётов

   Заглохло прямо над землёй.

   Бедняги с самого начала

   Разбились сразу же об скалы,

   Пути не видя под собой.

   А те продолжили сдали

   Лучом лупасить корабли».


   19

   «Вот это да! Хоть я привык

   И верить слову офицера,

   Но тут нешуточная вера…» -

   Иван промолвил и поник.

   А раззадорившийся Джонни

   В своей взъерошенной истоме

   Не унимался всё равно,

   И, оттопырив вверх мизинец:

   «Один немаленький эсминец

   Ещё в тот день ушёл на дно.

   Да, и по смыслу битва та,

   Ох, непонятна, не проста…».


   20

   Вздохнул же Вилл и говорит:

   «Не знаем точно, вот вопросец,

   Эсминец иль авианосец

   На дне разрушенным лежит».

   Иван в ответ: «Хотя и сложно,

   Но, если что, порыться можно…».

   «Да как же их теперь найдёшь?!» -

   Добавил Вилли, рассмеявшись;

   Из-за стола же вновь поднявшись,

   Иван ему: «Да, что ты ржёшь?!

   Не забывай же, кто мы есть;

   И для чего пришлось тут сесть.


   21

   В научном нашенском возу

   Тут есть какие-то приборы,

   Чтоб слегонца раздвинуть шторы

   Пред неизвестностью внизу.

   Что под землёй, что под водою

   Они немного приоткроют

   Завесу тайны, может быть».

   Но Джонни тут, глядя на друга:

   «Наш враг коварен, как зверюга…».

   А тот в ответ: «Не вам судить…

   Тут здешний климат, уж поверь,

   И есть тот самый страшный зверь!».

Эпизод пятый

   01

   Открылся небу белый цвет

   Снегов, не таявших веками,

   Как звёзды тонкими лучами

   Оттанцевали свой балет.

   На них всмотревшись со стесненьем,

   Холодным серым пробужденьем

   Подкрался уж рассветный час.

   Обдал недвижимые флаги,

   Что словно сказочные маги

   Висят под небом без прикрас.

   И не шевелится флагшток,

   Всегда влюблённый в ветерок.


   02

   На фоне белого холста

   Проснулся лагерь понемногу;

   Кому-то здесь идти в дорогу,

   Ну, а кому-то на места.

   Кругом народ зашевелился,

   Хотя и быстро не стремился

   К работе трудной приступать,

   Покуда завтрак есть горячий,

   С кофейной гущею, тем паче,

   Чтоб не тянуло засыпать

   К научным целям по пути

   В пучине снежной взаперти.


   03

   Проснулся также Михаил

   Давно, по-видимому, тоже,

   С двумя людьми, что помоложе,

   Куда-то путь свой навострил.

   Перемывая кружку с писком,

   Он им на ломаном английском,

   Чего-то долго разъяснял.

   И, взяв какие-то приборы,

   Он деловитым шагом скорым

   К низине снежной зашагал.

   Там ждал их, выкрасив простор,

   Давно раскинутый шатёр.


   04

   Очнулся также и Иван,

   Хотя и мало спал с отрывом,

   Когда приглядывал за Джимом,

   Чтоб не сочилась кровь из ран.

   Он, протерев глаза водою,

   Ушёл, захлопнув за собою

   Домишка низенькую дверь.

   Через минуток пять вернулся

   С кастрюлей тёплой, улыбнулся,

   Спросив ребят: «Ну, что теперь?!

   Всех с добрым утром! Налетай!

   Горячий кофе наливай».


   05

   Сергей с Владимиром долой

   Сказали тоже: «С утром добрым!».

   Все остальные с видом гордым

   Лишь покивали головой.

   Стальные кружки все схватили,

   Что ночью даже не помыли,

   И кофейку налили в них.

   Отведав завтрака из миски,

   Иван какие-то записки

   С карманов вытащил больших.

   Перед глазами повертел

   И вновь убрал от этих дел.


   06

   Проговорил: «Вам уделю

   Полдня сегодня, но не боле;

   Своей работы цело поле.

   Пойдём живей же к кораблю.

   Пусть здесь останется Владимир

   Конец ознакомительного фрагмента.


Понравился отрывок?